На горах. В 2 томах. Том II

Когда берете в руки эту книгу, то представляйте высокий берег Волги, деловито текущей куда-то. С левого бока этот берег, Дятловы Горы, нежно обнимает Ока. На другом берегу Волги, куда только упадет глаз, видны леса-леса-леса, сначала Керженские, а потом и Ветлужские. По самой Ветлуге шныряют теплоходы, нарушая своим деловитым видом умиротворенность картины. На этих самых Дятловых Горах стоит город Нижний Новгород, для жителей правого берега - просто Гора. При описании теперешней картины нам потребуется изменить несколько деталей: подвинуть лес для целого города, долго дождаться, когда проедет хоть одно судно по реке, и Волга теперь совсем не деловита. Она будто старая, но все еще красивая женщина, уже начинает рассказывать свои истории. Мельников - Печерский понял то, что радостно пела тогда река и тихо журчит сейчас - надо рассказать об этом величии людям. Вторая часть, как и предыдущая, - это больше зарисовка быта и нравов жителей Гор, купцов, ее души и крови. Будущий карман России говорит и живет здесь в Марке Данилыче, его дочерях и знакомых, в уже известных героях и новых лицах. А сюжет - это дело наживное.

Такое построение иногда утомительно и скучно, но тут самое главное - вчитаться, вжиться в быт, описываемый Мельниковым - Печерским. Богатый этнографический материал - только одна из многих плюшек.

Читала я дилогию Мельникова-Печерского и диву давалась - вот она, энциклопедия русской жизни. Настоящей русской подлинной жизни.

Что "В лесах", что "На горах" произвели сильное впечатление. Первое время было неимоверно сложно продираться сквозь бесконечное количество сносок, объяснений, отступлений, но оно и понятно - без них многое может пройти мимо. На основе этого произведения можно легко написать по меньшей мере диссертацию или же восстановить быт русских людей XIX века во всех подробностях: начиная с убранства дома и одежды и заканчивая свадебными, похоронными и другими обрядами. А сколько фольклора открывается читателю - невольно начинаешь понимать, насколько велико духовное наследие русского народа.

Во время чтения проскальзывала мысль, что не детали прикреплены к сюжету, а сюжет к деталям. Но культурная ценность этого произведения все же, на мой взгляд, настолько велика, что удивительно - почему Мельников-Печерский так незаслуженно отодвинут на второй план в русской литературе?

При прочтении подкупает и то, что не создается ощущение будто читаешь сухие факты из энциклопедии. Нет, напротив, все это завернуто в яркую обертку из множества событий - тут и несчастная любовь, и интриги, и подлость, и поиски истинной веры, и взаимовыручка, и неожиданные повороты сюжета и столько всего, что даже сразу и перечислить невозможно. А язык! Автору удалось создать аутентичную речь используя не просто диалектические слова и выражения, а мелодичность, певучесть. Признаюсь, было очень тяжело начать читать после "В лесах. На горах" что-то другое. Везде речь казалась сухой, "невкусной".

Герои - отдельная песня. Целая палитра, яркая, пестрая, и каждый прописан настолько подробно и четко, что представить себе их не составит большого труда. Патап Максимыч Чапурин стал одним из моих любимейших героев вообще в литературе. Человек крутого нрава, но с золотым сердцем. До боли было жаль Фленушку, у которой так сложилась жизнь. Во время "приключений" Дуни Смолокуровой так и хотелось процедить "Ну и дураааа...". И несмотря на положительное описание она у меня только отторжение вызвала. Марко Данилыч Смолокуров, поначалу вызывавший симпатию, потом раздражение и злость, а в конце простую человеческую жалость. И многие-многие другие. Калейдоскоп купцов, монахинь, крестьян, белиц - ни один характер не обделен описанием.

Может и есть в данном произведении недочеты (к примеру, отчетливо прослеживающееся негативное отношение к старообрядчеству или периодические "малость" нелогичные повороты сюжета), но для меня они не заслонили приятное впечатление от книги.

А если в общем - то все-таки на любителя.