Ведьма

Все началось с ремонта... да-да, не надо удивляться, Москву сейчас постиг не ковид, а вирус реновации. По старой доброй традиции закончить обещали 31 октября. Прошлого года. Как можно догадаться - не вышло. Все еще что-то сверлят, иногда мимо моих окон пролетают маляры, а в самый лютый мороз и пургу, обязательно в субботу, приезжает люлька и делает мне балкон. Не сама люлька, конечно, но - весело, в общем. Вечно как звук какой, сразу смотрю в окно - не заглядывает ли какой-нибудь дядя ко мне на огонек.

И новой ветвью "внезапно!" стало отключение электричества. С 10 утра и аж до 18 вечера! Ничего что сейчас почти все работают на удаленке? А проинформировали просто гениально! Полудохлый листочек на 1м этаже. Да-да, спасибо!

В общем! Когда все отключилось, началась паника. Ибо - это конец! Но я же книгоголик и книголюб. До темноты читала бумажные книги, когда стемнело (в 4!) взялась за электронную. Она еще и разряжалась! Кто же знал?! Там-то мне и попался этот жуткий рассказ. Ну а точнее сборник, но поскольку я вряд ли до следующего отключения электричества продолжу читать :D (не дай Бог!), решила написать рецензию на первую историю)

На первый взгляд история кажется про приведений. Все как в классических триллерах: у нас есть журналист-фрилансер средних лет, который не верит в эти ваши призраки)) Но поскольку такие истории любят читатели журналов и газет, в которые он пишет, мужчина решает создать много шума из ничего.

Целью юного сенсационера становится музей восковых фигур, где есть целый зал, посвященный фигурам страшных преступников. Если честно, не осведомлена, существует подобное вообще в реальности, не интересуюсь и лень гуглить :D Но - честно говоря, жутковато! Увековечивать человеческий ужас это как-то слишком.

И вот наш журналист остается в зале один на один с фигурами на целую ночь. Пересказывать весь сюжет не стану, там итак рассказ не большой, скажу о своих впечатлениях: если честно, было не так чтобы прям "челюсть в пол", но - неожиданно. Что удивительно, ведь произведению много лет и по идее подобные рассказы должны были задавать направление для всех хоррор историй современности. То есть, создавать образец для клише.

Но - нет :) Мне понравилось) И знаете - действительно, жутковато) Как любительница Лавкрафта скажу, что атмосфера была отличной :) Хотя, может еще темнота кромешная, в которой я ждала когда дадут электричество тоже сыграла свою роль :D

В общем, довольна) Может быть почитаю и остальные рассказы, и не буду ждать следующего, как это модно теперь говорить - блэкаута)))

Эта грустная и неординарная история рассказывается от первого лица. Молодая женщина доверяет бумаге свои фантазии, страхи и желания.
Исписанные тетради - её единственная отдушина. Но с внешней стороны рассказчица вовсе не одинока. У неё есть муж, человек крайне практичный и свободный от суеверных страхов, и маленький ребёнок.
Семья проводит лето в арендованном загородном доме.
У героини проблемы с ментальным здоровьем, и она нуждается в помощи. В согласии с медицинскими представлениями конца XIX века у пациентки предполагают склонность к истерии.
Супруг героини Джон - практикующий врач. Это обстоятельство позволяет ему взять под полный контроль лечение супруги. Он прикладывает все возможные усилия, чтобы вернуть ей душевное равновесие. Героине предписываются сон и полный покой. Cовершать какие-либо умственные усилия крайне не рекомендуется. Также не приветствуется искренний разговор о том, что творится в сознании занемогшей женщины.
Героине такой режим не идёт на пользу, ее обсессия усиливается, связь с реальностью становится всё более хрупкой. Катализатором ухудшения состояния её психики становятся жёлтые обои в комнате, куда женщину поместил муж, объясняя свой выбор исключительно заботой о ней. Но надо отдать доктору должное, Джон, если верить героине, действительно много работает.

В детстве некоторые из нас могли иметь привычку рассматривать обои в квартире, отыскивать закономерности и отличия в их узорах. Я, к примеру, когда не могла заснуть, любила разглядывать в темноте очертания предметов мебели и прислушиваться к тишине.
Как выяснилось, такое развлечение не всегда бывает невинным.
Героиня рассказа, которую сразу стал раздражать жёлтый цвет обоев, проводит часы, изучая узоры на них. В результате они начинают казаться ей угрожающе живыми.
Постепенно пугающе-притягательные обои преобразуются в подобие клетки, за которой живёт живое существо.

Тесные рамки замкнутого пространства контрастируют с простором природы и раскинувшимся за окном комнаты парком. Открывающийся из зарешечённого окна вид олицетворяет для одинокой молодой женщины свободу. До неё, казалось, всего несколько шагов, но сделать их отнюдь не просто.

В какой-то момент героиня начинает идентифицировать себя с фантомной обитательницей обоев-клетки.
В финале в серьёзности проблем супруги убеждается и Джон. То, что ему предстоит увидеть, по силе воздействия смутно напоминает картину, открывшуюся в одно утро семье героя «Превращения» Кафки. Но здесь, конечно, обойдётся без трансцендентных метаморфоз.

Считается, что весь рассказ Шарлотта Перкинс Гилман - аллегория на угнетённое положение женщин и отсутствие у них возможности заявить о себе.
Образ, который мерещится героине за жёлтой обивкой, призван во плоти отразить запертость женщин в навязанных обществом рамках. Можно скептически прокомментировать историю, отметив, что единственная возможность вырваться из замкнутого круга - лишиться рассудка, по крайней мере частично. Естественно, это ирония. В XIX веке у женщин были определённые, пусть и весьма ограниченные, возможности канализировать свою творческую энергию.
Рассказ Шарлотты, который мы читаем в XXI веке, тому подтверждение. История, кстати, полуавтобиографична и написана после приступа послеродовой депрессии.
Героиня «Жёлтых обоев» тоже могла заняться писательством, у неё есть настойчивая потребность выражать свои мысли на бумаге и богатое воображение.
Возможно, она пробовала писать, но ей требовалось одобрение со стороны. Без поддержки она утратила веру в себя, и её нездоровье начало прогрессировать. Доктор, который привык игнорировать желания супруги, мог, сознательно или нет, выразить пренебрежение к её пробам пера. Нескольких слов неодобрения или холодного молчания с его стороны достаточно, чтобы заставить эмоционально неустойчивую героиню оставить надежду реализовать себя в творчестве... Я предложила один из возможных вариантов. К рассказу можно приложить другие приквелы - от развивающейся послеродовой депрессии до попытки намеренно свести героиню с ума при помощи психотропных препаратов (упоминаются таблетки, которые прописал ей муж).
На вопрос «Что привело рассказчицу к финальной сцене в комнате с обоями?» можно ответить по-разному. В этой вариативности заключается сильная сторона рассказа.

Уверенно можно утверждать только то, что Джон совершенно не прислушивается к супруге.
Она просит перейти в другую комнату, где не будет этих ужасных обоев и решёток на окнах. Он отказывает ей в этом.
Героине хочется проводить лето в другом месте, видится с друзьями? Нет, дом уже снят и они никуда из него не уедут. Как-то развлечь себя? Нет, дорогая, тебе необходимо полное расслабление, физическое и интеллектуальное.
Делать записи в дневнике, из которого мы узнаём эту историю, ей тоже приходится в тайне.
Доктор обращается с женой как с несмышлённым ребёнком. Изоляция героини такова, что ей даже собственное дитя не позволено видеть.

Подводя итог, скажу, что для своего времени история звучала новаторски. Однако мне она видится заслуживающей внимания и сегодня.
Рассказ выходит за пределы темы бесправного положения женщины. Он и об отсутствии понимания между людьми, живущими под одной крышей, и о давящем внутреннем одиночестве, когда, казалось, ты окружён вниманием. Эти, как и некоторые другие жизненные аспекты, автору удалось передать при помощи примерно 6 000 слов.

Маленький, этак на полчаса, рассказ, на который можно смотреть с разных колоколен. Святая Вики докладывает, что авторка писала его с мыслями о современном ей феминизме, но, честно признаюсь, если и можно в «Желтых обоях» рассмотреть феминизм, то разве что больной.

Автобиографический (?) рассказ Шарлотты Перкинс Гилман – о женщине, которая постепенно сходит с ума после рождения ребенка. Муж не очень-то понимает ее состояние, хотя по профессии сам врач. Чтобы отстранить ее от обычной жизни (и чтобы она, со своей болезнью, не позорила его в кругу друзей и близких), он временно переезжает с ней в съемный дом. Главной героине достается комната с желтыми обоями, которые ей по необъяснимым причинам не нравятся. Сначала она просто заинтересована рисунком обоев. Потом это выливается в манию: она часами рассматривает эти обои, уверенная, что за ними заточена какая-то женщина. Она смотрит и смотрит, смотрит и смотрит, а «крыша» не спеша течет и течет.

«Это рассказ о заточении женщины 19 века, о том, как предвзяты были медики к женщинам, как женщинам хотелось выбраться и…» Полукрепостное положение женщин в то время – известная вещь. Только «Желтые обои» скорее насмехаются над желанием женщин сбросить многовековые оковы.

Главная героиня, которая и должна освободиться, – настоящая сумасшедшая. Ей нужно психиатрическое лечение. Авторка намекает, что в ее время это лечение было… неэффективно? Но, простите, не одни женщины страдали от ненормальных методов лечения. Разве к больным мужчинам были снисходительнее? Я что-то сомневаюсь. Главную героиню не отправляют в лечебницу, к другим психам, муж создает для нее более-менее нормальные условия. Да, он держит ее, по сути, взаперти и вдали от общества, но, в ее состоянии, это единственно доступный метод. А мог бы засунуть ее в психиатричку, и там бы ее лечили разными изуверствами. Как минимум, сковывали бы по рукам и ногам, побрили бы, опаивали разной мерзостью. Это было бы лучше? Опять же, жестокость к больным не была проблемой только женской или мужской, как раз в психиатрических больницах исчезал свойственный тому времени перекос: жестоки были ко всем вне зависимости от пола и даже возраста. Так отчего главная героиня чувствует себя «заточенной» за обоями? Оттого, что ее удерживают дома? Но она же осознает, что больна, а в больнице ей было бы намного хуже. Нормального лечения нет. Что, ей не позволяют писать? Нет, она все равно пишет, ручка и бумага имеются, но лучше бы она этого не делала: создается впечатление, что пережевывание больных впечатлений лишь ухудшает общее ее состояние.

«Желтые обои» словно говорят тебе: либо ты следуешь правилам (хорошая жена, хорошая мать), либо окончательно слетаешь с катушек. И лучше сделать выбор в пользу сумасшествия. В финале главная героиня как бы выбирается из «заточения» своего времени, только вот воспринимается это, как апофеоз болезни, а не освобождение от гнета. Она не вылечилась, она в своем безумии стала похожа на животное. Не очень-то приятный образ феминизма, знаете ли. Возможно, раньше это было актуально, но нынче смотрится крайне странно. Женщины, к счастью, нашли способ обойти безумие и стали при этом свободными.

В безумии меня больше всего пугало то, что в него окунаешься не сразу, как в омут с головой, а скатываешься постепенно. Вот главная героиня "Жёлтых обоев". Сначала она видит в неясных узорах на обоях какие-то глазики--луковички. Все мы их видит время от времени. Потом смутные фигуры. Потом смутные фигуры, которые можно увидеть только под определённым углом, освещением и т.д. Потом смутную фигуру, которая движется. Потом... Ну, вы поняли, как в "Чёрном лебеде". Так вот в какой момент этого поиска фигур на обоях провести черту, за которой обычный невроз и скука превращаются в настоящий кошмар?

Ладно, попробую по порядку, поэтому спойлеры. Рассказ автобиографический, по свежим следам. Автор — Шарлотта Гилман — пережила постродовую депрессию, и отношение к лечению этого явления ей очень не понравилось. Поэтому свою героиню она наделяет тем же самым. Шарлотту Гилман запирали в комнатах и отбирали даже ручку и бумагу, чтобы не дай б-же не волновалась. И с героиней происходит всё то же самое. Шарлотта Гилман долгое время сидела в четырёх стенах без посетителей. Героиня рассказа тоже. Вот только Шарлотте удалось вырваться из-под этого гнёта, а героине — нет. Хотя кто его знает, насколько глубоко автор успела погрузиться в безумие.

Итак, общество и психиатрия того времени очень чётко делили лечение мужчин и женщин. Если на мужчину нападала тоска, сплин, короче, нерусская хандра, то ему предписывалось отвлекаться, развлекаться, упражняться, больше времени проводить в компаниях и вести себя активно. Женщине же, напротив, как существу якобы хрупкому, предписывалось заживо замуровать себя в стерильном шарике (стерильном не буквально, само собой), чтобы в него не проникли любые переживания. Поэтому общения ни с кем нет, прогулок нет, физической активности нет, а умственной — уж тем более, от неё одни треволнения. Лучше всего, если дама просто будет лежать кулём круглые сутки, кушать и дышать. Вероятно, в теории после такой терапии женщины должны были стать пустоголовыми крепышками (хотя с чего бы?), но практика очень быстро показала, что ни фига такой метод не работает.

Тем не менее, муж главной героини рассказа — сам врач — не обладает взглядом провидца и свято верит всем достижениям медицины того времени. С чего бы ему не верить? Общество говорит, что эти таблетки лечат грипп, и они лечат. Ещё совсем недавно была тысяча различных болезней под общим названием "лихорадка", а теперь их все научились отличать и исцелять. Почему бы не верить этому же самому обществу, которое утверждает, что все женские неврозы и иже с ними лечатся именно так? Муженёк запирает жену в четырёх стенах, а дальше всё опять портит... Общество. Будь оно более свободное и открытое, то жена не стала бы бояться рассказать мужу о том, что с ней происходит. Но ей даже в голову не приходит поделиться с ним жуткими рассказами о том, что якобы происходит вокруг. Потому что не принято говорить о таких вещах. Потому что муж на другой стороне баррикад. Так и получается, что муж приходит домой, видит, что жена хорошо кушала (а что ещё ей было делать помимо паранойи?) и радуется, что терапия помогает. А жена улыбается и молчит, изредка зыркая на тени на обоях. Идиллия.

В четырёх стенах много не наживёшь, начинаешь пристально всматриваться в то немногое, что тебя окружает... И если действительно были предпосылки к психическому расстройство, то эта изоляция быстро доконает пациента. На паре страничек рассказа мы постепенно углубляемся в безумие вместе с главной героиней. И вот уже на обоях не просто рожицы, а женщина, которая ползает-ползает-ползает, пытается вырваться наружу из узоров абстракции, вырывается, грызёт мебель, тенью ползает на периферическом зрении, в саду, опять за обоями, всё быстрее и быстрее, и вот уже женщин много! И в тот момент, когда героиня пишет в дневнике фразу, что она понимает эту бабцу за обоями, потому что тоже ползает... Я чуть кирпич не отложила, потому что представила это сразу в двух проекциях. Как это выглядит со стороны и как это происходит в голове у чокнутой дамочки.

Раз уж пошли спойлеры, то не могу не упомянуть о логичном завершении рассказа. Жёлтый цвет безумия, который сводил с ума героев Достоевского, всё-таки наносит решающий удар и героине. Хотя дело тут не в цвете, будь обои красными, синими или розовыми, эффект был бы тот же, разве что скорость схождения с ума могла бы разниться. Та женщина за обоями, те женщины за обоями — это сама главная героиня. Поэтому она не может покинуть эту комнату, даже когда из дома пора уезжать. Сама-то она пишет, что хочет помочь женщине выбраться оттуда наружу, но так как у неё всё перепутано, по сути, она пытается прорваться внутрь, хотя она и так уже внутри. И тут не поможет уже ни чёртова кровать, привинченная к полу, ни тело упавшего без чувств мужа ,которое так мешает быстро-быстро ползать по комнате.

Один из самых страшных рассказов, что я читала. Интересно додумать, что будет дальше. Ясен красен, что тётку сдадут в дурку, ей уже не помочь просто так. А потом муж найдёт её записи, прочитает их и офигеет. И что? Стал бы он сваливать всё на то, что она изначально была слишком больна, чтобы выздороветь? Стал бы он и дальше гнуть линию современности и заявил бы, что вот если бы не писала бы она эти записки, а больше лежала, то выздоровела бы? Или бы муж всё-таки написал пару писем профессорам, которые рекламируют такие методы лечения? Шарлотта Гилман такие письма писала, вот только толку от них было — ноль.

Короткий рассказ, но какой щемящий!
Быть карликом - это значит быть вечной мишенью для насмешек, будь ты хоть на несколько голов выше смеющейся над тобой толпы, для которой главное - ты не такой, как все нормальные люди.
Все, что несчастный уродец может себе позволить, это излить на бумаге свои мысли, воображая, что уничтожил того, кто над ним издевается. Да еще каждый вечер посмотреть на себя в кривое зеркало, увидеть, каким мог бы быть, если бы посчастливилось ему родиться с нормальным ростом.
И найдется подонок, отобравший у карлика это немногое, даже не понимающий степени своей мерзости. Ему только смешно. Что-то подсказывает, что немногие из окружающей толпы не поддержали бы этот смех. Очень грустно осознавать это.

“Желтые обои” - короткий, но пробирающий до мурашек рассказ Шарлотты Перкинс Гилман, американской феминистки и социолога. Рассказ написан в 1892 году и посвящен теме послеродового психоза. Джон, супруг Джейн, считает, что с ее состоянием поможет справиться отдых. Тогда Джон запирает Джейн в одной из комнат особняка. Джейн с самого начала пугает сама комната с желтыми обоями и заколоченными окнами. Постепенно страх превращается в галлюцинации: в рисунке обоев Джейн постепенно начинает мерещиться женщина. Пытаясь освободить ее, Джейн начинает срывать обои со стен. Финал у этой истории драматичный - Джейн в итоге сходит с ума, но со своей точки зрения она наконец-то становится свободной.

В первую очередь это критика существовавшего на тот момент лечения любых ментальных проблем у женщин. “Лечение отдыхом” предполагало изоляцию, постельный режим, исключение любой активности. Джейн неоднократно думает о том, что любое дело могло бы ей помочь, а принудительное безделье лишь угнетают ее состояние. Гилман, сама столкнувшись с подобным лечением, делится с обществом этим разрушительным опытом.

В феминистическом прочтении финал перестает быть трагическим: героиня освобождается от контроля мужа, пусть и ценой здравого рассудка. Образ женщины, заключенной в обоях, подталкивает ее к осознанию собственных оков и, соответственно, к бунту. В рассказе прямо не сказано, но можно предположить, что если бы у истории было продолжение, Джон бы сам сошел с ума и оказался в психиатрической лечебнице.

Конечно же, можно прочитать этот рассказ и как готическую историю. Особняк, полуразрушенная комната, запертая в ней женщина, загадочные видения-призраки, медленно прогрессирующее безумие. Абсолютная классика, 10 из 10.

P.s. оказывается, у рассказа есть две одноименные киноинтерпретации: 2012 и 2021 года. Надо будет посмотреть, очень любопытно.

Ну, когда в руках книга со страшилками, а рабочий день ещё не закончился, то волей-неволей нужно выбрать ещё какой-нибудь рассказик. Скажем так - рассчитав соотношение количества времени с числом страниц. То есть, практически наобум. И, вуаля! Эта история про вампира! Боже, я читаю про вампира, вернее про вампиршу. И что ещё более удивительно - она мне понравилась. Господи, что происходит? Как бы классику не забросить после таких кровавых приключений. Но крови там не было, разве только в конце чуть-чуть, а всё больше нагнетаемое напряжение, как в триллере, и со счастливым финалом.

Мало того, я даже задумалась - а не существуют ли они на самом деле, вампиры, как описывает писатель. Но думаю, что существуют, как и оборотни. Мне рассказывал вполне адекватный человек историю из своего детства, которая случилась в деревне его бабушки и дедушки. Жила у них в деревне одинокая женщина пожилого уже возраста. И подозревали её в том, что она оборотень, но не было доказательств сего подозрения. И однажды, местный житель ударил её косой в тот момент, когда она была в облике свиньи. И на утро все увидели у неё перевязанную руку. Дела давно минувших дней, когда ещё не было телевизоров и фильмов ужасов на эту тему. Поэтому, что-то мне подсказывает, что история эта не выдумка, отчего становится несколько жутковато.

И напоследок немного волнительно жуткого текста вкупе с прекрасным изображением:
"Он сжал кирку обеими руками, приподнял ее на несколько дюймов, чтобы точнее прицелиться, и со всей силы опустил на грудь трупа. Из тела, которое давно покинула жизнь, хлынул фонтан крови, в следующее мгновение с глухим всплеском ударивший в погребальный саван; одновременно с алых губ сорвался истошный, пронзительный крик, подобный вою сирены, и затем замер. И вдруг так же мгновенно, как вспыхивает свет, ее лицо непоправимо, гибельно исказилось, округлые румяные щеки сморщились и сделались пепельно-серыми, рот провалился."

Растекаюсь от умиления, понимания и жалости к главной героине. Особенно, узнав, что рассказик то автобиографический, а сама она покончила жизнь самоубийством.

Кому как не мне, легко поверить, что обычный узор на обоях, такого солнечного цвета, может довести до безумия. Особенно, когда личность нестабильная, пребывает в послеродовой депрессии, а на нее растройства не обращают внимание ни родственник, ни супруг, между прочим врачи.
Не было тогда еще такого расстройства, а уж лечения и подавно.
Долгий сон, покой, минимум общения и волнений, в комнате, оклеенной сначала неясно раздражающими, потом ненавистными уже, обоями. Все робкие просьбы переехать в другую комнату, переклеить, спуститься на первый этаж, разбиваются о насмешливые обвинения в блажи, а в медленном угасании, видят выздоровление.

Вспомнила, двухэтажный дом в котором жили с любимым на Кипре осенью и две комнаты на втором этаже.
Одна объективно удобнее: балкон, больше света, окна на загораживали ветви апельсинового дерева, не виден бассейн, никакого шума и обнаженных пухлых, немолодых тел, а еще у одной кровати не стояла гипсовая тумба (?) , огромная и съедающая половину пространства, а кондиционер не подтекал, все во второй комнате было отлично. Но даже минутное пребывание в ней, было для меня против шерсти. А уж если бы фактически заперли в ней на три месяца, то не только ползающие женщины привиделись, черти бы полосатые поползли отовсюду!

Ошибся с рассказом, думал это фантастика. А оказалось, что это реализм. Суровая правда жизни.

К сожалению этот рассказ был актуален в 1954 году, когда был написан и сейчас в 2022. И пока не видно, что люди изменятся настолько, что подобные темы перестали вызывать грусть и раздражение. А может у кого то слезы еще.

О чём рассказ.

Парк развлечений, "Американские горки"  и "Зеркальный лабиринт". Каждую ночь в "Зеркальный лабиринт", куда другие люди приходят посмеяться, приходит маленький несчастный человек, он видет в зеркалах себя другим, хотя бы пол часа.

Персонажи

Тут два основных персонажа, события и диалоги в рассказе связаны с ними. И еще один о нем постоянно говорят, и думают, но мы видим только его. И читаем его мысли, но мы не знаем его.

Ральф Бэнгарт - скорее всего еще молодой человек, со слишком циничным взглядом на жизнь. Продает билеты на аттракционы.

Отвратительный. Вот берешь иногда яблоко, оно красивое вкусное спелое, на вид, а потом раз, а внутри все прогнило и червяк веселиться.

Его забавлял, этот несчастный человек, который приходил каждую ночь, что бы почувствовать себя счастливым.  И то как он поступил с зеркалами, это вершина подлости.

Мне кажется, тут вот и ответ, названия рассказа.

Эйми - подружка Ральфа. Молодая и хорошая девушка, с добрым сердцем. Ей было не смешно, на шутки и подколы Ральфа, про ночного гостя. И ей захотелось его понять.

Она узнает, его фамилию и где он живет, его род занятий. И хочет сделать ему подарок зеркало. Когда узнает, что он интересовался ими.

Ральфу было смешно, а Эйми нет. И она решила подарить зеркало.

Мистер Биг - тот кого Ральф называл "Карлик". Человек, который хотел смотреть на себя другим. И платил за это по 10 центов, каждую ночь. И хотел себе такое зеркало домой. Он писатель. Пишет для небольших журналов.

Эйми сказала про него:

Он пишет детективы, и в одном из них он пишет про свою жизнь. Как родился, как потерял родителей, как подвергался нападкам, за свой малый рост.

Вспомнился сразу фильм "Республика Шкид" и песня про кошку.

Там это песня не только про, кошку, но и брошенных детей и сирот.

Эйми замолчала и смахнула слезу, бежавшую по щеке. Ее рука дрожала, когда она передавала Ральфу журнал.
-Почитай! Это его жизнь! Это история убийства! Теперь ты понимаешь, что он человек? Маленький и сильный человек!

И вот это еще хорошо:

Каждому мне кажется, в тот или иной период, нужен такой человек, который бы поддержал или убедил.

Разбор.

Знаете во уже читал, за последние месяцы пару рассказов, где обыгрывается подобное. Но пожалуй у Брэдбери всё более жестче и брутальнее. Словно не видимая рука берет тебя и держит, и говорит смотри.

В книге и фильме "Заводной Апельсин" там вот показывали всякие ролики в тюрьме, когда Алекс Делардж, согласился на эксперимент.

Вот примерно, такое у меня было с этим рассказов. Еще в начале понял, что будет, но вот так же, если не насильно, то стойко заставил себя дочитать.

Понимаете, хорошо если бы такие рассказы, читали как раз те, кто и издеваются над другими людьми. А их почему, то всегда читают наоборот такие, у которых на глазах слезы, если видят, что то не справедливое.

А мы почему, то стесняемся таких вот рассказов, как бы говоря, а у нас такого нет и быть не может.

Делить людей по каким то типам, и давать этому название уже, как то не верно. Вот знаете у меня рост 184 +- см. Мне всегда нравился баскетбол, и я довольно не плохо играл. Но, когда вот думал, в универе играть за какую нибудь команду, мне сказали, что я слишком низкий. Карлик по сравнению с другими. А там ребята были все больше 2 метров роста.

Вот видел, как то эту фотографию.

Посмотрите вот насколько выше Шакил О'нил у которого рост 216 см и самый низкий тут Марк Уолберг у него рост 173 см, и то он тут на фото в кроссовках на платформе. А Дуэйн "Скала" Джонсон, в кино он всегда кажется нам крупным и мускулистым, тут же на фоне Шака, он не смотрится таким грозным, хотя его рост 196 см.

Поэтому, как сказал Ницше "Всё познается в сравнении" или вспомним "теорию относительности" Эйнштейна, хоть она и о другом, но можно и сюда её наложить.

Да в рассказе, у Брэдбери, он еще не правильно сложен и уродлив.

Судить по человеку по его росту или весу, или еще каким то чертам лица и цвету волос, полная и бесповоротная глупость.

У нас вот говорят по одежде встречают по уму провожают.

Еще вот знаете название рассказа The Dwarf  в оригинале, мне как любителю фэнтези или компьютерных игр. Например у нас в хоббите или властелине колец, гномы. А вот в оригинале это Dwarves, или в если один Dwarf. Это потом уже с развитием фэнтези и игр, сделали их разными. У американцев есть эти маленькие садовые гномики - gnomes.

Есть у В. Гауфа сказка "Карлик-Нос" , как то помню попалась мне на немецком языке, так вот, она называется Der Zwerg Nase. Цверги или Дверги, это мифические духи из германской и скандинавской мифологии. Которые как раз похожи, на содовых гномов. Или гномов из "Белоснежки и 7 гномах".  Мультфильм Диснея называется "Snow White and the Seven Dwarfs" И не переводят, скажем Белоснежка и семь карликов или дварфов. А у братьев Гримм, там цверги.

К чему я, мне кажется называть, кого то карликом, это не очень хорошо.

Мы люди, а не мифические древние духи. И надо с каждым общаться, как с обычным человеком. И судить и хвалить за поступки и дела.

Атмосферный и нагнетающий рассказ о сумасшествии, которым я не особо впечатлилась. Даже не знаю, чего не хватило.
Поначалу думала, что муж с сестрой главной героини крутят за её спиной шашни, а её хотят представить, как сумасшедшую. Но потом поняла, что она и на самом деле такая.
Хотя, возможно, сами того не желая, они поспособствовали её болезни, опекая нервнобольную, заботясь о ней, запрещая буквально всё, кроме прогулок. Даже для ребёнка нанята няня, дабы щадить нервы болящей.
Впрочем, мысли мужа нам неведомы, рассказ представлен в виде дневника несчастной сумасходящей, так что, возможно, моё мнение не так уж ошибочно. Тем более, что у мужа тоже не всё в порядке с головой. А как иначе понять его методы лечения?
Комната с зарешёченными окнами, кровать со следами зубов, женщина на обоях, которая ползает. Бр… Такое и здоровый то не выдержит.