A Night to Remember

Если это высшее достижение оказалось таким ужасающе непрочным, хрупким, то что же тогда говорить обо всем остальном? Если богатство в ту холодную апрельскую ночь значило столь мало, то так ли уж много оно значит во все остальные дни и ночи года?

Очень страшно, когда подобная книга оказывается не просто бестселлером-вымыслом или нашумевшим фильмом-катастрофой — хроникой настоящих событий. Маленький апокалипсис образца тысяча девятьсот двенадцатого года внутри одного, будто бы "непотопляемого" корабля. Да и маленький ли? По разным данным около тысячи шестисот тридцати пяти погибших, а еще сколько выживших, но искалеченных навсегда, сердец?! Гибель "Титаника" по праву считается самой ужасной катастрофой последнего столетия. Столько нелепых стечений обстоятельств, столько всяких "если", которые очень качественно и обстоятельно разъяснены в замечательной книге. А ведь по сути вопрос в одном: когда уже мы — люди — перестанем считать себя всемогущими? Когда поймем, что мы — не Боги и нет у нас Высших сил? А словосочетание "непотопляемый корабль" само по себе звучит комично. Потому что это — техника, а вся техника в сущности ненадежна. Вот кто может посмеяться над человеческими деяниями, так это природа и… сам человек. Человек может так споткнуться, настолько опоздать на определенном этапе в подобных ситуациях, что погубит и себя, и всех других. Увидь впередсмотрящий айсберг на пятнадцать секунд раньше — ход истории мог бы стать другим, кто знает?... Так или иначе, а катастрофы можно было избежать, "Титаник" от этого не стал бы менее знаменитым, он все равно вошел бы в историю. Но только благодаря счастливому случаю и уцелевшим жизням, что определенно является поводом для гордости.

Запомнившиеся и оставшиеся незамеченными, знаменитые и безвестные – все они вместе скатывались в одну шевелящуюся массу по мере того, как нос все глубже уходил под воду, а корма все круче задиралась к небу. Мотив «Осени» заглох в беспорядочной мешанине из падающих музыкантов и их инструментов. Огни потухли, опять вспыхнули и погасли навсегда. Продолжал мерцать лишь керосиновый фонарь на кормовой мачте. Приглушенные удары и звон бьющейся посуды становились все громче. Когда все, что могло быть сдвинуто, сорвалось с места, над океаном, казалось, загремел непрерывный гром.

Теперь все, совершенно все: пассажиры первого и третьего классов, персонал… Все они были одинаковы, все маркированы ярлыком "жертва". Все попали в капкан собственной напыщенности и самонадеянности — шутка ли, плыть на непотопляемом "Титанике"?! Люди настолько не верили в возможность катастрофы, что, по сути, были спокойны намного дольше, чем то должно быть. С одной стороны: кто же мог такое представить? А ведь с другой: как можно было настолько обмануться, что "Титаник" (корабль же!) не тонет и непробиваем?! В книге пишут, что со времен катастрофы сделано множество поправок в плане корабельных путешествий. Дай Бог, должна была хоть немножечко нас проучить ирония природы, которой не жалко жертв, если мы не умерим собственное себялюбие и мнительное могущество.

Дальше...

Гибель «Титаника» разбудила их. Никогда больше не будут они столь уверены в себе. Особо чувствительный удар эта катастрофа нанесла по репутации техники. «Непотопляемый корабль», возможно, являющийся высшим достижением мысли человечества, оказывается, может затонуть в первый же свой рейс.

Никогда больше не станут люди направлять свои суда в ледяные поля, не прислушиваясь к предупреждениям, уповая только на прочность нескольких тысяч тонн склепанных стальных листов. С той достопамятной ночи на трансатлантических лайнерах будут серьезно относиться к ледовым предупреждениям, стараться обойти опасные места или идти умеренным ходом. Никто больше не будет верить в «непотопляемые» суда. И айсберги не будут больше безнадзорно болтаться по морям. После гибели «Титаника» американское и английское правительства организовали международный ледовый патруль, и сегодня корабли береговой охраны следят за блуждающими айсбергами, которые дрейфуют в сторону морских путей. В качестве дополнительной меры предосторожности на зиму морские пути сдвигают к югу. И нет больше лайнеров, на которых радиовахты несли бы неполные сутки. На каждом пассажирском судне обязательно предусмотрена круглосуточная радиовахта. Люди больше не будут гибнуть из-за того, что какой-нибудь Сирил Эванс в десяти милях от них закончил вахту и улегся спать. «Титаник» был последним лайнером, вышедшим в море без достаточного количества спасательных шлюпок.

Гибель «Титаника» положила конец практике, в соответствии с которой пассажиры первого класса подлежали эвакуации с тонущего судна в первую очередь.

Классовому различию посвящено полкниги, и это страшно, когда спасают в первую очередь пассажиров первого класса, когда других пассажиров, как скотов, закрывают внизу и даже не допускают к шлюпкам. Кругом обман и хитрость, если на тебе клеймо бедняка. Даже детей, и то не всех допускали к шансу на спасение. Понятно, что всех не спасти, раз такая ситуация, но ведь должен быть предел!

Даже самих пассажиров третьего класса дискриминация не особенно волновала. Классовые различия они принимали, как принимают правила игры. Один из них, Олаус Абельсет, считал доступ на шлюпочную палубу привилегией, которая дается вместе с билетом на право проезда первым или вторым классом… даже если судно тонет

Несмотря на то что на «Титанике» соблюдался принцип «женщины и дети садятся в шлюпки первыми», коэффициент смертности среди детей третьего класса почему-то оказался более высоким, чем среди мужчин из первого. Такой контраст не ускользнул бы от внимания сегодняшней прессы, падкой на разговоры о социальной справедливости (или на сенсации).

Да даже пресса непосредственно после катастрофы уделяла больше внимания интервью богатых персон, чем воспоминаниям бедняков! В таких ситуациях это — абсолютная дикость. Видимо, так будет всегда. И это обидно, невероятно обидно, потому что большинство не принадлежит к сливкам общества и большинству в таких ситуациях суждено быть жертвами. Ведь там, где у всех мало шансов выжить — у недостаточно богатых эти шансы еще и отбирают.

В 8 часов вечера он признал, что в радиограмме с «Олимпика» «забыли сообщить о том, что весь экипаж спасен». В 8 часов 15 минут: «Не исключена возможность, что есть человеческие жертвы». В 8 часов 45 минут: «Мы серьезно опасаемся, что человеческие жертвы весьма значительны». К 9 часам он уже не мог скрывать правду: человеческие жертвы были «ужасными», ему пришлось признать, что если лайнер можно заменить другим, то «человеческие жизни вернуть невозможно».

Книга замечательная, читала, не отрываясь! Советую всем, кому интересны подробности стольких нелепых смертей.

Большинство знакомы с историей «Титаника» благодаря одноименному фильму Джеймса Кэмерона. Трехчасовая романтическая история, разворачивающая на фоне катастрофы, собрала рекордные сборы, превратив кино в культовое. Успех фильма «Титаник» можно объяснить сочетанием яркой истории любви, эмоционального контента, визуальных эффектов, музыки и режиссуры. И историей, которую невозможно было придумать.

Итак, книга «Последняя ночь Титаника» – все-таки произведение нехудожественное. Это документальная работа, основанная на интервью и рассказах выживших пассажиров и членов экипажа Титаника, а также на документах и других источниках. Книга была опубликована в 1955 году и по сей день считается одной из наиболее полных и достоверных работ о последних часах существования Титаника. Я думаю, для своего времени она была чем-то невероятным. Книга, которая погружает читателя в атмосферу опустошения и невероятного страха, испытанного пассажирами и членами экипажа Титаника в ту роковую ночь. Нам показывают, как люди по-разному проявляют себя в условиях опасности, кто-то спасает себя, кто-то героически спасает других. Титаник был самым большим и роскошным лайнером своего времени, и его гибель показала, что даже самые передовые технологии и предпринимательские усилия не могут защитить людей от стихии. Это порождает чувство страха и уязвимости перед непредсказуемой силой природы.

Самый большой и роскошный корабль своего времени. Погибло полторы тысячи человек. Катастрофы всегда привлекают внимание, особенно, когда речь идет о крушении чего-то «самого-самого». Такие трагедии вырывают нас из комфортной реальности и напоминают, что мир – это опасное место, где пострадать может каждый. Не важно сколько у тебя денег и какое положение в обществе. Ледяная вода не щадила никого. До сих пор люди смакуют жуткие подробности, проводят расследования, ищут виноватых. Несмотря на то, что прошло более 100 лет со дня гибели Титаника, многие аспекты катастрофы остаются загадкой. Это порождает интерес к истории и желание узнать больше о том, что произошло на борту корабля.

Титаник был построен как символ человеческой прогресса и мощи. Его гибель стала символом превратностей судьбы и напоминанием о том, что даже самые могущественные и престижные проекты могут оказаться под угрозой.

На самом деле, я считаю, что эта книга великолепна, а работа, проделанная автором, восхищает. Но я не смогла избежать ощущения того, что почти все, что здесь написано мне уже хорошо знакомо, благодаря известному фильму. Серьезно, все тоже самое, но без Джека и Розы (быть может, это кому-то покажется плюсом). Если вам достаточно эмоционального кинематографического опыта, то фильм может быть лучшим вариантом. Если же вы хотите узнать больше о реальных событиях и историях, то книга станет лучшим выбором. Прочитать книгу или посмотреть фильм - выбор зависит от ваших интересов и предпочтений.

Эта тоненькая, потрепанная жизнью книжечка в мягком переплете, с немалым трудом удерживающая в себе истерзанные страницы, находилась где-то среди домашних книжных завалов долгие годы. В первый раз я ее откопала, когда мне в возрасте лет этак шести, что называется, снесло крышу на почве катастрофы «Титаника». Это была самая настоящая мания – мы выуживали информацию везде, где только можно (что для таких детишек не так и просто), заводили специальные «исследовательские» тетрадочки, куда вписывали и вклеивали все узнанное и добытое. Даже чертежи лайнера пробовали делать. В общем, диагноз. Однако, несмотря на всепоглощающий интерес, эту книгу, приобретенную еще моей мамой (у которой также диагноз на подобные штуки), я осилить не смогла. Хватило только на пару десятков страниц, да и то еле-еле: сероватый мелкий шрифт на пожелтевшей бумаге воспринимался тяжело, да и читать было скучновато, потому что, как это ни странно, ничего особо нового книга не прогнозировала. Все это, казалось, мы уже видели в нашумевшем фильме.

И вот теперь, когда голова моя полна многочисленных статей, подхваченных в интернете, документальных фильмов, и, казалось, вмещает все, что только можно по этой теме, я снова наткнулась на старую книгу и решила, что, конечно, непорядок, надо прочесть.

Книга содержит такие замечательные вещи, как чертежи «Титаника» и приблизительную хронику событий, различные данные о самом лайнере и о погибших/спасшихся пассажирах, подведена разного рода статистика. Но в общем и целом материал представляет собой сборник свидетельств очевидцев – выживших с «Титаника», пассажиров «Карпатии», которая подобрала шлюпки, связистов суден, находившихся поблизости и так далее. Кое-что автор подвергает сомнению, указывая на противоречивость заявлений одних и тех же лиц или несоответствия с их пребыванием в том или ином месте, но в целом им подобраны свидетельства, наиболее заслуживающие внимания.

Дело в том, что книга представляет собой не подробный отчет о катастрофе. Последняя ночь «Титаника» видится глазами тех, кто ее пережил. Никаких четких фраз и мало технических сведений; сначала видимое спокойствие, потом неразбериха, обрывочные сообщения о том, что тот отсек затоплен, там вода, здесь та проблема, тут иная. Более или менее ясная картина происходящего складывается сугубо из слов очевидцев, а очевидцы, по строгости говоря, не больно-то много и понимали.

Короче говоря, мутное получилось чтиво, как и сама ситуация. Однако все равно было интересно ознакомиться с реальными свидетельствами, хотя изначальное предчувствие меня не обмануло – Кэмерон, как видно, опирался на них же, потому как расхождения с фильмом вышли, попросту говоря, ничтожные. Да и документалки все это тысячу раз перетирали.