Цитаты из книги Шпиль

Лидерство без понимания ответственности превращается в тиранию.

Мы, как дети, быстро теряем рассудок, когда страх берёт верх.

"—  Никто тебе не поможет. Только я. А я — Зверь."

На вершине горы крылато кружили и бились, раздирая Саймона, страсти.

Для всякой ссоры нужны двое.

– Оливер, мой милый, и не спорьте! Вы наверняка уже играли на сцене! Мм? – Нет. Честное слово. – Даже в школе? – Меня пробовали, но я провалился. – Сударыня, поздравляю вас с таким сыном.

Здесь, невидимый, но строгий, витал запрет прежней жизни. Ребенка на корточках осеняла защита родителей, школы, полицейских, закона. Роджера удерживала за руку цивилизация, которая знать о нем не знала и рушилась.

Лохматилась у кораллового рифа белая кипень прибоя и дальше тёмной синью стлалось открытое море. В неровной дуге кораллов лагуна лежала тихо, как горное - разнообразно синее, и тенистозелёное, и лиловатое. Полоска песка между пальмовой террасой и морем убегала тонкой лукой неведомо куда, и только где-то в бесконечности слева от Ральфа пальмы, вода и берег сливались в одну точку; и, почти видимая глазу, плавала вокруг жара.

От века Бог не подвигал людей на дела, согласные со смыслом. Это Он предоставил им самим. Пускай покупают и продают, исцеляют и владычествуют. Но вот из сокровеннейших глубин доносится глас, который повелевает содеять нечто совершенно бессмысленное: построить корабль на суше, воссесть на гноище, жениться на блуднице, возложить сына на жертвенный алтарь. И тогда, если у людей есть вера, рождается нечто новое.

Мир-удобпонятный и упорядоченный- ускользал куда-то.Раньше все было на месте,и вот...и корабль ушел.

Что лучше – жить по правилам и дружно или же охотиться и убивать?

Он лишний раз убедился, что совершенно не умеет рассуждать по-взрослому, и печально вздохнул. Этот остров все меньше ему нравился.

Самые великие идеи — самые простые.

Если б было светло, они б сгорели со стыда. Но кругом чернела ночь.

"Лес разразился ревом; бесноватые с красно-бело-зелеными лицами выскочили из кустов, голося так, что малыши с воплями разбежались."

"Ральф подумал и понял. Он лишний раз убедился, что совершенно не умеет рассуждать по-взрослому, и печально вздохнул."

"—  Я главный. Надо все выяснить точно. Гору видите? Сигнала там нет. А вдруг корабль? Да вы все чокнулись, что ли? Мальчики, ропща, затихали."

"—  Нет. Погоди. Как нам с малышами быть? —  А, да ну их! —  Кто-то должен за ними присматривать. —  Пока что они без нас обходились. —  Пока что можно было. А сейчас нельзя. За ними присмотрит Хрюша."

" Вы-до-ве-де-те-ме-ня-до-безу-у-умия, юноша!"

И, стоя среди них, грязный, косматый, с неутертым носом, Ральф рыдал над прежней невинностью, над тем, как темна человеческая душа, над тем, как переворачивался тогда на лету верный мудрый друг по прозвищу Хрюша.