Desolation Angels

... а все вообще свято, как я уже давно говорил - давно, задолго до того, как появилось "я".

Я засыпаю, и это не сон в вершинногорной хижине, он в комнате, снаружи уличное движение, глупый чокнутый город, заря, субботнее утро входит серым и опустошенным - Я просыпаюсь, и умываюсь, и выхожу поесть.

У нее раскосые кошачьи глаза и плутовское грешное личико - славненькое, как усики у киски, - словно ведьмочка - без помела - она выходит крадучись и биясь под бит.

Сиэтл в тумане, кафешантаны, сигары, и вина, и газеты в зальчике, паромы, утренняя яичница с беконом и гренком - милые города внизу.

... но что же это за Господь, который не изобрел справедливости? - Поэтому они зажгут свечи и произнесут речи, и ангелы неистовствуют - Ах, но "я не знаю, мне все равно, да и какая разница" будет последней человеческой молитвой...

"Ух, ну она и дала!" - ору я без передыха, моя посуду после хорошего, после восхитительного завтрака из блинчиков с черным кофе.

У кого там жжет выплаканные глаза?

... тот-кто-движется-проездом-через-все должен в самом деле чувствовать себя хорошо по поводу всего, что происходит, счастливый жизнерадостный сволочуга (рак жизнерадостен)...

Вспоминая, вспоминая тот сладкий мир, такой горький на вкус...

Хозомин, скала, никогда не ест, никогда не копит мусора, никогда не вздыхает, никогда не мечтает о дальних городах, никогда не ждет Осени, никогда не лжет, хотя, может быть, и умирает...

... и целиком за мной (и за вами) океан слез, который был этой жизнью на земле, такой древней, что, когда я смотрю на свои панорамные снимки района вокруг Опустошения и вижу старых мулов и жилистых лошадей 1935 года (на картинке), привязанных к былой ограде былого загона, я дивлюсь тому, что горы выглядели точно так же в 1935 (Старая Гора Джека точь-в-точь до тонкостей, даже снег так же лежал), как и в 1956-м...

... а деревья хорошенько завяли к началу конца...

О, что за покой и довольство я испытываю, возвращаясь к себе в хижину и зная, что мир есть сон младенца и исступление золотой вечности, вот все, к чему мы возвращаемся, к сущности Силы и к Первобытному восторгу, нам он всем знаком...

"Когда рождается ребенок, он засыпает, и ему снится сон жизни, когда он умирает и его хоронят в могиле, он снова просыпается для Вечного Экстаза" - "И в конечном счете уже не важно"...