Отзывы о книге Варавва

Данный сборник состоит из двух произведений шведского писателя, в 1951 году получившего Нобелевскую премию по литературе. Это роман Варавва и повесть Мариамна , объединённые общей темой библейских легенд и вечных вопросов, волновавших автора.

Варавва https://s.livelib.ru/img/stars2/r40-green.png">

В библейском повествовании Варавве отведена всего пара строк, однако его имя хорошо известно каждому христианину. Жизни этого человека и Христа соприкоснулись на короткое время, когда разбойник Варавва был помилован вместо Иисуса Христа. Но если дальнейшая судьба Спасителя освещена подробно, то с Вараввой дело обстоит иначе. Что известно о нём ?

Писатель попытался воссоздать историю разбойника после чудесного освобождения, когда тот знакомится с последователями учения Христа и начинает по иному осмысливать свой жизненный путь. Чем больше он узнаёт о новой вере, тем больше у него возникает вопросов и сомнений, тем сильнее становятся его метания в поисках ответов. Ему, реалисту, страшащемуся смерти, тоже захотелось узреть Чудо и он отправляется в долгий и трудный путь постижения Веры. Благодаря писательскому мастерству, даже незнакомому с библейской историей читателю будет понятно рассказываемое здесь, а, может быть, и близкое в чём-то, когда перенесясь на много лет назад в Иерусалим и Рим, мы будем проходить шаг за шагом этот путь вместе с главным героем.

Мариамна https://s.livelib.ru/img/stars2/r45-green.png"> Повесть названа по имени главной героини, происходившей из влиятельной династии Хасмонеев и являющейся женой иудейского царя Ирода Великого, жестокого и беспощадного, который не верит никому и повсюду видит врагов и соглядатаев.

Знакомство с прекрасной и душой, и телом Мариамной, которую народ впоследствии прозвал Царицей Серебряной, и женитьба на ней, не помогли Ироду стать лучше. Будучи сам отправлен всевозможными грехами и пороками, он не сумел до конца ей поверить, повсюду видя врагов и предательство. Любовь не стала исцелением, а чистота душевных помыслов другого скорее раздражала, чем смиряла и действовала умиротворяюще. Эта история словно ещё раз напоминает, что нельзя изменить человека, как не люби его, если он сам этого не захочет. Прекрасная изящная вещь, полная психологизма, наблюдений над человеческой природой и исторических деталей. Интересный сборник, затрагивающий важные вопросы и темы, которые будут всегда волновать человека.

Вселенная - это великая мысль Творца. Земля - Его гениальная лаборатория. Человек - это Его уникальное творение, наделенное способностью самовыражаться. Человечество - это... Нужно ли пытаться найти объяснение тому, что разрушает самОе себя? Оно предает, убивает, пригвождает, проливает невинную кровь, унижает, совершает насилие над теми, кто слабее в стократ, наводит оружие к виску и долго не нажимает на курок, наслаждаясь агонией жертвы, продает душу дьяволу за грош и спит спокойно ночью на мягкой подушке, вцепившись за бренность и тлен всем, чем только можно... Зная это, какими словами можно объяснить понятие человечество?

Пер Лагерквист пишет о главном! Он никогда не марает бумагу бессодержательным, примитивным и бездарным текстом. Его слово - это мощное оружие, направленное на дегуманизацию, зверство и насилие. Он прекрасно видит к чему катится человечество и возводит баррикады по краям пропасти, толкает огромные валуны, пытаясь остановить его безумные рефлексии. Любое произведение Лагерквиста - это те самые баррикады и валуны, это попытка докричаться, достучаться и заставить раскрыть глаза и обвести взглядом то, что человечество сотворило с самим собой. Просто посмотреть и смочь после этого сдержать слезы. Сдержать отчаянное желание выпустить на волю дикий вопль, разрывающий душу, если она, все еще, осталась жива.

Произведение "Палач" ("Bodeln") было написано в 1933-м году. Именно в тот год произошла победа фашистского путча в Германии. Но в самом произведении это событие никак не высвечивается прямым посылом. Оно выписано как миф, как легенда. Тут нет сюжета, как такого. Это бесподобно разрисованное полотно, перед которым можно застыть. В буквальном смысле слова. Представьте себе средневековый кабак, где собирается народ после трудного рабочего дня попить пива, поговорить о том о сем, посудачить и разбрестись по домам. И представьте себе, что однажды в этом самом кабаке вместе с простым людом сидит палач, заплечных дел мастер, руки которого по локоть в крови. Его боятся, считают всемогущим и бессмертным, добрым и злым одновременно, почти Богом. Тот же кабак, те же люди, тот же палач, но век 20-й. Мнения не изменились, всемогущий вершитель судеб возведен чуть ли не на трон, и одновременно, осуждаем за зло. Палач - он и Бог и Сатана. Человек в военной форме (фашист-победитель) расхаживает по кабаку со словами:

Чудесно, что будет порядок, господин палач! Народ стал бессовестный, время... его приструнить!

А что сам палач? Тысячелетиями хранивший невозмутимость, молча слушавший с устремленным во тьму, взглядом из-под тяжелых век, он вдруг заговорил:

От рассвета времен справляю я свою службу, и конца ей покамест не видно. Мелькают чередой тысячелетья, народы рождаются и народы исчезают в ночи, лишь я остаюсь после всех и, забрызганный кровью, оглядываюсь им вослед — я единственный не старею. Верный людям, я иду их дорогой, и не протоптано ими такой потаенной тропки, где не разжигал бы я дымного костра и не орошал землю кровью. Народы стирал я с лица земли, империи опустошал и обращал в руины...Людское море я взбивал в кровавую пену, и беспокойный шум его я заставлял умолкнуть навек. Пророков и спасителей я сжигал на кострах за ересь. Человеческую жизнь вверг я в пучину ночи и мрака. Я озираю просторы: земля лежит в лихорадке, в жару, а из поднебесной выси слышатся скорбные вскрики птиц. Настал час злу выбросить семя! Настал час палача! Солнце задыхается в тучах, отсырелый шар его зловеще тлеет пятном запекшейся крови. Вселяя страх и трепет, я иду по полям и собираю свою жатву. На челе моем выжжено клеймо преступления, я сам злодей, осужденный и проклятый на вечные времена. Ради вас.

Я вчитывалась в этот кусок. Раз за разом. Мой мозг пульсировал, бился в истерике, отвергал и не хотел принять откровение палача. Я испугалась вопроса, которого не смогла не задать. Кто же ты, Палач?

Вся эта христианская мифология, обрастающая со всех сторон дополнительными легендами и сказками, уже настолько надоела, что 95-процентный порожняк воспринимается как должное. Посмотреть на всем уже известные события глазами Вараввы - это, несомненно, оригинально, но практически не несет в себе никакой смысловой нагрузки. Прочитал это исключительно в связи с тем, что снят одноименный фильм, который может даже скоро появится на экранах. В произведении все предсказуемо, ибо за отсутствием смысла, тем не менее, имеем тему настолько обширную и фанатскую, что возможно снять даже не пару фильмов, а бесконечные сериалы. Текст добротный, циклический, повторяющий одно и тоже. Речь в основном о том, что человек подобно обезьяне перенимает у другого мимику и жесты, которые зовутся ритуалами. Для особо продвинутых существует пара дежурных фраз, которые в неперерекаемом виде указывают ему еще и направление мышления. Но все это не просто так, а есть некое тайное знание. Его, правда, никто вслух не произносит. Потому что нечего произносить, но можно выдать его за какую-нибудь духовность, которую фиг проверишь. Главное - это иметь толстый зад и толоконный лоб, чтобы было проще сидеть и дожидаться чуда. Заявится спаситель, опять обманет, ничего не даст, но надежда все равно чего-то стоит.

Я увидела в этом рассказе своеобразные размышления-фантазии автора о том, что если некое высшее существо...Создатель, Бог, Бытие, Энергия (каждый человек даст свое определение)...пребывает среди нас.

Неудовлетворенный прошлым, разочарованный и полный смятения ночью пишет трактат, книгу о будущем, а днем бродит среди людей, внимательно наблюдает, слушает, постигает некую Тайну, которая, возможно, ускользает и от него самого.

Старик, отшельник, бесшумно бредущий по пустынным улицам. Никем не узнанный, не разгаданный.

Ему служат в церквях, соборах, храмах и мечетях, а Он внимательно наблюдает за человечеством совсем близко и совершенно безмолвно. Он глух к молитвам, Его престол, воздвигнутый Человеком, опустел, потому что он поглощен жизнью...грядущим...Он пишет книгу, и в Его маленькой комнате, на границе ночи и дня, тускло горит свет, призрачный блик Его надежды  и веры в человечество.

Творчество Пера Лагерквиста изобилует символами, преданиями и сумбуром. Повесть «Палач» не стала исключением. Она написана в 1933 году, в том же году к власти в Германии пришёл Адольф с усиками, который Гитлер, и начал строить здание настоящего нацизма, в котором решил поместить весь божий свет. Если бы я не прочитала разъяснительную статью к этому произведению, то вопросов бы осталось больше, чем ответов. Лагерквист показывает истинную природу злодейства и человеконенавистничества в разрезе времени от Средних веков до ХХ века. Палач – яркий образ вселенского зла. Кажется, что он сам не рад своей участи, а носит её как тяжёлый мешок с камнями: скинуть не может, избавиться тоже. Крест, с которым Христос, шёл на Голгофу. Не самое удачное сравнение, но мне пришла именно такая ассоциация. Рекомендую ли я к прочтению? Только в том случае, если вы понимаете и принимаете тонкую скандинавскую литературу, сотканную из мифа и экспрессии, духовного поиска и неудовлетворённости состоянием человеческого бытия. Лагерквист выступает против насилия в любом виде. Он борется против жестокости строя, уклада. Борется как может. А что может сделать хрупкое перо, если на него идёт железный топор палача?

Пер Лагерквист - известный шведский писатель, драматург и поэт. Прожил он немало, и за это время написал изрядное количество книг, только жаль, что на русский перевели не так много, как хотелось бы. Пишет он прекрасно. Я прочитала у него "Карлика" и вот данную повесть, и оба раза жадно впиваясь в каждое слово, боясь пропустить хотя бы одно. Поделюсь с тем, какое удовольствие получила я от этой небольшой повести, которая является автобиографичной. В одном шведском городишке при станции есть здание, похожее на замок - с башенками и зубцами, с балкончиками, с нишами и всем остальным, чем обычно красуются замки. Но он не блестел и не сиял, как в сказке. Это было старое, обветшалое здание, покрытое копотью, где расположился ресторан, куда на скорую руку заходили проезжие выпить пива и быстренько поесть, чтобы не опоздать на поезд. А на втором этаже этого здания жила семья железнодорожника. Многодетная, дружная, тихая семья, где есть светлая добрая мама, хохотунья и помощница матери, старшая сестра, которая в пору цветения сирени непременно находила счастливый цветок (в пять лепестков, помните из детства?) и съедала его, свое счастье. И был еще мальчик, младший в семье - Андерс. Вот именно он и его внутренний мир, его переживания, мысли, ощущения, восприятие того или иного понятия, раскрыт автором на таком небольшом количестве страниц. Удивительно то, насколько целостной, полнокровной и харизматичной получилась картина. Андерс очень рано столкнулся с правдой, что человек не вечен. Нет, он столкнулся не со смертью - он осознал то, что когда-нибудь умрут родные, любимые люди, и он - Андерс, тоже умрет. Эта мысль угнетала, доставляла сильнейшее мучение его маленькому телу и невинной душе. Он долго-долго и неистово молился (не Богу), чтобы ничто в его жизни не менялось. Он не хотел никаких поворотов и виражей - только прямая, неухабистая дорога, пусть и серая, унылая, но стабильная. Понятно, что это не сбылось, ничто не остается неизменным. Жизнь течет своим чередом, удивляет, потрясает, делает больно, гладит по шерстке... всего хватает. И Андерс не исключение. Он тоже, как и все, стоял у окна и наблюдал за панорамой, что любезно предоставляла ко вниманию Жизнь. Он терял, но теряя кого-то обретал что-то. Да, он не был готов к тому, с чем сталкивался. Его страх перед смертью становился все сильней, мысли путались все больше, и сам Андерс метался все неистовей между тем, что шептала Религия и голос собственного Я. Хочу привести слова самого Лагерквиста, которые характеризуют его отношение к религии:

Бог - ничто для меня. Более того, он мне ненавистен...он отнимает у нас то, чего мы ищем, думая, что ищем его.

Это та догма, что навязывают людям религиозные служители, отнимая у них право на истинную веру - ту, что гнездится глубоко внутри, в сердце, в душе...назвать можно по-разному.

Повесть замечательна еще и описаниями быта, природы, маленьких, но очень важных деталей, которые являются солью любого повествлования. Это настолько атмосферно, что видится наяву. К примеру, стирка, что затеяли мать с дочкой, или поездка Андерса с отцом к бабушке с дедушкой, именно сам путь, который они проделали на дрезине (тележка, которая ездит по рельсам). Или вот дом бабушки, ее хозяйство, гроза, из-за которой Андерс вынужден был остаться у бабушки:

Тут яркая молния озарила все вокруг - выгоны, вересковые холмы, делянки - земля лежала серо и пусто, небо горело огнем. Андерс бросился в дом, он рванул на себя дверь в комнату и успел вбежать туда, бледный от ужаса. И тотчас ударило, загремело со всех сторон, и зазвенели стекла. Дедушка у печи поднял голову, огляделся, посмотрел в окно.

• Люблю слушать гром, - сказал он. - Рука господа чувствуется.

Ну как можно не влюбиться в такое? Вся повесть в таком же духе - простыми словами и так красиво!

Дальше...