Мистические произведения русских писателей

Благодаря небольшой повести "Черный монах" я словно заново открыла для себя Чехова - я поняла за что люблю творчество писателя и за что его ненавижу. Сделаю небольшую оговорку, прежде чем продолжить: сейчас я буду говорить только о "серьезной" прозе автора. Юмористические и относительно детские рассказы Чехова я обожаю, а вот ко всему остальному, что я называю "серьезной" прозой, отношусь неоднозначно. В повести "Черный монах" я нашла ответ, что со мной не так.

Я поняла, что терпеть не могу типичных чеховских персонажей. Все эти трогательные барышни, которые то краснеют, то с трясущимися губками убегают плакать; интеллигентные старики, застрявшие в прошлом и живущие в своих иллюзиях; молодые и среднего возраста мужчины, которые не знают сами чего хотят, при этом относятся ко всем потребительские и ещё и изображают при этом, что делают одолжение. Этот ряд можно долго продолжать. Все эти персонажи мне глубоко отвратительны, я им не могу сопереживать, хоть убейте.

Далее - сюжеты Чехова, а точнее практически их отсутствие. Если я не ошибаюсь, в письме Куприну Чехов наставлял молодого автора (не дословно, передаю общий смысл): "Не нужно писать ни о каких приключениях и громких событиях. Это все ложь. Единственная правда: родился человек, жил, умер. Жизнь скука - и книги должны быть такими, чтобы изображать правду". Слава тебе господи, Куприн не прислушался к словам мэтра и писал так, как сам чувствует - Куприн мой самый любимый российский классик, чье творчество я обожаю. Произведения Куприна ложатся мне на душу словно бальзам, чего не скажешь о Чехове.

Следующее - диалоги. В них столько пустого, столько воды, повседневности. Я зеваю.

Кроме того, от книг Чехова веет тленом вперемешку с запахом цветущих яблонь - не самая приятная ассоциация. А любовь у Чехова это вообще отдельная тема! Любовь, по Чехову - это фальшивка, условность, обязанность - в общем, все что угодно, но только не сильное чувство, которое движет жизнь вперёд, проявляясь то в возвышенных, то в низменных формах. Нет, у Чехова это обыденность.

Не смотря на то, что я сейчас тут кощунственно наговорила, есть то, за что я прозу Чехова люблю и продолжаю читать. Когда заканчивается последняя страница, накатывает такое чувство, как будто мимо тебя сейчас пронеслось огромное облако великой истины. Это облако задело тебя за плечо и понеслось дальше. А ты стоишь и пытаешься осознать, что сейчас произошло, пытаешься понять - прочитанное, героев, автора, себя. Проходит пара дней после чтения книги, а ты все ещё чувствуешь колебания в твоей душе, вызванные этим облаком.

В общем, "Черный монах" мне понравился, как это ни странно. Эта повесть словно рябь на озере, в котором отражается и жизнь, и читатель, и сам автор.

Я истолковываю для себя посыл повести так (и мне не важно, правильно это или нет, это ли хотел сказать автор или другое) - пока человек верит в чудо, в себя, в свою уникальность, пока он слушает голос сердца, пока идёт по дороге, которая, как он чувствует, правильная - он на верном пути. И лекарство от этого состояния простое - здравомыслие - главный враг творчества, поэта и вообще любого человека; здравомыслие превращает жизнь в обыденность и возвращает человека к скучному существованию, которое неизбежно закончится скучным финалом.

После прочтения "Черного монаха" я все же поняла, что в ближайшее время читать "серьезную прозу" Чехова не хочу. Юмористические рассказы - да. Но особенно привлекательной для меня сегодня выглядит книга "Остров Сахалин". Быть может в этом году возьмусь за книгу. Очень хочу ее прочитать.

Необычное произведение, не ожидала такого от Достоевского. О том, что нам нужно быть готовыми к нестандартной истории, говорит само название. “Бобок”. Я так и не поняла толком, что оно значит.
Теперь о жанре. “Бобок” можно, при желании, отнести к псевдохоррору, но разумнее назвать его фантастическим рассказом с примесью философии. Или же философским рассказом с примесью фантастики.
Многое, если не всё, как бы перевёрнуто с ног на голову.
Только один пример:

Далее рассказчик оказывается на кладбище и так случилось, что он “прилег на длинном камне в виде мраморного гроба”.
То ли он задремал и ему всё приснилось, то ли наяву он внезапно начал слышать голоса, доносящиеся снизу, откуда-то из могил.
Чего только не довелось ему услышать или, скорее, подслушать. Оказалось, что обитателей загробного мира мучают проблемы, почти такие же как и обитателей подлунного мира. Их разговоры зеркалят светскую болтовню на поверхности. Среди покойников есть люди разных возрастов, сословий, характеров.
Они так бойко общаются, даже перешучиваются, что можно подумать, что мертвецы намного живее и уж точно реальнее невнятного живого рассказчика.
Слова одного из них подтверждают, что эта мысль не так уж нелепа:
"Он объясняет все это самым простым фактом, именно тем, что наверху, когда еще мы жили, то считали ошибочно тамошнюю смерть за смерть. Тело здесь еще раз как будто оживает, остатки жизни сосредоточиваются, но только в сознании. Это - не умею вам выразить - продолжается жизнь как бы по инерции. Все сосредоточено, по мнению его, где-то в сознании и продолжается еще месяца два или три... иногда даже полгода…"

А что после? Потом ожидается тот самый бобок, значение которого покрыто туманом. И забегая вперёд скажу, что тайна эта так и не будет раскрыта. Рассказ закончится на самом интересном месте.
С обычными живыми людьми обитателей гробов роднит и то, что они хотят весело проводить время, падки на удовольствия и даже могут различать вонь (откуда у них обоняние понять сложно).
Мертвецы проявляют стандартные человеческие качества: зависть, эгоизм, ревность, похоть, желание кого-то обмануть, тщеславие и т.д. Они сплетничают, обсуждают других.
Их, представьте, волнует, как они выглядят. Каждый считает себя самым привлекательным, а в других находит кучу недостатков. В своём глазу бревна не замечают, а в чужом соринку видят… Вполне себе человеческая реакция. Читать об этом было очень забавно.

В замогильном мире, как и в любом другом сообществе, есть иерархия.
Покойники говорят, что иерархия у них больше не работает, но на самом деле без неё не обойтись.
Есть и другие параллели с миром живых. Например, есть среди них генерал, который даже в могиле в преферанс играет.
Под конец живые мертвецы решают, что не будут ничего стыдиться и будут говорить о самом сокровенном.
"Я прежде всех про себя расскажу. Я, знаете, из плотоядных. Все это там вверху было связано гнилыми веревками. Долой веревки, и проживем эти два месяца в самой бесстыдной правде! Заголимся и обнажимся!"
Но тут-то история и прерывается. Самых больших тайн они нам осмотрительно не выдали, услышав как кто-то наверху громко чихнул. Решили ничего не стыдиться, но устыдились?
Не исключено, что непутёвый рассказчик просто не вовремя проснулся.

Что это было? Ироничная сатира на надземный мир? Возможно, но главного нам так и не рассказали. Что же будет, когда наступит пресловутый “бобок”?
Сравним рассказ с ресторанным меню. Это как, если бы мы успели только попробовать какую-нибудь закуску, салатик, а основное блюдо нам так и не принесли. Но всё равно было вкусно.
Не скажу, что осталась в восторге, но произведение однозначно стоит внимания.
Тема мрачная, я не любитель нуара, но в этой истории в избытке имеются лёгкость, юмор и обаяние.
Покойнички по-своему даже милые, чем-то они к себе притягивают, хотя людьми они, видимо, были отнюдь не самыми приятными.

«Портрет» — первая работа открывшая цикл «Петербургские повести». История загадочной картины, сводившей людей с ума, мистически направляя в сторону безнравственности и зла.

Цикл начала читать немного криво, не с первой работы, но из двух прочитанных повестей, могу сказать, что «Портрет» мне понравился слегка, но больше «Записок сумасшедшего».

Повесть состоит из двух частей: история Чарткова и история создания самого портрета. Не могу сказать, что повествование меня будоражило, навевало страх, и я стала жертвой мистических волн, пронизывающих сюжет. Возможно, если бы читала её на даче, под одеялом и с фонариком, то почувствовала бы холодок на затылке, мурашки на коже и остальные составляющие хоррор направления.

Автор берет в основу слабого человека, выходит так, что для меня снова, а для Гоголя впервые, по крайне мере в рамках этого цикла. И теперь мне интересно все ли они такие будут, если да, то почувствую своего рода разочарование.

Чартков художник не пользующейся спросом и известностью, но в глубинах его существа притаился талант, который иногда показывается, чтобы его смогли рассмотреть. Но иметь предрасположенность не равно быть талантливым, поэтому свечение внутри Чарткова желало быть замеченным, понятым и развитым. Словно в темной комнате горел небольшой огонёк свечи, мерцающий, но желающий стать больше и шире.

Герой же наш волочил никчёмную, бескрасочную и апатичную жизнь. Сначала была виновата бедность, недостаток известности. Но одним прекрасным днем, бродя по улицам Петербурга, он зашел в лавку, где продавались работы художников. И купил портрет с изображением мужчины. А его глаза были словно живые, заглядывающие в душу.

Очень люблю в портретах именно глаза, мне нравится, когда художникам удается передать все эмоции и чувства, которые наблюдатель должен испытывать, с помощью них. Когда вся остальная часть портрета становится неважна, так как глаза все уже сказали. Недаром говорят, что глаза — зеркало души.

Покупка картины становится некой сделкой с дьяволом, ибо потом жизнь Чарткова наполняется красками, появляется и финансовая возможность, и узнаваемость. Не буду раскрывать все карты, но у него появился перспектива вернуться к истоку своего таланта. Но, когда ты слабый человек, все твои старые доводы улетучиваются, а на смену им приходят новые, и так продолжается долго, пока человек либо не находит выход из порочного круга, либо не тонет в своем самообмане и безнравственности.

Когда герой осознает губительность своих действий, то всю вину спихивает на портрет, который в его глазах самое настоящие порождение Сатаны, либо сам Сатана смотрит на него с портрета. Был один обидчик — бедность, появился другой — дьявол.

Во второй же части описывается история создателя портрета и человека изображенного на нем. Там уже была иного рода крайность, но она тоже указывает на снятие ответственности за свои поступки и помыслы. В конечном итоге художник изящно спихнул вину на дьявольщину, даже постриг не смог открыть ему глаза на низость совершенных поступков.

В глазах же мужчины люди скорей всего видели отражения черных уголков своей души, вместо борьбы и противостояния, они решались окунуться в омут с головой. Вместо того, чтобы расставлять руки и сопротивляться. Но зачем усложнять себе жизнь? Есть же заранее приготовленный козёл отпущения.

Помимо основной темы Гоголь рассматривает типажи людей, которые соприкасаются с искусством. Есть невежды, которые не скрывают своей глупости, есть те, которые скрывают, а есть более продвинутые, но считающие себя знатоками. И по большому счёту есть только небольшая кучка избранных, которая зрит в корень, улавливает суть и смысл. Словно искусство находится за закрытой дверью, а зеваки всё пытаются заглянуть в щелку двери, соприкоснуться и попасть в мир великого.

Конечно, были и другие интересные мысли, которые не стала трогать в рецензии. Вчера успела даже поучаствовать в полемике на тему признания и славы, после небольшого отрывка из текста повести.

Разборы критиков еще не читала, но думаю и в них смогу найти интересные моменты, которые позволят иначе взглянуть на произведение.

Невероятно ёмкая проза, маленький рассказ-притча на нескольких страницах, и вдруг - настоящий парад идей от экзистенциализма и психоанализа до христианства и буддизма.

Читатель встречает человека, которому ни много ни мало известна Истина, при том, что все окружающие считают этого человека сумасшедшим.

О скольких десятках таких я уже читала?, - подумала я, и могла бы так и не отложить книгу, если бы не рекомендация уважаемого laonov . И это было бы огромной ошибкой.

Итак, продолжаем знакомство с героем, типичным «достоевским» персонажем – маленьким, смешным, униженным и, вместе с тем, переполненным гордыней и какой-то большой нелюбовью – и к себе, с детства, и, как следствие, к людям, которые смеются. Но вскоре он освобождается от своего страха быть осмеянным и от своей униженности и гордыни. Герою становится все равно. И это не «все равно, я вас выше и лучше», а убеждение глобальное.

Падение на дно океана отчаяния и нахождение своеобразного успокоения в самой низкой точке. Можно это назвать стабильностью - ниже падать некуда, всеравнее уже не будет. Чаще всего от такого «всеравнизма» могут «вылечить» люди, но тут герой уже дошел до такой степени отчуждения, что уже не может приблизиться к другим на нужное расстояние. Да и в лекари нет охотников. Ощущение, что все равно всем.

И уже готово решение лишить себя жизни, ведь все равно же, но… Всегда бывает какое-то «но». Известно, что даже глубоко депрессивному человеку для самоубийства нужен энергетический «приход». Чтобы стало не так все равно. И вот уже звездочка мелькнула, подсказывая: «сегодня», а дома уже ждет услужливый револьвер.

Вот только девочка на улице… Что же это за девочка? Мало ли их, таких, по улицам бегает? Не все ли равно?

А если это Анима, душа? Маленькая, жалкая, одинокая. Иначе, отчего бы именно ей не давать покоя человеку перед последним в жизни выбором?

Удивительно, как обманчиво простой и короткий текст заставляет прочувствовать, как законы, по которым живет сознание отступают. Вот, сидит человек в кресле, самоубийство – дело уже решенное, сознанию, рассудку всё равно. Ну ладно, почти все равно. Герой засыпает. И начинают действовать другие законы.

В совсем не смешном сне смешной человек встретился с тем, что он сознанием отвергал на протяжении всей жизни, да и сама жизнь, казалось бы, отрицала это как невозможное. Наверное, это был голос души, той самой, отвергаемой и потерянной. Герой увидел Землю и людей такими, какими они могли бы быть, живущими так, как не мог представить его рассудок, это можно было лишь прочувствовать и воспринять всем существом как важнейший и преобразующий опыт.

Можно назвать это Раем – мир, наполненный любовью и гармонией, где люди естественным образом ощущают свою самость. Они не отчуждены ни от себя самих и своих потребностей, ни от других людей, ни от природы. И это не Утопия. А всего лишь общество, быть может, несколько более идеальное, чем описываемые Клодом Леви-Строссом традиционные общества народов, котором чужды идеи прогресса, живущие в гармонии с миропорядком. Это ни в коем случае не какое-либо «разумное» устройство общественной жизни. Здесь царит нечто большее, чем разум. Это Целостность.

Но я скоро понял, что знание их восполнялось и питалось иными проникновениями, чем у нас на земле, и что стремления их были тоже совсем иные.

Но и прекраснейшие сны не длятся вечно. Герой – человек, носитель первородного греха, а любой Рай всегда мыслился человеком как Рай потерянный. И стоит допустить в царство гармонии хотя бы тень греховной мысли, как начинает исчезать всё, что успел полюбить герой. А потом уже никакие прекрасные идеи не могли спасти этот мир.

И вот уже и на той Земле жизнь почти такая же, как и на этой. Так что же изменилось? К чему был весь этот сон?

Человек пробудился для жизни.

Смешной человек принял и полюбил себя таким, как есть. Ну и что, что люди смеются?

Кроме того — люблю всех, которые надо мной смеются, больше всех остальных.

Так бывает, если человек увидел свой путь, дорогу проповеди и разделения своей истины с другими. И как завершающий аккорд звучат прекрасные слова о воссоединении человека с Душой:

Я небольшой любитель литературы, связанной с ужасами и мистикой. Даже не знаю, как правильно этот жанр называется. Сейчас, похоже, такой литературы издаётся много, современные авторы пишут такие тексты и они успешно продаются. Всё это для меня - просто незнакомый тёмный лес. Но Вий относится к такого рода литературе, наверное. Читал я его еще в школе от того, что это - классика, но и сам жанр - мистики и ужаса, тоже меня тогда интриговал. Поэтому с запоем еще в СССР прочитал эту книгу.

Позднее, уже взрослым, книгу перечитал, не пожалел. Минимум дважды смотрел советский фильм, с молодым Куравлёвым в главной роли. Считаю, его сценарий очень близок к тексту книги, что бывает достаточно редко при экранизациях. И это, несомненно, достоинство фильма. Несмотря на то, что технические возможности передать эстетику ужаса тогда были слишком ограниченными по сравнению с современными возможностями киноиндустрии в этой области, фильм получился хорошим.

Не думаю, что есть смысл пересказывать здесь сюжет текста. Лучше напишу, что меня в книге удивило. Понятно, когда в советском фильме транслируется антиклерикальная пропаганда. Но мне показалось, что в самой книге её ещё больше, чем в этом советском фильме. Не думаю, что Гоголь специально приукрашивал картину здесь. По украински Бурса (семинария), где учился главный герой, представлена в книге очень неприглядно, похоже, что из неё выходили люди не столько глубоко верующие, сколько циники, которые профессионально, конечно, владели навыками проведения церковной службы, имели некоторые познания в грамоте, иностранных языках, церковной истории, имели кругозор в сфере религиозной и философской литературы, но при этом не имели навыка к осмысленной молитвенной жизни, не были они склонны и к воздержанию, посту, контролю своих чувств. Поэтому сталкиваясь с теми же стрессовыми ситуациями, многие из них пытались с ними справляться не постом и молитвою, а с помощью горячительных напитков.

Если эта ситуация была характерна для относительно мирного и внешне благополучного для Украины и России в целом XIX века, трудно говорить, что ситуация в клерикальной и вообще в духовной среде этих стран, или регионов страны, цивилизации, менялась в лучшую сторону в другие времена.

И кажется, что главный герой учился в бурсе именно при Киево-Могилянской академии. А ведь это заведение считалось одним из самых передовых в России, как минимум, в первой половине XVIII века, в доуниверситетскую эпоху. Там даже Ломоносов пытался учиться, но долго продержаться не смог.

Впрочем, недавно с удивлением узнал, читая Адама Смита, что в том же Оксфорде, во времена учёбы там самого Смита, дела обстояли совершенно скверно. Качество образования было низким, многие профессора сами часто либо не являлись на собственные занятия, либо вели их очень плохо. Поэтому слава об этом университете была явно преувеличена в те времена. И в итоге действительно образованными людьми, профессионалами своего дела становились далеко не все выпускники образовательных учреждений, но те, кто был одержим стремлением своего профессионального роста. А это всегда - меньшинство.

Критик Белинский считал «Вий» самым неудавшимся сочинением «Миргорода». Не хватала, дескать, ему в нем цельности. Да и правда, кажется, по крайней мере мне кажется, что последние ночи, проведенные Хомой в церкви и перемеживающиеся с удальскими попойками днем, могли быть и более развитыми и содержать кое-что сверх того, что осталось на бумаге. Ну и концовка: ни дать ни взять обрубается разом, внезапно, как бульдожья морда. Тут, сдается мне, можно было бы развивать и развивать. Превратил же наконец, увеличив вдвое, рассказ «Тарас Бульба» Гоголь в целый рыцарский роман, прилепив к нему, как к болванке, лучшее, что в книге было: я полагаю, это путешествие Тараса в Польшу. С «Вийем» могло случится то же, но что-то пошло не так... иссякло вдохновенье, и Гоголь вдруг уставился в пустоту?... Не знаю. Тем не менее, несмотря на эти пробелы и упущения, из всего «Миргорода» - это моя любимая повесть, причем почему именно она, а не какая другая, я ни себе, ни вам толком объяснить не могу. Ну вот люблю ее… и все.

Небольшая вещь от известного классика, в центре повествования которой судьба одного художника и картины, на которой изображён тот самый портрет старика, который со временем приобретает весьма зловещий характер.

Повесть открывает собой знаменитый цикл писателя, действия в котором происходят на территории Петербурга, атмосфера которого очень чувствуется здесь, а дополненные мистикой они помогают лучше прочувствовать то, что порой проглядывает между строк.

На первый взгляд, кажется, что "Портрет" простая история, повествующая о жизни художника и его творениях, которые со временем начинают жить собственной жизнью и способны влиять на судьбы других людей. И что самое ужасное, далеко не всегда с положительной стороны.

На небольшом объёме автору удаётся поделиться с пытливым читателем самыми разнообразными мыслями на тему творчества, денег и приоритете того или иного, что каждый решает для себя сам, что люди порой в погоне за барышом не гнушаются ничего, о череде невероятных случайностей и совпадений, могущих быть запущенным одним человеком, но отразившимся в итоге на многих.

Вроде бы небольшая повесть, но в ней оказались и весьма неожиданные сюжетные повороты, побуждающие к мыслительному процессу, яркие и запоминающиеся образы, а дополняет происходящее подходящая по смыслу мрачная атмосфера города. Всё это поддерживает читательский интерес до самого финала. Так что смело рекомендую всем любителям реализма с небольшой долей мистики.

Цитата:

Впечатление: В общем такое дело, решила для видео собрать книг-близнецы. То есть книги, в которых очень схож сюжет, основная идея, и иногда даже типажи персонажей.
И помню, что уже читала книгу похожую на «Дориана Грея», но хоть убей не помню названия. И тут нашёлся Гоголь, и это было прекрасно.
Конечно восторг вызывает старый Петербург с его 15-ой линией В.О., но ещё больше то, что повесть написанная в 1835 актуальна и сегодня.
Такая тоненькая грань между деньгами и талантами и продажностью человеческой души (если вы понимаете о чем я:)) А ещё это массовое изготовление портретов-это же сегодняшние фильтры в ИГ и штамповка людей.
В общем я с удовольствием послушала повесть.

О чем книга: Повесть рассказывает нам о бедном , но очень талантливом художнике, который однажды в Щукином переулке покупает завораживающий портрет. Купленный портрет вскоре забывается, а художник включается в повседневную рутину и гнетущие мысли о безденежье. Но однажды ночью портрет милого старик, превращается в портрет страшного старика, собственно, что и привлекает внимание Чарткова. И после кошмарной ночи, бедняк получает все: деньги, славу, но ценой служит-его талант.

Читать\не читать: читать

Формат: Аудио книга. Читает: Ростислав Плятт, Длительность: 01:59:00. Начитка хорошая, голос у читающего приятный. Никаких лишних звуков на записи нет.

Небольшой рассказ, который будто бы прошелся по следам «Пиковой дамы», оставив те же готические тени, но уже с налетом иронии и сарказма. «Гробовщик» — это именно тот случай, когда мистику Пушкин подает не мрачно и тяжеловесно, а с характерным для него лёгким слогом, почти играючи. Читается на одном дыхании, но после остаётся легкий морозок на коже и тень улыбки.

Главный герой — Адриан Прохоров, типичный представитель московской мелкобуржуазной среды, человек простой, но со своими маленькими амбициями. Он — гробовщик, и к своей профессии относится с деловитой серьёзностью. Впрочем, до тех пор, пока во время пирушки не ляпает глупость: мол, вот бы и покойничков позвать к себе на именины. Ну, а с Пушкиным шутки плохи — желание, как водится, исполняется.

Ночью Адриану начинают мерещиться бывшие «клиенты», иронично приветствующие его как старого знакомца. Покойники не гневаются, они лишь слегка насмешливы, словно хотят показать, что не стоит легкомысленно поминать мёртвых за пьяным столом. Эта сцена — словно короткий театральный фарс на грани сну и яви, мистики и сатиры. Как всегда у Пушкина — чуть-чуть страшно, чуть-чуть смешно, и всё — до обидного жизненно.

Особенно забавно читать рассказ параллельно с «12 стульями». Кажется, будто дух Бендера с его заездом к мадам Грицацуевой и гробовщиком в роли «вечного клиента» подмигивает из-за угла. И там, и тут — фигура гробовщика становится чем-то большим, чем просто профессия. Это уже образ — гротескный, жутковатый, но одновременно до смешного земной.

Пушкин, как всегда, в своем стиле — легко, живо, ёмко. Даже о смерти он умеет рассказать так, что улыбка и дрожь идут рука об руку. А сама история, пусть и короткая, остаётся в голове надолго, как старая баллада, услышанная в полусне.