
Ваша оценкаРецензии
RedEyes5 февраля 2021 г.Читать далее“Лекции” интересны не только своим содержанием, но и самой интонацией. Набоков анализирует творчество великих писателей по-свойски, нередко снисходительно, абсолютно без трепета и того придыхания, которое всем знакомо по урокам литературы. Признавая значимость тех или иных фигур для российской культуры, Набоков никогда не говорит о них как о небожителях. Впрочем, он и не скатывается в критиканство, или смакование деталей биографии - подход, который ему явно претит. Такой разговор о русской литературе - с постоянным подмечанием недостатков и слабостей произведений, которые воспринимаются национальным достоянием похлеще “Газпрома” - поначалу шокирует, но тем интереснее становится чтение. Пожалуй, наименьшей критики - как в профессиональном, так и в личностном плане - удостаиваются Пушкин и Чехов, об обоих Набоков говорит с большой теплотой. Мне больше всего понравилась вводная лекция, в которой автор рассуждает о русской литературе как явлении, о русских писателях, и лекция о Гоголе. Безусловно, интересная книга, и теперь обязательно нужно познакомиться с лекциями Набокова о зарубежной литературе, ведь и в этом случае он, сам будучи писателем, наверняка судил по-своему, мало заботясь о ранее сложившихся подходах.
58 понравилось
1K
MaaschVoracity15 сентября 2025 г.Читать далееКакая прелесть эти лекции. Вот интересно, Набоков на самом деле реально сожалеет о распространении всеобщей грамотности или его пренебрежение к плохо образованному массовому читателю - просто прием для удержания внимания студентов? Конечно, в его обожаемом 19-ом веке, русскую литературу писали если не аристократы, то хорошо образованные люди, начитанные и насмотренные. Читатели романов (все 5? 10% населения?) тоже говорили на нескольких языках и если ничего не смыслили в точных науках, в искусстве были искушены. Ох, а как он хорошо описал требования тогдашнего общества к российскому художнику - или восхваляй текущий миропорядок (самодержавие, православие и т д), либо обличай власть и жалей несчастный народ. А этот народ массово читать-то научился, но - «из всех искусств для нас важнейшими являются кино и цирк» - радуется простым мыслям, не сильно глубоким наблюдениям, требуют мелодраму и т д.
Невыносимо же.
Хотя, если вспомнить, что у человека во имя этого отобрана родина, состояние, имение, титул, вся жизнь перепахана..54 понравилось
375
alexeyfellow12 октября 2024 г.«Лекции по русской литературе» В. Набоков
Читать далееКак мне нравится Набоков писатель, так он мне не приятен как критик и лектор. Не надейтесь увидеть в этом сборнике глубокий анализ и разбор великой классики, он писал, как сейчас модно (Г. Юзефович, А. Поляринов, А. Завозова и др.), свое мнение о прочитанных книгах.
Много эмоций, мало по сути, а учитывая, что Набоков имел непосредственное отношение к литературе, читать то как он словно капризный ребенок бьется в истерике, катаясь по полу с описанием того как, ему не нравится «Преступление и наказание» - было тошнотворно.
Зато на недостатки текстов Толстого, он готов закрывать глаза и наслаждаться по одной единственной причине, просто ему нравится… аргумент от «небожителя». В этой ситуации следовало бы указать, что автору ближе творчество Толстого, а не Достоевского, и необходимость терять человеческое лицо, а равно авторитет преподавателя, отпадает сама собой.
Такой агонии у Набокова не было даже в «Лекциях по Дону Кихоту», хотя на момент их подготовки ему произведение очень не нравилось. Не смотря на то, что со многим в отношении хитроумного Идальго я согласен, однако форма лекций, не совпадает с формой подачи.
Но как это бывает, после он сменил гнев на милость, и многие свои выпады в адрес испанца и его текста постарался сгладить, что подтверждает факт написания лекций на основе эмоций, а не профессиональных знаний и навыков, которые у Набокова, разумеется, были.
53 понравилось
712
malasla19 июля 2010 г.Читать далееЯ так скажу - я была уверена, что хуже, чем набоковские лекции по зарубежной литературе, не бывает ничего.
Я ошиблась, бывает - и это его же лекции по литературе русской.
Оказалось, что с иностарнными писателями он был еще мягок, а уж на русскх оторвался. как мог.
Итак, что можно вынести из этого текста:
1) Набоков любит Гоголя и Чехова. В принципе любит и Толстого.
2) Набоков не любит Достоевского (потому что он пишет детективы) и Тургенева (ну конечно, Тургенев же ведь в насекомых не разбирается, как выяснилось)).
3) Набоков все так же пересказывает содержание романов (особенно это скажется в последних лекциях - по Анне Карениной и Чехову), хотя каждый раз гооврит, что обычно он этого не делает (то етсь, жаловаться нельзя - это для нас он снисходит с высот своей набоковности).
4) Набоков не люит уделять внимание биографии - тем не менее почти вся лекция по Гоголю - ворошение его грязного белья, потому что Гоголь был гений, но сам этого не понимал, и не знал, что именно в нем гениально (а Набоков знает. Ну а как же!)
5) Чтоб понять русскх писателей, нужно быть русским человеком (ТМ), если вы не русский - не старайтесь, не поймете. А чтобы понять Гоголя, нужно быть сверхрусским (читай - Набоковым), только тогда вы увидите хотя бы частичку того, что увидел ОН (сами знаете кто).
6) Люди, окружающие Набокова, особенно его редактор - филистер и нерусский - поэтому он гениальности статьи не рассмотрел, за что Набоков публично его выпорол в послесловии.
7) Набоков по прежнему любит насекомых, поэтому достаточно долго и пространственно рассказывает о разнице между человеческим глязом и фасеточным. Зачем? Ах, вы просто не сверхрусские - вам не понять.
Словом, и все такое прочее.
За драму браться даже страшно как-то. Равно как и за Дон-Кихота.
Посмотрю, как будет дальше.53 понравилось
137
Aedicula19 мая 2019 г."Хороший читатель сыздетства учится остерегаться переводчиков, урезанных шедевров, идиотских фильмов о братьях Карениных, всяческого потворства лентяям и четвертования гениев."Читать далее
В. НабоковМы хорошо запомним последнее напутствие Набокова в дальнейшем чтении его "Лекций по русской литературе", потому что на своеобразные "четвертования" и прочие "подзатыльники" общепринятым гениям русской литературы Набоков не скупится. Не сомневаюсь, что сам Владимир Владимирович считал, что в праве на выражения собственного мнения в таком тоне, ведь и сам, несомненно, принадлежал к кругу гениев и живых классиков (чего не отнять), но все-таки при всем уважении, когда даже талантливейщий человек опускается ниже норм профессиональной этики, позволяя себе необоснованную критику, рисуясь за счет предмета обсуждения - это оставляет не самое лучшее впечатление о нем самом. "Лекции по русской литературе" были запланированы мной к прочтению еще в прошлом году, когда при чтении биографий Набокова и его жены, Веры, были описаны эти сами лекции, проведенные в Корнелловском университете в 50-х годах. Еще тогда возникло впечатление, что эти достаточно нестандартные лекции не произведут приятного впечатления из-за манеры Набокова навязывать свое видение, не сомневаться в правоте своих суждений и из-за чего в последствии не стеснятся совершенно безапелляционных суждений. Повторюсь, но с педагогической точки зрения, лекция должна нести объективный характер, где лектор лишь посредник между предметом изучения и студентом, и доносит до студента максимум самой основной информации, требующейся для сложения представления о предмете изучения. Здесь нет места навязыванию собственных вкусов - важно чтобы из полученной информации, студент сам вывел свое отношение к предмету изучения. Какое "свое" понимание предмета при таком напоре может вынести слушатель курсов Набокова - для меня осталось неизвестным.
Остановимся на призывах Набокова "Давайте искать в нем индивидуальный гений" и "Читатели рождаются свободными и должны свободными оставаться", как на завуалированных предложениях к компромиссу - Набоков ищет своих гениев и "развенчивает" неугодных его сердцу, мы, читатели, также свободны в своих симпатиях и антипатиях.Свою вводную лекцию о (современной, на момент 50-х годов) русской литературе, Набоков начинает с обличения советской литературы в заказных произведениях. Понятно, что для нас это не новость и вряд ли так удивит, как студентов демократичных стран. Но не понятно, какой смысл показывать свое осуждение, если итак прекрасно понимаешь, что отсутствие литературной свободы писателей - дань этому времени и существующему политическому режиму. Или будешь писать, как говорит партия, или издаваться не будешь. Конечно, искусство из-под палки не делается, но нужно учитывать также тот фактор, что не все же писатели были такими уж "жертвами режима", когда душа рвалась писать о совершенно противоположном позволенному властью. Были и такие, кто идеи своего государства искренне разделяли и поддерживали и в идиллию им, были и читатели, которые с удовольствием это читали.
Гоголь. Жаль, что первое впечатление о великом русском писателе Гоголе, у иностранных студентов началось с описания его мучительной смерти в самых отвратных красках, которые может дать тяжелая болезнь. С одной стороны, вроде и ничего, "все помирать будем", как говорил толстовский персонаж из "Смерти Ивана Ильича", с другой - а кто эстетичен в свои последние минуты жизни? И после этого люди, не знавшие об этом талантливом человеке ничего, в деталях узнают, что висело у него при смерти из носа и на губе. И вся это, явно не предназначенное для глаз общественности, было ради эффектного представления красивых аллегорий Набокова, который выводит из этого свою складную тему "значение носа в жизни Гоголя"?
В самой лекции гений Гоголя признается с натяжкой (по сравнению с последующими Толстым и Чеховым), скорее, Набоков представляет его как несомненно талантливого писателя, не раскрывшегося в том направлении, в каком его видел Набоков. Как-будто Гоголя-писателя постоянно портит Гоголь-человек, который как личность, вызывает у Набоков брезгливость и раздражение. Поэтому В.В. будет рассказывать про неудачную молодость писателя - раз десять вспомнит про его литературные неудачи, фыркнет про выпрашивание денег у матушки и симуляции болезней. Даже похвала Пушкина "Вечеров близ Диканьки" кажется Набокову преувеличенной, потому что "нельзя забывать, что почти ничего поистине стоящего (кроме прозы самого Пушкина) в ту пору не публиковалось из русской художественной литературы". Вот так, и по мнению Набокова, Гоголь лишь казался "стоящим" на фоне кучи отечественного плагиата западных однотипных романчиков, а не безрыбье, как известно, и рак рыба.
Их ("Вечеров близ Диканьки") прелесть и юмор с тех пор разительно поблекли.
"С тех пор" это, надо понимать, с пушкинских времен? Интересно, как Набоков это заключил, не являясь свидетелем "тех" событий и отрицая достоверность всех похвал Гоголю за это произведение (все сплошь или преувеличение, или выдумка лично Гоголя). По крайней мере нашим современникам и обилию читателей Гоголя сегодня, так точно не кажется.
Немало скороспелых похвал порождено было местным колоритом, а местный колорит быстро выцветает. Я никогда не разделял мнения тех, кому нравятся книги только за то, что они написаны на диалекте, или за то, что действие в них происходит в экзотических странах. (...) На мой вкус, нет ничего скучнее и тошнотворней романтического фольклора или потешных баек про лесорубов, йоркширцев, французских крестьян или украинских парубков. И поэтому два тома «Вечеров», так же как и два тома повестей, озаглавленных «Миргород» (куда вошли «Вий», «Тарас Бульба», «Старосветские помещики» и т. д.), появившиеся в 1835 г., оставляют меня равнодушным.
Непонятно, о каком "выцветании" колорита может идти речь, если уже именно такие произведения и являются хранителями этого колорита, в то время, когда его уже в жизни и след простыл. Понятно, что любить книгу только за то, что герои в ней говорят на диалекте или живут, например, на Гоа, не серьезно, но как это применимо к Гоголю - неведомо. Можно подумать, его произведения настолько бездарны, что вот только панорама тихой украинской ночи спасает безнадежный сюжет.
Подлинный Гоголь смутно проглядывает в «Арабесках» (включающих «Невский проспект», «Записки сумасшедшего» и «Портрет») и раскрывается полностью в «Ревизоре», «Шинели» и «Мертвых душах».Меня всегда забавляло вот это "подлинный <фамилия любой выдающейся личности>", как будто другие его произведения, написал кто-то другой )) Не проще ли было, соответствуя уже поставленному высокомерному тону, сказать, что конкретно ему, В.В., ближе и понятнее следующие произведения, чем выдавать банальное "Царь то, ненастоящий!"? Так нет, буквально в следующей главе уже Набоков отмечает, что по крайне мере "Ревизор" - произведение "не имеющее значения", чтобы о нем рассуждать, и пару глав с явным удовольствием разбирает пьесу. Разбирает, естественно, в собственной интерпретации, потому что как Набоков смог определить из эпилога "Ревизора", Гоголь своих произведений не понимал (живите теперь с этим, как хотите).
Итог: Лучшее из написанного - "Шинель".Тургенев. Начали очень бодро и по существу, что показалось, что автор всю желчь перевел на Гоголя. А нет, рано:
Он не великий писатель, хотя и очень милый. Он никогда не поднимался до высот «Мадам Бовари», и причислять Тургенева и Флобера к одному литературному направлению — явное заблуждение. Ни его готовность взяться за любую модную общественную идею, ни банальный сюжет (всегда примитивнейший) невозможно сравнивать с суровым искусством Флобера.Набоков отмечает, что у Тургенева замечательные последние повести и рассказы, в то время как ранние - увы и ах. Одно хорошо, личность Тургенева ни капли не бесит Набокова и тургеневскую биографию наконец-то можно читать спокойно, без влияния неуемной фантазии Набокова. Сам Набоков скорее рассматривает Тургенева, как писателя среднего уровня, отмечая то недостаток его воображения, то "искусственную и прихрамывающую" манеру повествования, но не отказывая ему писательском таланте. Может, Тургенев морально близок Набокову, как русский писатель, нашедший признание прежде всего заграницей? По крайней мере, об этой части жизни Тургенева, Набоков пишет с явным одобрением.
Итог: Лучшее из написанного - "Записки охотника" (из малой прозы) и "Отцы и дети".Достоевский. Несомненно, каждый из нас имеет права на личное мнение, и если Достоевский был так категорически неприемлем Набокову, остается непонятным факт, зачем было включать изучение Достоевского в программу лекций? Ведь составлял ее сам Набоков, ее никто ему не навязывал. Нет же, Достоевский рассмотрен с самым широким набором своих ведущих произведений, на уровне с Гоголем, которого Набоков хоть и критикует, но все же благоволит. Но желание Набокова "развенчать" Достоевского взяло верх однозначно, и лекция для этого оказалась прекрасным поводом.
Забавно, как в начале Набоков отмечает, что рассматривает литературу как "явление мирового искусства и проявление личного таланта", но это определение у него почему-то идентично с сугубо личным восприятием. Например, пару абзацами выше мы убедились, что Гоголь сильно преувеличен своим значением в мировой литературе, Тургенев хоть и признан миром первым русским писателем, которого стал читать весь мир, не так уж и велик, а тут теперь Достоевский, вроде как тоже признанный миром, но Набокову даже неловко нам сказать, что мы имеем дело с очередным представителем "псевдолитературы":
С этой точки зрения Достоевский писатель не великий, а довольно посредственный, со вспышками непревзойденного юмора, которые, увы, чередуются с длинными пустошами литературных банальностей.
Но он понимает, что не все же читатели достаточно образованны, чтобы понимать это и быть способными отделить мух от котлет.
Тургенев прозвал его прыщом на носу русской литературы.
Это великолепно, давайте внесем в анналы истории литературы все обзывалки, как кого когда-то кто-то обзывал. Это очень важно и проливает свет на истинный талант обзываемого.
В 1855 г. умер Николай I, и на престол взошел его сын, Александр II. Это был лучший русский царь за всю историю прошлого века. (По иронии судьбы он погиб от рук революционеров, буквально разорванный пополам брошенной в него бомбой.)
Нет бы ремаркой указать для иностранцев, чем этот царь был самым лучшим, но нет. Уровень бабок на скамейке "Федот хороший был мужик, да только кобыла пришибла".
Все самые известные сочинения: «Преступление и наказание» (1866), «Игрок» (1867), «Идиот» (1868), «Бесы» (1872), «Братья Карамазовы» (1880) и др. — создавались в условиях вечной спешки: он не всегда имел возможность даже перечитать написанное, вернее — продиктованное стенографисткам.
Набоков как бы намекает распространенное мнение о том, что с целью "насловоблудить" денежку, Достоевский штампует свои романы и ради этого даже немножко изменяет годы выхода книг Достоевского, чтобы явственнее прочитывался порядок конвеера. Но насколько известно, такой тут в действительности один, остальные же прописывались с трудом и вниманием не меньшим, каким он сам уделял своим романам. Откуда информация про штат стенографисток? Факт о том, что Анна Григорьевна была первой пробой работы со стенографисткой, вроде бы не секретна. Что это меняет? То, что написанное не было механической работой, перед диктовкой, Достоевский разрабатывал сюжеты у себя в черновиках (которые сохранились), а Анна Григорьевна была заинтересована в творчестве своего мужа и написанное, и перечитывалось Достоевским, и обсуждалось с А.Г.
Безвкусица Достоевского, его бесконечное копание в душах людей с префрейдовскими комплексами, упоение трагедией растоптанного человеческого достоинства — всем этим восхищаться нелегко.
Безусловно, нелегко, если быть способным этакое выкопать! Но читатели Достоевского, как мы выяснили, люди темные и видят в перечисленном что-то совершенно противоположное.
Точно так же, как меня оставляет равнодушным музыка, к моему сожалению, я равнодушен к Достоевскому-пророку.
Сравнение, все же, не в пользу Набокова - чья на самом деле это проблема?
Сомнительно, можно ли всерьез говорить о «реализме» или «человеческом опыте» писателя, создавшего целую галерею неврастеников и душевнобольных.
Парадоксально, но да, можно. Возможно потому, что многие из них не всегда были такими, а пришли к этому. Человеческий опыт богат на этот урожай. Но вряд ли Набоков бы принял такой ответ, потому что читаем буквально ниже:
Кроме всего прочего, у героев Достоевского есть еще одна удивительная черта: на протяжении всей книги они не меняются. В самом начале повествования мы встречаемся с совершенно сложившимися характерами, такими они и остаются, без особых перемен, как бы ни менялись обстоятельства.
А Алеша Карамазов?! А Степан Трофимович Верховенский? А сам Ставрогин в конце концов не тем ли занимался, что мучительно менялся?
Раз и навсегда условимся, что Достоевский — прежде всего автор детективных романов, где каждый персонаж, представший перед нами, остается тем же самым до конца, со своими сложившимися привычками и черточками;
То ли Набоков не читал, то ли вляпался в свое же определение, выведенное в главе Гоголя - то есть, только поверхностный читатель может рассматривать "Шинель", как "обычную историю о привидениях", а расценивать Достоевского, только как автора "детективных романов" - эталон вкуса и пример глубокого чтения.
Достоевский прекрасно умеет завладеть вниманием читателя, умело подводит его к развязкам и с завидным искусством держит читателя в напряжении. Но если вы перечитали книгу, которую уже прочли однажды и знаете все замысловатые неожиданности сюжета, вы почувствуете, что не испытываете прежнего напряжения.
Возможно, потому что цель была вовсе не в напряжении? При последующем перечтении Достоевского уже больше обращаешь внимания на многие детали, которые как раз из-за первичного напряжения и были упущены. Временно оставив тему Достоевского, а разве это не естественно, при перечтении какой-то поразившей напряжением книги, уже не чувствовать того первого напряжения просто потому, что уже знаешь сюжет?
Что же касается Сони, мы ни разу не видим, как она занимается своим ремеслом. Перед нами типичный штамп.
Какие досадное упущение. Помнится, Лолита тоже рассказала Гумберту, что ее "первый раз" произошел с мальчиком в летнем лагере, но мы как бы эту сцену не читали... Хороший художник все-таки не допускает, чтобы ему верили на слово?
(в начале лекции) В «Преступлении и наказании» Раскольников неизвестно почему убивает старуху-процентщицу и ее сестру.
(и вдруг) Преступление Раскольникова описано во всех гнусных подробностях, и автор приводит с десяток различных его объяснений.
(и еще) Почему Раскольников убивает старуху-процентщицу и ее сестру? Очевидно, чтобы (...). Но он совершает это убийство еще и для того, чтобы (...)
Так знаем мы на самом деле, почему у Раскольникова рука поднялась на старушку! К чему же были тогда в начале эти ужимки про "непонятно"? Противоречивый Набоков.
...в романе действует демоническая, гордая, порочная, соблазнительная, таинственная, восхитительная и, несмотря на свое падение, неподкупно чистая Настасья Филипповна, одна из тех невозможных, выдуманных, раздражающих героинь, которыми пестрят произведения Достоевского.
Да кто же с других героинь Достоевского хоть на половину сравниться с Настасьей Филипповной, этой квинтэссенцией внутреннего огня, чтобы сказать, что таких как она - в каждом его романе?!
...распутывая любой психологический или психопатический клубок, неизбежно приводит нас к Христу, вернее, к его собственному пониманию Христа и православия, мы лучше будем представлять, что нас раздражает в Достоевском-философе.
Интересный прием, сначала Набоков всячески тыкает в нос слушателям/читателям свою индивидуальную позицию, "я считаю...", "я это называю..." и так далее, но теперь он как бы и не сомневается, что аудитория совершенно согласна с ним, и не думает об предмете обсуждения ничего хорошего, как и он сам.
"Бесы» — роман о русских террористах, замышляющих и фактически убивающих одного из своих товарищей."
Потрясающе буквальная и поверхностная аннотация к роману, убивающая любую идейную составляющую, заложенную автором. Но подобный ответ к "Лолите" Набокова, как роман "о педофиле, катающийся по Америке и насилующий украденную им несовершеннолетнюю девочку", ему почему-то не особо приходился по вкусу...
Чувствуется, что он не видит своих героев, что это просто куклы, замечательные, чарующие куклы, барахтающиеся в потоке авторских идей.Настолько не видел, что рисовал их портреты в своих черновиках, перед началом работы над романами. Кстати о куклах, это сравнение было неоднократно употреблено Набоковым в других лекциях. "Куклы", "марионетки" появляются даже у любимого Толстого, хотя буквально недавно Набоков может раз десять тыкать читателя носом в "живую сущность" персонажа. Это все к тому, что скорее всего так любых персонажей воспринимал сам Набоков, наблюдая этакий кукольный театр в своей голове, с разницей только в том, что одним куклам он верил, а другим нет.
Итог: Лучшее из написанного - "Двойник".Толстой. Толстой - один из самых почитаемых Набоковым русских писателей, находящийся по его оценке на пьедестале сразу за Пушкиным и Лермонтовым, но перед Гоголем.
Я не выношу копания в драгоценных биографиях великих писателей, не выношу, когда люди подсматривают в замочную скважину их жизни, не выношу вульгарности «интереса к человеку», не выношу шуршания юбок и хихиканья в коридорах времени, и ни один биограф даже краем глаза не посмеет заглянуть в мою личную жизнь.
Откуда такая уверенность? Это было забавно читать, когда еще особенно свежи воспоминания о червях, висящих из носа Гоголя, которых он бессильно пытается смахнуть. Кто же это не только "заглянул в замочную скважину" так еще и предоставил увиденное на всеобщее обозрение?
Но вот что я должен сказать. Злорадное сострадание Достоевского, его упоение жалостью к униженным и оскорбленным — все это были в конце концов одни лишь эмоции, а та особая разновидность мрачного христианства, которую он исповедовал, ничуть не мешала ему вести жизнь, весьма далекую от его идеалов. Как и Набокову, возносить признания своей жене, не гнушаясь мимолетными романами на стороне. Таки любознательные биографы пробрались и в набоковские владения.
Мне нравится одна история: однажды под старость, ненастным днем, уже давным-давно перестав сочинять, он взял какую-то книгу, раскрыл ее наугад, заинтересовался, увлекся и, взглянув на обложку, с удивлением прочел: «Анна Каренина» Льва Толстого.А мне нравится, как Набоков выборочно выбирает в какие истории он верит, а в какие нет.
Вот чего не отнимешь у этой лекции о Толстом, это действительно интересного и качественного разбора "Анны Карениной", во время которой вкусовщина Набокова уходит в тень, а на первом месте неподдельный интерес к произведению, внимательность к деталям и оригинальность трактовки, которая в том же стиле, однако без вопиющей навязчивости. Наконец-то Набоков говорит не о себе, а о книге и читатель/слушатель может наконец-то получить удовольствия от произведения, а не рисовки лектора. Это был бы гениальнейший сборник лекций, если бы Набоков нашел подобный подход ко всем перечисленным произведениям и обозначил через них тот "индивидуальный русский гений", о котором он упоминал.
Лучшее из написанного: Помимо гениальной "Анны Карениной" и "Войны и мир", повесть "Смерть Ивана Ильича".Чехов. О Чехове получилась достаточно сдержанна и уважительная лекция - и о Чехове-писателе и о его творчестве. Изредка прилетает "на орехи" Горькому, но совершенно не существенно.
Скажу больше: человек, предпочитающий Чехову Достоевского или Горького, никогда не сумеет понять сущность русской литературы и русской жизни и, что гораздо важнее, сущность литературного искусства вообще.Что интересно, полностью признанный Набоковым гений Толстой, который, как мы убедились с прошлой лекции имел первостепенное понимание русской литературы и русской жизни, уважал при жизни Достоевского и аналогично, дружил и уважал Чехова. И, кстати, в мемуарном рассказе Б.А. Лазаревского о Чехове, есть упоминание, что сам Чехов любил Горького как писателя (там же есть упоминание о его отношении к Достоевскому, которого он тяжело воспринимал, но его пояснение к этому отношению, более чем ясное). Просто, не думаю, что сам бы Чехов польстился и согласился бы с набоковской иерархией.
Второй раз кинулось в глаза, и теперь стоит заметить, - Набоков очень любит указывать на "ошибки" найденные в произведениях. Например, в первый раз проскочило у Толстого, а теперь у Чехова в том, что мужик у него изрекает свою цитату не из-за мудрости, якобы потом приписанной ему барином, а на самом деле из-за того, что мужик - редкая язва. Откуда Набоков берет уверенность в том, что на самом деле подразумевал Чехов и случайно ли вложил ему, сам не поняв, что очень точно уловил человеческий характер? Набоков сам и рассуждает о некоторой "двойственности" чеховской прозы, умеющей под собой заключать нечто совсем другое, не такое простое, как кажется на первый взгляд. Второй раз выходит, что и Гоголь, и Чехов не разобрались в том, что вывела их рука.
При разборе чеховского "В овраге" Набокова теперь не смущает не колорит старого села, не своеобразный деревенский диалект, что, как мы помним, "оставляло его равнодушным" у Гоголя.
Лучшее из написанного: большая часть малой прозы.Горький. Из главы о Чехове, складывалось впечатление, что при разборе Горького, от последнего полетит пух и перья, однако предсказания не сбываются. Горький не только не раздражает Набокова, он ему по большей части безразличен, поэтому практически бегом Набоков пересказывает биографическую справку о Горькове, завершая его высокомерным:
Художественный талант Горького не имеет большой ценности. Но он не лишен интереса как яркое явление русской общественной жизни.
Если в любимом Толстом Набоков не поленился львиную часть книги подробно рассмотреть "Анну Каренину", то желая по скорее расправиться с Горьким, к рассмотрению студентов выдвигается малоизвестный даже у нас рассказ "На плотах". Очень необычный выбор, как для произведения наиболее характеризующего своего автора. Очевидно, рассказ был выбран из-за очень провокационного сюжета, который, благодаря трактовке Набокова выставляет Горького в очень не выгодном свете.
Лучшее из написанного: не упомянуто.Содержит спойлеры52 понравилось
1,2K
panda00715 октября 2009 г.Читать далееВладимир Набоков, как известно, был прекрасным энтомологом. О его любви к бабочкам постоянно вспоминаешь, когда читаешь эту книгу. К русским писателям он относится как к этим самым бабочкам: ценит их красоту, но при этом строго классифицирует - это роскошный адмирал, а это - бесполезная капустница. Есть у Набокова и свои пристрастия. Скажем, Гоголя он любит, поэтому рассказывает о нём долго, подробно, с восхищением. Тургенева мягко журит за невнимание к композиции, повторяющиеся детали и некоторую прямолинейность. А от нелюбимого Достоевского не оставляет камня на камне.
При этом Набоков так меток, что поневоле прислушаешься к его аргументам. Так азартен, что классика перестаёт казаться (мне, впрочем, и так не кажется) собранием толстых пыльных томов. Во всем этом есть какая-то удивительная свежесть, незамутнённость взгляда, смелость и оригинальность. Ну, и, конечно, прекрасный набоковский стиль. Здесь он особенно хорош, поскольку писатель не просто жонглирует словами, как ловкий фокусник, но пускает в ход свою тонкую, разящую наповал иронию.
Чистый восторг!47 понравилось
77
ChristinaLvovskaya5 июля 2017 г.Записки непревзойденного сноба
Читать далееЯ поклонница творчества Владимира Владимировича Набокова, потому не могу не начать с трюистичной мысли. Набоков - блистательный стилист, с самобытной манерой письма. Каждый текст, вышедший из-под набоковского пера, эстетичен, прекрасен и музыкален. Можно ли не влюбиться в эти несравненной красоты фразы: «хрустальная слюна увлажнила ее малиновые губы», «медальонное лицо», «зигзагы грозы разрывали небо», «напудренный, как рахат-лукум», «лохматый ломоть дыни», «озерцо, как ручное зеркало», «бархатный паук, ютившийся в правом верхнем углу», «низкий, унизительный стул», «трафаретный разговор», «дом был безлолитен», «изуродованный укусом плод» и т.д.? Но Набоков не только потрясающий художник слова. Не превзойден он и в снобистском норове: едкий, своенравный, острый на язык, даже высокомерный. Посостязаться с ним в позерстве, пожалуй, мог бы лишь другой прозаик-эстет - И. А. Бунин.
Читая «Лекции…», следует помнить, что это отнюдь не объективный исследовательский анализ филолога или литературоведа и даже не свод фактологических сведений о великих русских прозаиках, т.е. не некое подобие учебника. По сути дела, Набоков всего лишь высказывает в свойственной ему снобистской манере свое субъективное мнение о творчестве выдающихся русских литераторах. В общем-то, о чем бы не говорил самовлюбленный человек, все равно получается о себе. Так что, из «Лекций…» больше станет ясно о личности самого мистера Набокова, о его литературных вкусах, нежели чем о тех, о ком он пишет.Больше всех, конечно, достается Достоевскому, которого Набоков, как хорошо известно, терпеть не мог за его одержимость «русскостью» и христианской идеологией. Он от души топчется по его «грязной» прозе. Интересно заметить, насколько же предвзят Набоков в оценке творчества все того же Федора Михайловича. Вот, например, одна из набоковских претензий к нему – его неумелый, простецкий стиль повествования. Но в случае с Толстым, к которому Набоков относится с пиететом и трепетом, претензия по части писательского стиля уже вдруг не актуальна. Он будто бы не замечает, что толстовский слог по-медвежьи неуклюж, а синтаксис вязок – иными словами, Толстой пишет тоже далеко не образцовым художественным стилем. Но об этом Набоков не соизволил даже и словом обмолвиться.
За чтение этой книги не стоит браться тем, кто еще имеет туманное представление о русской литературе, тем, у кого не сформирована своя точка зрения о творчестве обсуждаемых в книге авторов. Почему? Потому что велик риск поддаться под обаяние набоковского слога и принять за чистую монету каждое написанное слово.
Вот почему я надеюсь, что до того, как Владимир Владимирович выступил с этими лекциями перед американскими студентами, ребята хотя бы краем уха слышали что-нибудь о русской литературе. В противном случае, у них могло сложиться весьма печальное и превратное впечатление о положении дел на русской литературной арене.46 понравилось
930
Burmuar30 июля 2013 г.Читать далееВладимир Набоков, известный во всем мире писатель, 18 лет зарабатывал на жизнь тем, что читал лекции по русской и мировой литературе в университетах Америки. Личность он, безусловно, авторитетная и отличающаяся незаурядным умом (дурак таких романов, что ни говорите, не напишет). Но все же в первую очередь он именно писатель, а не литературовед или критик, а такая особенность не наложить отпечаток на восприятие книг, написанных другими, не может. И она более чем накладывает.
Итак, сначала общие замечания:
- Свои лекции по русской литературе Набоков посвятил шести писателям - Гоголю, Тургеневу, Достоевскому, Толстому, Чехову и Горькому. Отношение к каждому из них у него - очень личное и ни в коем случае не отстраненное. Потому "любимчики" Гоголь и Толстой получают в свое распоряжение по сотне страниц, а остальным приходится ютится на тех же двухсот вчетвером.
2. Набоков практически сразу же заявляет, что пересказывать сюжеты он не любит, не будет и вообще - это ниже его достоинства. И почему-то, кое-как избежав пересказа в разделе о Гоголе, сразу же берется излагать, что и за чем происходило в "Отцах и детях", "Бесах", "Преступлении и наказании", "Анне Карениной" и т.д.
3. Конечно, литературоведческий текст должен подтверждаться цитатами, но позвольте - не 3 страницы цитаты и одна - авторского текста ведь!
Гоголь
Видно, что Николай Васильевич - давняя и нежная любовь Набокова. С его текстами Владимир Владимирович работал основательно. "Мертвые души" и "Ревизор" изучены, исчитаны до дыр, осмыслены и переосмыслены. Только вот заявление, что сам Набоков фольклор не жалует, а потому и "Вечера на хуторе близ Диканьки", и "Вий", и "Тарас Бульба" - это юношеско-ширпотребная проба пера, меня ну очень сильно покоробило.Тургенев
За Тургеневым Набоков тоже признает право быть одним из столбов русской литературы 19-го века, заявляя, что он - прекрасный описатель природы. Правда, не наделенный особым талантом. А за большие романы ему и вовсе браться не стоило...Достоевский
А вот Федора Михалыча Набоков просто ненавидит. То ФМ у него - автор низкопробных детективчиков, которого только в юности и читать:
Поскольку Достоевский умеет мастерски закрутить сюжет и с помощью недоговоренностей и намеков держать читателя в напряжении, русские школьники и школьницы упиваются его книгами наравне с Фенимором Купером, Виктором Гюго, Диккенсом и Тургеневым.то простой юморист:
его можно назвать исключительно талантливым юмористомто этого чувства юмора напрочь лишается:
Не обладая настоящим чувством юмора, Достоевский с трудом удерживается от самой обыкновенной пошлости.А уж то, что для анализа 5-ти романов Достоевского вкупе с подробным разбором его биографии Набокову и 40-ка страниц за глаза хватает, никак не свидетельствует, что он эти романы хотя бы читал внимательно.
Толстой
Не меньшая любовь Набокова, чем Гоголь. Преклонение, пиетет. Что для Достоевского грех, Толстому можно и даже нужно. Потому что гений. Набоков так сказал. Я очень люблю Толстого сама, но все же обожествлять его вкупе с его персонажами - это несколько перебор. Хотя, конечно, с удовольствием почитала комментарии Набокова к "Анне Карениной". Это сильно.Чехов
Признанный даже Набоковым мастер малой прозы. Чехов-драматург, если верить Набокову, был очень средним. Правда, сумел положить начало новому виду драматургии, но сам вершин в нем не достиг.
Горький
Пересказ биографии Горького с оттенком пренебрежения. Краткий (двухстраничный) анализ пьесы "На дне". Остальное анализа не достойно.Общее впечатление: лекции крайне специфические, позволяющие не на русскую литературу взглянуть, а на Набокова сквозь призму его суждений о литературе. Любопытно, познавательно. Но вот профессионально ли? Сомневаюсь.
45 понравилось
252- Свои лекции по русской литературе Набоков посвятил шести писателям - Гоголю, Тургеневу, Достоевскому, Толстому, Чехову и Горькому. Отношение к каждому из них у него - очень личное и ни в коем случае не отстраненное. Потому "любимчики" Гоголь и Толстой получают в свое распоряжение по сотне страниц, а остальным приходится ютится на тех же двухсот вчетвером.
innashpitzberg26 января 2012 г.Читать далееКстати, лекции мне очень понравились.
Да, он не любил Достоевского, не слишком ценил Тургенева, и очень критично относился к позднему Гоголю.
Но он великолепно обосновывает свои позиции, и очень интересен в своем анализе.
А тех, кого он да любил, то есть Толстого и Чехова, он разобрал и исследовал настолько потрясающе интересно, что мне в 8й раз захотелось перечитать Анну Каренину и начать перечитывать собрание сочинений Чехова в миллионный раз прямо сейчас.Кстати, его разбор Мертвых душ тоже очень интересен.
P.S. Я очень люблю Достоевского, Гоголя и Тургенева.
38 понравилось
128
Kseniya_Ustinova23 февраля 2017 г.Читать далееЯ много что читала из русской классики, но очень мало что из этого помню. С моей стороны было очень рискованно и не обдумано приступать к данным лекциям, я ждала чего-то более лайтового, после Умберто Эко, но попала таки впросак. Заметила, что многие в рецензиях громко заявляют о своей позиции согласия или не согласия с точкой зрения Набокова, все таки это не физика, где все можно свести к единственному уравнению (равенству), здесь мы сталкиваемся со злосчастным "сколько людей, столько и мнений". Но я не могу примыкать к тому или иному лагерю, на мой взгляд, главное в преподавании, это научить мыслить шире, видеть больше, уметь дискутировать, выражать свои мысли, рождать свои мысли, и с этим Набоков прекрасно справляется. Рассказывая про писателей и их литературу (часто очень подробно, как на уроке литературы в школе, вплоть до того как "синие шторы отражали грусть главного героя") он копается в биографиях, цитирует письма, объясняет окружающую автора политическую обстановку, выражает резкое мнение (тут он потешил мое самолюбие очень колко высказавшись о детективах, чуть ли не слово в слово, как я в трети своих рецензий). Он учит студентов, что можно подойти с этой стороны, с той, а еще вот с этой. И нельзя воспринимать книгу как совокупность слов - это совокупность многих жизненных факторов автора в его борьбе со сбором слов в совокупность. В этом плане книга очень радовала и давала пищу для размышлений.
Набоков проходится по значимым произведениям очень подробно (а "Анну Каренину" приводит чуть ли не целиком, а так же все значимые произведения Достоевского, что меня ужасно утомило), не редко вскользь сравнивая с зарубежной литературой, и я чувствую себя ужасным профаном: это я не читала, это еще только собираюсь прочитать, об этом я вообще даже не слышала! Это сильно действовало на мое восприятие усваиваемого, ибо, то что я читала и мне понравилось - вызывало большой интерес, то что мне не понравилось, нагоняло скуку, то что я не читала - вызывало порывы поспать. Внутри меня боролся внутренний диалог, реагирующий на все заключения Набокова, это было эмоциональное чтение, привнесшее новую для меня информацию об эпохах, биографиях, литературе.
Но по большей части ужасно скучно, в этом плане лекции Эко в книге "Шесть прогулок в литературных местах" кажутся каким-то божественным откровением (я конечно же преувеличиваю, но правда, обе книги являются лекциями по литературе, и если на Умберто я смеялась, удивлялась, радовалась, восхищалась, то у Набокова я страдала, признавала, соглашалась, недоумевала, скучала). Нужно теперь максимально все выветрить, чтобы при прочтении приведенных тут и еще не прочитанных мной книг, составить свое мнение и испытать свои впечатления.
33 понравилось
377