
Ваша оценкаРецензии
Toccata3 августа 2010Читать далееА в конце все умерли
Нет, женщины ("все в черном"), остались, конечно, но что есть род без мужчин?.. На всем протяжении романа отходящие к праотцам если и печалили, то самую малость, но падение последнего бастиона, Томаса Будденброка, опечалило вконец. Ибо от маленького Ганно уже не приходилось ждать многого. И все-таки я надеялась, да, хотя бы на то, что из него выйдет пусть не наследник коммерческой фирмы, но талантливый музыкант. Не случилось и этого - тиф.
728 страниц прочлись на удивление легко. Отчасти из языка, отчасти из атмосферности: бюргерский быт прочно запал в сознание с четверговыми будденброковскими обедами, ежедневными конторой и биржей, ежегодными летними вылазками на море и католическим церемониалом по случаю крещения/свадьбы/смерти. Разумеется, каждый по-своему притянули и герои: Тони, трясущаяся над семейной тетрадью, (одновременно этим раздражающая и заставляющая себе сочувствовать); трагикомичный Христиан (аналогично); Томас, у меня - пусть это, наверное, банально - вызвавший наибольшую симпатию, (хотя бы попытавшийся найти ответы на вопросы собственного предназначения, смерти)... Посредством Томаса и состоялся излюбленный мотив Манна: "Вы бюргер на ложном пути, Тонио Крёгер! Заблудший бюргер…"
Мне было искренне жаль эту семью, ничем почти, казалось бы, не отличавшуюся от многих других, всех этих Хагенштремов... Но ведь типическое и задумывалось, должно быть. "История гибели одного семейства", а в ему подобных - вся Германия.
9 понравилось
44
alim_akmayev9 апреля 2026Медленное угасание
Читать далееРоман «Будденброки» произвёл впечатление не столько семейной саги, сколько медленного и очень точного исследования того, как время меняет людей. Это книга, в которой нет резких поворотов ради эффекта, но есть нечто более сильное — постепенное осознание того, что даже самые прочные основания со временем начинают рушиться. История семьи Будденброков воспринимается как путь от расцвета к внутреннему истощению. В начале перед читателем предстаёт мир порядка, достатка и уверенности в завтрашнем дне. Кажется, что эта семья создана для долговечности, что её имя и положение в обществе не могут пошатнуться. Но именно в этом ощущении устойчивости и скрыта будущая трагедия. Сильнее всего запоминается атмосфера медленного угасания. Здесь упадок не приходит внезапно — он ощущается в деталях, в изменении характеров, в усталости героев и в постепенной потере прежней энергии. Именно это делает роман таким глубоким и реалистичным.
8 понравилось
362
nastyakovleva26 августа 2025Читали в августе в моем книжном клубе
Читать далееСегодня мы обсуждаем роман Томаса Манна «Будденброки», который я как раз завершила читать в августе.
Этот роман во многом автобиографичен — Томас Манн писал о истории своей собственной семьи. И заканчивается эта история, как мы знаем, печально.
Повествование начинается с идиллической картины: роскошный обед в доме главы семьи, Иоганна Будденброка-старшего. Вокруг собралась вся аристократическая семья, а на коленях у деда сидит его маленькая внучка Тони. Мы знакомимся с главными действующими лицами: консулом Жаном (отцом Тони), его женой, и их сыновьями — будущим наследником Томасом и странноватым Христианом.
Далее мы будем наблюдать за жизнью семьи на протяжении нескольких десятилетий. Центральной дугой для меня стала судьба Тони. Мы видим её первую влюблённость, а затем — непростой выбор в пользу долга перед семьёй. Её брак с Грюнлихом оказывается ошибкой, муж — мошенником, и Тони возвращается в родительский дом с дочерью. Этот развод — клеймо для того времени, но она держится удивительно стойко.
Ключевой символ всего романа для меня — это семейная тетрадь. Именно её вид заставляет Тони сделать роковой выбор. И позже, в одной из самых сильных сцен, маленький Иоганн, последний отпрыск рода, испортит её страницы, сказав, что думал — «на нём всё и кончается». Эти слова оказываются пророческими.
Переломным моментом становится смерть консула Жана. После этого события распад семьи лишь ускоряется. Томас становится главой фирмы и женится по расчёту на красавице Герде. Но их долгожданный наследник, маленький Иоганн, рождается очень болезненным и физически слабым. Мне, как педиатру, было особенно интересно наблюдать за описанием его симптомов — это явный намёк автора на вырождение рода.
Томас, идеальный бизнесмен и аристократ внешне, к сорока годам ощущает внутреннюю пустоту, теряет смысл жизни. Он ревнует жену, понимает, что сын не сможет продолжить дело, и в конце концов умирает, найдя его в грязной луже — это мощный символ того, что всё тщательно скрываемое нутро рано или поздно вырывается наружу.
Финал закономерен: слабый и мечтательный Иоганн умирает от тифа, фирма ликвидирована, а Герда уезжает на родину. Род Будденброков прерывается.
Что мне понравилось:
Мы проживаем с героями всю жизнь, видим Тони ребёнком и становимся свидетелями её старости.
Блестящий баланс описаний природы и диалогов. Природа здесь — полноценный участник событий, она подсказывает настроение и предвещает ключевые повороты сюжета.Что вызвало сложность:
- Отсутствие однозначно положительного героя. Все персонажи с изъянами, и от этого иногда становилось немного скучно — не за кого было ухватиться.
О чём эта книга?
Для меня «Будденброки» — это не история с моралью, а масштабная и печальная сага об упадке. История о том, как дух предпринимательства и долга постепенно вытесняется рефлексией, искусством и тонкой душевной организацией, которые в жестоком деловом мире ведут к гибели. Это просто блестяще рассказанная история одной семьи.Буду рада услышать ваше мнение! Что вы думаете о героях? А как вы расшифровали для себя главные символы романа?
8 понравилось
457
Carapecosa31 июля 2025Читать далееЛет так 10 назад я читала отрывки этого романа на занятиях по немецкому.
Торжественно обещала себе однажды таки прочитать его целиком, но, как вы уже поняли, руки до него дошли только в 2025.
Что тут:
Семейная сага, охватывающая жизнь нескольких поколений богатого и влиятельного семейства Будденброков: от пика возможностей до полного угасания.
Причём, весь этот процесс — медленного увядания и потери могущества расписан очень подробно и обстоятельно.
Иногда, на мой вкус, даже излишне, с другой стороны — отчетлива видна причина каждого следствия.
Роман начинается со сцены в семейном доме Будденброков, где старый коммерсант Иоганн Будденброк в окружении детей и внуков, обсуждает дела фирмы.
У них хорошее благосостояние, крепкое положение на рынке, отличная хватка, и дед уверен — уж наследники-то всё это дело приумножат.
Но, чем лучше финансовое состояние семьи, тем больше её члены начинают задаваться вопросами необходимости этой постоянной работы на благо фирмы.
Да и, что уж скрывать, далеко не каждый хочет посвящать этому свою жизнь.
Ведь зачем работать, если можно не работать.
Так, постепенно начинают утекать денежки, прибыль уменьшается, а не самые удачные сделки и замужества будденброковских дам изрядно «треплют» и без того сократившееся состояние.
Каждое новое поколение, «молодая кровь», которая в мечтах старших членов должна усилить их род и вернуть былое влияние, наоборот, ведёт их к большему упадку, а себя — к саморазрушению.
Томас Манн мастерски прописывает своих персонажей.
При этом, сам он держит дистанцию — нет у него любимчиков, кому бы неожиданно благоволила судьба или его авторская рука.
Почти каждый полон сомнений и противоречий, которые мешают им жить, приводя одних в психушку, других к неврозам и болезням.
Постоянное столкновение «долга» и собственных желаний — то, что лейтмотивом проходит через весь роман.
В этом свете было очень жаль юного Ганно — правнука Иоганна, названного в его же честь.
Есть в этом какая-то злая ирония, что тот, на кого возлагаются самые большие надежды на возвращение былого, меньше всего по своей натуре для этого подходит.
Ему безразлична коммерция, он талантлив в музыке, но долг и возложенная ответственность давят на него едва ли не с пелёнок.
Приводит ли это к чему-то хорошему? Несложно догадаться, что нет.
В общем-то, как и в «Волшебной горе», на протяжении всего романа здесь ощущается неизбежность какой-то тихой катастрофы.
И читатель просто смиренно ждёт, когда же она случится.
Что здесь для меня было сложным, так это женские персонажи. Антония — регулярная причина заката моих глаз и раздражения.
Я пыталась её «понять и простить», но это выше моих сил.
Возможно, остальные бы меня раздражали не меньше, ведь предпосылки к этому были, но так как Тони была всё время на переднем плане, то ей и приз моих читательских несимпатий.
Ну, а в общем и целом, роман понравился. Не уверена, что захочу его перечитать однажды, а вот экранизацию посмотрю обязательно.8 понравилось
481
Peskovaya3 февраля 2025Читать далееВ 40–60-е года XIX века, в немецком городе Любеке жила семья торговцев – здоровые, полнокровные, процветающие немецкие бюргеры Будденброки. В начале романа семейство находится на пике своего процветания, их бизнес успешен и доходен, они купили огромный дом и празднуют новоселье. Но постепенно всё пошло на спад. Семейный бизнес год от года «худел», семья вырождалась. Богатую некогда торговую династию постиг печальный конец...
Почему это произошло? Думаю, потому, что Будденброки не хотели меняться.Это было время, когда по Европе, в том числе и по Германии, прокатилась волна революций. Каждая революция приносила перемены и в общественной жизни, и в торговле, но Будденброки не принимали их.
Жизнь шла вперёд, а они оставались прежними, даже порядки в их доме не менялись. Это как кочан капусты, который оставили на зиму в сыром погребе.Такие кочаны сгнивают изнутри. Так и Будденброки – сгнили, сидя без движения мысли и идей. Очень поучительно.
8 понравилось
445
ChristieNeva22 июня 2023"Будденброки" Томас Манн
Читать далееМое знакомство с Манном началось с "Будденброков". А всё благодаря совместным чтениям. Слог автора легкий, читается быстро и приятно. Не смотря на большое количество героев, они хорошо прописаны. В них не путаешься и хорошо запоминаешь каждого. (Я сперва скачала себе семейное дерево, но заглянула туда ровно 1 раз). Еще и жанр "семейная сага" мне интересен. А теперь подробнее о сюжете и основных героях.
Будденброки - это большая знатная семья. Свое богатство они сколотили коммерцией и дело семьи переходило из поколения в поколение.
Иоганн Будденброк отец четверых детей.
Старший сын Томас - главный и единственный преемник бизнеса. Он делает только то, что правильно, слушает маму с папой и смело раздает советы о том, как правильно жить остальным членам семьи. Классический старший брат.
Тони - душа и сердце семьи. Искренняя, эмоциональная, и открытая. Но насколько это уместно в конце XIX века?
Кристофер - в семье не без урода, простите, непонятый гений, белая ворона или просто Кристофер.
Клара - младшая дочь с говорящим именем. Чистая, ясная и такая хрупкая.Но было бы все гладко - не было бы произведения. Все катится к чертям Наступает упадок, а нам остается только наблюдать за тем, как главные герои, каждый по своему, пытается справиться с накатившимися проблемами.
Что ж, резюмирую: знакомство прошло успешно. (Поговаривают, Манн описывал свою семью в этом романе. Может от этого и получилось произведение таким искренним.) Но я не уверена, что хочу дальше изучать творчество автора.
Но может быть Вы читали у него что-то такое, мимо чего лучше не проходить?8 понравилось
613
Tam_cugeJ7a_Mypka23 мая 2023Неироничный заголовок. Тут жесть...
Читать далееЯ терпеть не могу семейные саги и эту начала читать только потому, что ее написал Томас Манн, да и то, знаете ли, чтение пошло лишь со второго раза (это какое-то проклятье — у меня так со всеми манновскими книгами). Честно говоря, в первый раз меня очень напугало такое большое количество действующих лиц сразу в первой сцене, и я решила, что эту тяжеловесную бюргерскую штучку в 500 страниц (для скучной семейной саги это очень много) я просто-напросто не потяну, потому что ни черта не смогу запомнить. И вот, скачанная книжка, как говаривал один профессор (он, кстати, уже умер), некоторое время "томилась" в читалке. А ровно три недели назад (т. е. уже год и з недели назад ахахах) случилось чудо! — ища, что бы такое почитать, я вспомнила о "Будденброках". Собравшись с силами, я-таки продралась через семейный обед в честь покупки дома, причем, вычитав в какой-то здешней рецензии про полезность выписки на листочек всех действующих лиц, проделала в точности то же самое. Результат получился такой же плачевный, как и у предыдущего рецензента, — половина людей из списка буквально в следующей же части оказались мертвы! Осознав свою ошибку и посетовав на тщетность бытия, я решила: а, будь, что будет! — и дальше читала просто так, без всяких приколов, надеясь не столько на благоразумие автора, сколько на свою (эх) память. К счастью, все оказалось не так страшно.
Не скажу, что история настолько уж интересная, но, б-г мой, как же хорошо написано! Гениальный Томас Манн из гениальных слов составляет гениальные предложения. Я читала, восхищалась, наслаждалась и завидовала белой завистью, — правда, простите меня. Наверно, — это только лишь мое предположение, — легче всего пишется о том, что постоянно видишь и хорошо знаешь, поэтому не удивительно, что составляющие сюжета романа писатель черпал из своей жизни и жизни своей семьи. Любекский купец сенатор Томас Йоханн Генрих Манн — никого не напоминает? Продажа фирмы, продажа дома после его смерти... Впрочем, это только самая-самая основа, — сухой "бытийный" костяк одевается в прочную, здоровую (хотя о всяких болезнях автор любит распространяться не в меру) "художественную" плоть, — и вот, смотрите, Будденброки, Хагенштремы, Меллендорфы и прочие Кистенмакеры — ну как живые (что не мешало мне напрочь забыть кто из этих второстепенных кто и их появление тут и там на всем протяжении романа и мое непонимание, о ком же все-таки речь, пришлось принимать как досадную данность).
Главных героев, по сути, всего пять — Антония, Томас, Христиан, мать, как объединяющее (до поры) начало, и Ганно, как человек, долженствующий подвести черту. Кстати, по поводу черты, — по поводу "...я думал, дальше уже ничего не будет". Это было очень, очень прозрачно, так просто, что граничило с неосторожностью. Мы ведь знаем, из заголовка знаем, к чему все идет, и только самые нежные, самые чистые души, набредя на этот прием, могут всплеснуть руками и сказать: "Ах, какое предвидение!" — остальные же увидят в этом лишь некоторую неопытность автора. Нет, это не плохо, но немного как бы вымученно, наивно, безыскусно. Я так говорю еще потому, что мои представления о сюжете романа сыграли со мной в каком-то роде злую шутку. Если бы я знала, если бы я знала, что все так закончится! Я же думала, что Ганно станет-таки музыкантом и довольно успешным музыкантом, виртуозом, гением, — так к чему, скажите, тогда такой надрыв? К черту этих Будденброков, к черту семейный круг, если из этого круга выйдет личность — и какая! Но гибель семейства здесь — действительно гибель, действительно всего (почти) семейства, безо всяких глупых метафор, как могло кое-кому показаться...
Многие осуждают Тони, говоря, что она тупая и несносная, что она предала свою первую любовь, насильно и неудачно женила дочь, и все в таком роде. Бесспорно, это так, но все-таки, при всех ее недостатках, при всей ее суетности, высокомерности и страстном желании быть "аристократичнее", она жертва. Жертва обстоятельств, жертва происхождения, в какой-то мере, — жертва собственного отца. С детства ей вскружили голову важностью фамилии, честью рода, пресловутыми и на все лады превозносимыми "интересами фирмы", и она, не так по глупости своей, как подталкиваемая со всех сторон на этот, казалось бы, удачный и благотворный шаг, кладет свою будущность на коммерческо-общественный алтарь. Механизм запущен. Несмотря на бесчисленные и «отрезвляющие» горести, подобную установку г-жа Антония пронесет через всю жизнь, вполне с ней освоившись и сделав бездумное служение "семье" частью своей натуры. Христиан же, являясь человеком весьма своеобразным, на семью, на фирму, просто-напросто, плюет и, хоть и не отвергает совсем коммерцию, перебивается случайными заработками, околачивается в клубах и в театрах, травит байки, ругается с братом и болезненно прислушивается к своим ощущением, что выливается сначала в разного рода физические недомогания, а потом переходит в натуральнейшее сумасшествие. Но ведь и он заслуживает сострадания — позорник, не подходящий под "идеалы". Томас — вроде бы, более удачливый и твердо стоящий на ногах будденброковский отпрыск, но его размышления о том, "кто же он, Томас Будденброк, — делец, человек действия или томимый сомнениями интеллигент", хоть он и отмахивается от них всячески, — первый, тихонький, тоненький, но настойчивый звоночек, что, может быть, и он идет не туда. И вот, достигнув всего (а выше головы не прыгнешь), он, все-таки пессимист по своей сути, как бы искусно не притворялся, — вот эта его ирония, эта насмешечка — вернейший признак, — вдруг испугался, испугался, и чего — домысла, нелепого умозрения, что, дескать, дальше уже некуда, теперь — только вниз. Все больше и больше путаясь в экзистенциальных вопросах, несчастный сенатор нападает на книжечку Шопенгауэра (а Томас Манн, заметьте, ставит эту «Мир как воля и представление» в один ряд с Девятой симфонией («Тонио Крегер»)) и — вот так неожиданность! — почти прочитывает ее. Почти прочитывает и почти получает ответ, — когда его предки и смотреть бы на подобную ерунду не стали. Но "проверить себя" в виду близости собственной кончины ему не удастся (кто знает, может быть, это и к лучшему), — все, что его так занимало, смерть, негодяйка, обращает в ничто, — после обморока на мостовой сенатор так и не придет в полное сознание и, так до смешного тщательно следивший за своим внешним обликом при жизни, отойдет в мир иной, прямо скажем, не в лучшем виде.
Мне не было жалко маленького Ганно, мне было жалко себя, потому что его музыкальная фигура сулила появление в тексте так горячо любимых Манном септим, терций, квинт-секст-аккордов и еще бог знает чего, чего я никогда не понимала и никогда уже не пойму. С зубовным скрежетом вспоминаю здесь "Доктора Фаустуса", внушившего мне некоторое отвращение не только к "музыке Манна", но и к музыке вообще — как к искусству для избранных. Ну пусть я стою "в преддверии храма" со своим свиным рылом, но зачем же "презрительным мановением руки" и меня оттуда изгонять, если Герда, заявив свое исключительное право на музыку (и на сына), — была не права, и читатель и автор это прекрасно понимают? Томас Манн, в этом плане ты — волк в овечьей шкуре. И все же я чувствовала, что с такими задатками у юного Иоганна ничего не выйдет. Та глупая мысль, что он все-таки кем-то станет, вступала в противоречие с кое-какими моими собственными размышлениями и наблюдениями. Как это ни печально, на лицо — абсолютная неприспособленность к жизни, душевная неприспособленность к «борьбе», хотя с «преодолением» мальчик знаком не понаслышке. На вопрос: «Хочешь ты стать коммерсантом?» — ребенок отвечает «да» не потому, что он действительно хочет им стать, а только потому что за «нет» последует если не гнев, то всеобщее изумление, а тут же и другой вопрос: «А кем ты хочешь стать?» — боюсь, что для мальчика неразрешимый. И вот когда на школьном дворе он высказал своему аристократическому другу из сказки о Снежной королеве все свои сомнительные жизненные перспективы, я поняла, что сейчас мне дадут или разгадку и направление к действию, или стандартный в таком случае вариант — смерть. Но какие тут разгадки, какие тут действия, если нет почвы под ногами, если мать холодна, как лед, если отец, и так человек получужой, — под могильной плитой чуждый вдвойне, а собственные силы — ничтожны? И музыка, как бы она ни была хороша и отрадна, в этом случае — род отравы. Остальные милы, но годятся только для того, чтобы раз в сколько-то страниц заявлять о себе, как о многообразной суетности мира, — собраться на торжественный обед/именины/крестины/похороны, обсудить то или иное биржевое/городское событие, поглумиться над очередным неудачным браком Антонии, отметить рождество, как в бергмановском "Фанни и Александре", и в конце концов, выдвинув вперед горбатенькую старушку, провозгласить божественную истину.
Манн смотрит на своих героев свысока, — да, впрочем, так и надо, писатель — демиург, вершитель судеб — должен быть чуть-чуть выше "их всех", — и немножко с юмором, но порою, что называется, совсем в лоб, а иногда с таким легким, почти неуловимым, просто замечательным. Клотильда? Кузины Фридерика, Генриетта и толстушка Пфиффи? Петер Дельман? Демонический маклер Гош? Ну, грешно смеяться над убогими. А вот, посмотрите, какая прелесть: Антония, перебывав во всех своих "обличиях" — будучи сначала Тони, потом мадам Грюнлих, потом г-жой Перманедер, время от времени, к случаю, произносит фразы, однажды слышанные ею на травемюндском взморье от студента Шварцкопфа. Причем, что интересно, все, абсолютно все мысли студента рано или поздно, в подходящих обстоятельствах, ею были высказаны. К тому же, это еще очень характерно. Под конец Манн оттянулся забористым описанием мУзЫкИ, хотя, к его чести, не стал слишком уж мучить читателя терминами. И оттянулся дважды — доставив себе, надо думать, неизмеримое удовольствие полунаучной главой о тифе. Вообще, сложилось впечатление, будто, при всем растекании мыслию, автор чего-то не договаривает, и нет, не скрывает, а не может сказать. Не знаю, почему так. А депрессивная-то вещица, эти ваши «Будденброки»! Хоть и про гибель семейства, но не думала я, что все будет настолько жестко… Но их история меня чем-то зацепила, и, может быть, когда-нибудь я к ней вернусь — уже без иллюзий и будучи чуть умнее.
А, да, хотите анекдот? Оба брата едут на отдых на море, а там Сетт... то есть маклер Гош пьет грог. Маклер Гош переводит на немецкий язык полное собрание пьес Лопе де Вега, и что-то мне это собрание смутно напоминает одну многотомную "Социологию страданий"... А тульский портсигар — с тройкой, а малайские скулы некой особы, а "Фауст" Гете, а портер за завтраком?.. И "Волшебный рог мальчика", — но это уже из другой области. Да вы новеллы почитайте — там этого всего навалом.
П.С. Без иллюзий и будучи чуть умнее копирую сюда эту рецензию. Отвратительные умозаключения. Надо было публиковать раньше, ахаха.
Содержит спойлеры8 понравилось
537
GoodloeGirandole5 февраля 2022C охотой приступай к дневным делам своим, но берись лишь за такие, что ночью не потревожат твоего покоя.
Читать далееОни гордо несли звание аристократов, бережно охраняли семейное дело, отстаивали фамильные интересы. Но были ли они счастливы?...
Я до последнего ждала, что Антония встретит любовь своей молодости и хоть немного побудет счастливой. Думала, что может быть Томас найдет отдушину...Но роман высокопарный, центральные герои если правильные - то в соблюдении приличий и гордости своей идут до конца. А те кто изначально слаб душою, таким всю книгу и жизнь остается. Накала страстей и чувств здесь ярко не увидишь - всё чопорно и благородно. Трепет, с которым Антония вписывает в семейную книгу события, проходит через всю её жизнь. Томас же тянул лямку фамильного дела, но утратил свое собственное я, растерял себя. А дети? почему только один сын? Девятнадцатый век, один ребенок - это очень мало, слишком мало для того времени. И финал произведения это доказывает. Интересно было наблюдать за мошенническими операциями того времени - как и зачем женились на богатых дамах, и чем обернулась женитьба "жуира" на ловкачке.
В семье все должны стоять друг за друга, иначе беда постучится в двери.Но, к сожалению, эта книга - история конца некогда большой, богатой, величественной семьи Будденброк.
8 понравилось
450
Earwig13 июня 2021Грохот надвигающегося рока
Читать далееЧитая этот роман буквально слышишь грохочущий шум надвигающейся трагедии. И особенно смертоносно - в минуты благоденствия, румяного семейного праздника. Как в сцене перед грозой, описанной автором: становится немыслимо темно, душно и каждый ощущает некую натянутую струну, которая вот-вот порвется. С печалью можно выдохнуть уже во время грозы и когда очередной член семьи Будденброков расстается с жизнью. Но ангел скорби продолжает нестись и трубя, возвещать о гибели.
Отмеченной мной огромное достоинство этого романа - отсутствие глубокого погружения в контекст сути времени. Здесь присутствует политическая, социальная, культурная жизнь, но ее назначение скорее декоративное. Обрамлять и подчеркивать, как у пальмы в гостиной. Это позволяет произведению не терять актуальности и выглядеть ошеломительно современным.
Здесь нет прямого ответа, почему же, в конце концов, все так вышло. Никто не назначается виновным и нет искушения искать какие-то переломные моменты. Когда все стало рушиться? Может виной обильные обеды, нечуткая родня или властный родитель? Современность, готовая рационализовать ту или иную проблему сотней способов, этого не любит. Мы готовы бесконечно искать, разгадывать, допытываться, чтобы предпринять контратаку и ни на секунду не отпустить штурвал. Но лично мне кажется что эти поиски нередко слишком наивны и трагедии просто суждено случиться "ни почему". И это на мой взгляд ценнейшее достоинство романа - описание этого падения вопреки усилиям, решениям, мольбам и хитростям. Герои отнюдь не покорно шагают в бездну и совсем не нарочно навлекают на себя "гнев судьбы", просто все происходит наихудшим образом. И всё. И к этому больше нечего добавить.
Для меня это совсем не просто книга из списка "сто великих романов" которую следует прочитать для какого-то там самообразования. Это живой, болезненный ответ на вопрос "Почему это случается со мной, когда я так стараюсь?". И как ни удивительно, этот ответ приносит утешение и желание просто склониться перед могучей стихией, а не орать в бездну.
8 понравилось
1,8K
manulchik12 февраля 2018Читать далееГибель идеи
В принципе, мой отзыв на Будденброков можно ограничить восклицанием "Как же я люблю семейные саги!!!" и дальше уже будет бессмысленно рассуждать.
Это совершенно потрясающий кирпич в известном жанре, который хочется продолжать читать - как жизнь, только на бумаге, страницу за страницей. История нескольких поколений богатой семьи коммерсантов-бюргеров, фоном - север Германии, 19 век и всё, что он с собой принёс. Времена эта семья переживает самые разные, но одно для них остаётся константой - вес фамилии, престиж, обязательства каждого дня и долгосрочные обязательства, которые эта фамилия диктует. И здесь есть Будденброки, охотно принимающие и понимающие свой долг, несущие его как бремя, но очень гордое и важное; но есть и другие - и нельзя сказать, что они противятся этому долгу сознательно или бегут от осознанных потребностей семьи. Им просто чудовищно тесно в рамке той картины, куда они попали. Они не просто не способны играть роли, которых от них ждут; они просто предназначены совсем для других своих жизней.
Цена иметь и носить эту фамилию давлеет одинаково над всеми, но в разных поколениях разные члены семьи воспринимают это по-разному. Это прекрасный, густой, фактурный, очень насыщенный роман, который на удивление легко мне дался от первой до последней страницы; не надоел и не утомил. Автор, надо сказать, относится к своим героям с нескрываемой и очень тонкой иронией, порой комментируя их действия, душевные порывы и реакции с лёгким, но очень метким юмором. Будденброки - это целая палитра человеческих характеров, судеб и лиц - во всех смыслах. В этих страницах не застреваешь, - туда с удовольствием погружаешься и смакуешь всё - описания северной природы, наряды дам и джентльменов, а частые праздничные семейные сборы и трапезы прописаны так детально, что невольно создаётся ощущение, будто не читаешь текст, а рассматриваешь картину.
Для меня эта сага представляла особый интерес к прочтению -ведь первый роман моего любимого Орхана Памука, "Джевдет-бей и сыновья", часто называют "турецкими Будденброками", не то с упрёком, не то с долей одобрения. И мне было вдвойне интересно мысленно сравнить собственные ощущения. То, что Памук ценит творчество Манна и всегда отдельно отмечает эту сагу среди своих любимых произведений, - информация открытая. Мне правда показалось странным ставить их рядом по какому-либо признаку, кроме как жанровому - по этому критерию сходства всегда можно найти.8 понравилось
373