Записки из Мертвого дома

Не знаю, как может мыслящий человек прочитать "Записки из подполья" и остаться тем же самым человеком. Это не литературное произведение, а химическое вещество, которое вступает в реакцию с содержимым... Нет, не головы. Нет, не души. С содержимым твоего "я", скорее всего.

Бывает такая ситуация, когда какой-то человек делает что-то нелепое или глупое, а стыдно почему-то вам. Хотя вы-то тут и ни при чём. Тут такая же петрушка: исповедуется главный герой, и умом понимаешь, что у тебя с ним общего только отдельные маленькие гаденькие чёрточки, но всё равно стыдно до горящих алым пламенем ушей. Это не просто исповедь, а сверхисповедь, когда человек, рассказав, что думает, тут же на месте анализирует, почему он думает и к чему... И результат оказывается не слишком приятен. Мне кажется, мало кто может быть настолько честен даже перед самим собой, как главный герой в этом монологе. Мы всегда оправдываем себя чем-то, ищем объяснения, но совсем иного рода, нежели "подпольщик". Он-то знает, что в основе многих его поступков лежат не благородные мотивы, а гнильца. И эту гнильцу он миллиметр за миллиметром вытягивает из скрытой ото всех области подсознания, только чтобы мы с ужасом узнали в каких-то её проявлениях и себя. Не знаю, есть ли святоши, которые ни на один малейший миг не провели с собой аналогию. Я всё равно им не поверю.

Достоевщина процветает во всей красе. Главный герой бичует себя с мазохистским удовольствием, явно ликуя от красочного описания "собственной убогости". Позже мы увидим его отражение во многих романах и героях: и тень Раскольникова, и сразу нескольких Карамазовых, и... Да что там, это концентрированный достоевский типчик, настоящая квинтэссенция его атмосферы и характеров. Обязательно надо прочитать "Записки из подполья", прежде чем читать романы Достоевского. Как много может дать это прочтение!

"Записки из подполья" разделены на 2 части. Первая — как раз и есть эта безумная исповедь, плотность которой поражает. Неудивительно, что из неё взято столько цитат, что сложи их все обратно в произведение — текста выйдет, наверное, даже больше, чем было поначалу. Вторая – в лучших научных традициях, о практическом воплощении душевного болотца главного героя. Эти страдания и метания по поводу полнейшей чуши не повторить в кратком описании, нужно обязательно прочесть, оно того стоит.

Ох и любит же Достоевский поковыряться скальпелем в хорошо подгнившей душонке, выволакивая на свет потайные жилы. После "Записок..." хочется немедленно выйти на сведий воздух, отдышаться и... Постараться стать хоть немного светлее, добрее и честнее. Хотя уши будут полыхать краснотой ещё долго.

К раскрытию заголовка рецензии я перейду немного позже.

Сейчас скажу, что я не буду раскрывать сюжета в полной мере. Это может сделать и нейросеть, а единственное, что нас отличает на данный момент от ИИ – это концептуальное мышление. Также нет смысла говорить о Достоевском. Кроме одного забавного факта, что многие известные критики считают эту книгу квинтэссенцией Достоевского или «полной Достоевщиной».

Я же хочу наполнить ваше чтение смыслом... Да, это нужно не всем... И нет, эту книгу из читателей мало кто понимает в полной мере...

.

У КНИГИ 2 ПОСЫЛА.

и их важно правильно понять.

Первый.

Главный персонаж – бывший чиновник, который пишет из «подполья» – олицетворяет критику времён Достоевского. Кто там плохо реагирует на критику? Эта книга бравада над всеми «детьми ненависти». Признаться (только между нами), при первом прочтении я этого посыла не заметил, но после прочтения «Дневник писателя» всё стало очевидно. Достоевский-публицист прямым текстом этого не говорит, но описывает собирательный образ своего критика:

– Как человека делающего всё со злости, если это даже вредит ему самому,

– Как человека боящегося критики в свою сторону и боящегося, что его «подполье» кто-то прочитает,

– Как жертву либеральной идеологии, как существо зубастое и невоспитанное, как существо безразличное и рефлексирующее.

На этом стоит закончить, ибо об этом рассказывает сама не столь большая повесть. Можете прочитать эту «достоевщину» и понять... Неправильно. Да, вы не ослышались. Достоевский гений и столь малая цель его не могла бы мотивировать написать данное произведение.

Второй.

Достоевский зайдёт в крайность, чтобы вы увидели всю нелепость собственных мыслей. В каждом из нас живёт критик. У кого-то он прячется в углу и неловко вставляет пару слов во внутреннем диалоге. А у кого-то он занял всё пространство и люди переоценивают важность своего мнения, некие жертвы современной повестки.

Только поймите меня правильно. Автор описал крайность, но игнорирование в себе этой сущности – это самообман.Достоевский хороший психолог и он знает ваши мысли (невзирая на громадную временную пропасть). Многие, судя по рецензиям, пытаются откреститься – им неуютно, они пытаются описать главного персонажа, это этап отрицания.

Внутри вас пригрелся «Чужой», он прятался долго, теперь нужно понять насколько он «Большой». Обращайте внимание на эмоциональные качели главного персонажа. Может не в таких красках и без лёгкой шизофрении, но это ваши качели. Дальше, думаю, описывать не стоит, поскольку всё перейдёт в «личностный тренинг». Я же предлагаю пройти его самому. Достоевского мало просто прочитать, его нужно осмыслять.

.

Достоевский все эти два посыла завернул в хороший сюжет. Если вам понравится эта повесть, то её неестественное продолжение Фёдор Достоевский - Двойник . Почему "неестественное"? Двойник написан раньше и при первом приближении должно быть наоборот, но лучше читать сначала    Фёдор Достоевский - Записки из подполья

Это маленькая и гениальная работа, которую я переслушиваю почти каждый год. Да, переслушиваю и в комментариях оставлю ссылку, как на «Записки из подполья», так и на «Двойник». В целом, если вы считаете Достоевского непреодолимым по слогу и смысловым наполнениям, то попробуйте его послушать на скорости 1,3 в озвучке "Семёна Ярмолинца"!

Достоевский — глубокий, даже в жаркую погоду ледяной омут, после погружения в который остаётся только долго отфыркиваться и жадно глотать воздух, растирая промёрзшие конечности, клятвенно обещая себе, что больше никогда-никогда ты не решишься погрузиться в эти глубины человеческих невзгод. И всё же через некоторое время тёмные воды снова притягивают тебя к себе, и ты ныряешь, прекрасно зная, что всё вновь повторится после прочтения очередного произведения.

«Записки из мёртвого дома» прочувствованы автором на собственной шкуре, невозможно не узнать его в рассказчике, так что иногда невольно забываешь, что написанное от первого лица произведение говорит устами какого-то выдуманного персонажа. Четыре года провёл Достоевский на каторге, осуждённый по делу петрашевцев, и в результате на свет родилось это отчаянно угрюмое произведение, несущее в себе перл света, надежды и человеколюбия, запрятанный так глубоко, что его не каждый читатель и найдёт. Это произведение читается, как фантастический роман о жизни марсиан, настолько чуждыми кажутся все эти обычаи, понятия и реалии человеку «с воли». И описаны они таким же «марсианином» внутри каторги (которым, несомненно, был не только рассказчик, но и сам благородного происхождения Фёдор Михайлович) — дворянином, которого все не любят и сторонятся, отчего он так и остаётся чуждым всеобщей жизни и может описывать её отстранённо. Это всё-таки не художественное произведение, а чистой воды документалистика, тем более, что о себе рассказчик почти не распространяется, описывая, в основном, характеры других каторжан и их быт.

Кстати, очень любопытный момент в сюжетной канве, повествующей о рассказчике. Говорится, что он до конца своих дней жил максимально уединённо и никого старался к себе не пускать. Не от того ли это, что годы, проведённые на каторге, были стопроцентно на виду у других? Один из важнейших аспектов подобного заключения в том, что преступник ни на долю секунды не остаётся в одиночестве со своими мыслями. Может быть, своим отшельничеством рассказчик компенсировал эти годы вынужденного варения в одном слишком тесном котле с другими каторжанами.

Итак, вот она, каторга:

Мне всегда было тяжело возвращаться со двора в нашу казарму. Это была длинная, низкая и душная комната, тускло освещённая сальными свечами, с тяжёлым, удушающим запахом. Не понимаю теперь, как я выжил в ней десять лет. На нарах у меня было три доски: это было всё моё место. На этих же нарах размещалось в одной нашей комнате человек тридцать народу. Зимой запирали рано; часа четыре надо было ждать, пока все засыпали. А до того — шум, гам, хохот, ругательства, звук цепей, чад и копоть, бритые головы, клеймёные лица, лоскутные платья, всё — обруганное, ошельмованное… да, живуч человек!

Каторга — особое субпространство и государство со своими законами, правилами и обычаями. Достоевский старается описать всё максимально беспристрастно, так что председатель Цензурного комитета даже запрещает первоначально печатать «Записки…», ибо получились они чересчур «мягкими». Дескать, недостаточно потенциальных преступников стращаете, Фёдор Михайлович. И, действительно, начитавшись других источников про тюрьмы или даже (к примеру) современную армию, понимаешь, что на каторге не так уж и плохо: нет драк, нет дедовщины, все необходимые вещи предоставляются государством, а многие арестанты, если они не лентяи и пьяницы, могут позволить себе кушать мясное каждый день. Главного героя, дворянина, никто не любит, но за всё время отбывания срока никто и пальцем не тронул. А то, что воруют… Ну, так где же не воруют-то? Прячь свои вещички лучше.

И всё же… Это не воля, это неволя.

Зимой, особенно в сумрачный день, смотреть на реку и на противоположный далекий берег было скучно. Что-то тоскливое, надрывающее сердце было в этом диком и пустынном пейзаже. Но чуть ли не ещё тяжелей было, когда на бесконечной белой пелене снега ярко сияло солнце; так бы и улетел куда-нибудь в эту степь, которая начиналась на другом берегу и расстилалась к югу одной непрерывной скатертью тысячи на полторы вёрст.

Каторга своё дело делает, люди в ней мучаются. И настоящее сходство заключения с адом можно увидеть в сцене банного дня. Даже ничего не буду говорить про это, надо читать самим, а не слушать многочисленные сравнения с дантовским адом, всплывающие в критике, или просто возгласы, насколько это страшно и мощно. Что это напомнило лично мне? Фашистские концлагеря.

Но Достоевский не был бы самим собой, если бы на первый план вышли не описания быта и подробности существования арестантов, а люди. Характеры. Личности. Цельные и собирательные образы. Даже здесь, в таком пространстве, где все должны бы быть «плохишами», собраны и хорошие, и плохие… И обычные люди, про которых нельзя сказать, хорошие они или плохие. Про каждого персонажа, кратко обрисованного в «Записках из Мёртвого дома» можно написать отдельное произведение, однако их дальнейшую судьбу остаётся додумывать нам самим. Всё, что касается рассуждений о человеческой природе, все описания лучших и худших черт характера арестантов — блестяще, филигранно, мастерски. Любому начинающему (да и практикующему) психологу — обязательно стоит почитать.

Бонусом для тех, кто хочет узнать о «Записках…» чуть больше: о документальной стороне (комментарии И.Д. Якубовича) и о художественной стороне (так нелюбимый многими со школы Д.И. Писарев со статьёй «Погибшие и погибающие»).

Все мы любим страдать, верно? И жалеть себя тоже любим. Сидим тихо в своем подполье, как мыши, и грызем себя изнутри, едим себя поедом, изводим бесконечным самоанализом и самоуничижением, а потом предаемся жалости к самим себе и ненависти к окружающим. Если бы мы не любили страдать, то не стали бы наверно с такой маниакальной одержимостью терпеть физическую боль, а сразу бы бежали к докторам, не стали бы бесконечно выяснять отношения со своими близкими людьми, изматывая себя и их и получая от этого садомазохистское наслаждение, не стали бы читать «Белый Бим Черное ухо», смотреть «Титаник», передачу «Жди меня» и канал НТВ.

Конечно, не все люди такие и я нарочно говорю «мы», имея в виду нас – интеллектуалов, людей много читающих и много знающих. Себя я, безусловно, тоже считаю интеллектуалом. А как иначе, ведь я тоже читал Кафку и Ницше, да и профессия обязывает. Тем не менее, есть люди, которым абсолютно до фонаря все эти переживания и страдания интеллектуалов. Они плюют на жалость, как к себе, так и к другим, и с упорством баранов достигают своих целей, не гнушаясь двинуть кому-нибудь кулаком в физиономию или наступить на мельтешащую под ногами мышь. Мы же тем временем люто ненавидим их за это, называем самодурами, тщеславными эгоистами, а сами садимся читать книгу «Как перестать беспокоиться и начать жить». Но мы ведь такие же эгоисты, как и они. И страдаем-то мы, и жалеем себя, и анализируем свои поступки, и копаемся в себе, как в навозной куче, только из-за того, что шибко любим себя. И одиночество выбираем, уходя в подполье, только для того, чтоб никто нам не мешал предаваться себялюбию. Получается, что все мы, - и властолюбцы, и интеллектуалы, и мелкие людишки, и бунтари, и обыкновенные искатели приключений, - абсолютно все эгоисты до мозга костей.

Такой вывод, конечно же, сделал я сам и сделал его давно. Но вот какая штука, этот вывод снова замигал в моем сознании красной лампой тревоги после того, как я прочитал «Записки из подполья». Федор Михалыч безусловно изображает в «Записках» «лишнего человека». Этот его «лишний человек» в силу своего большого ума выбирает сознательную инерцию и уход в мрачный и серый мир «подполья», откуда он спокойно и безвредно для окружающих может перелопачивать свою жизнь и купаться в жалости и ненависти к самому себе. Но этот «лишний человек», несмотря на убогий свой облик, лишним себя, разумеется, не считает. Наоборот, он относит себя к контингенту уникальных, образованных, глубоко чувствующих, но не понятых и не принятых обществом людей. И такой вывод он делает лишь в силу своего большого эгоизма, себялюбия и своекорыстия.

Достоевский в «Записках» показывает «лишнего человека» девятнадцатого столетия, но если хорошенько к нему присмотреться, а затем оглянуться вокруг, то можно и сейчас, в двадцать первом веке, увидеть огромное количество таких же людей. Тем более сейчас, когда у нас есть компьютер и интернет, когда мы можем придумать себе ник, выбрать аватарку, спрятаться за ними и спокойненько из этого укрытия изливать потоки желчи, заниматься только брюзжанием и пустой болтовней, считая при этом себя умными и высоко образованными людьми и окружая себя аурой уникальности и непохожести на остальных, а на деле являясь лишь мелкими, пустыми, лишними и неинтересными людишками.

И вот, что самое хреновое, ведь я такой же болтун, а значит и, - о боги, - такой же «лишний человек». Но

С экзистенциализмом я знакома ещё очень давно. Начинала его с Камю, Сартром и русским Н. Бердяевым. Книжка «Самопознание» Бердяева перевернуло мое сознание, я переосмыслила жизнь, стала смотреть на вещи совершенно по другому. Что касается Сартра с его книгой «Тошнота», то это вообще другое дело, я прочувствовала эту книгу от начала до конца. Как же я понимала, что может тошнить от жизни, от всего, но суть не в этом. Теория смысла жизни – основа экзистенциализма. Вернее поиск этого смысла, отчаяние от того, что смысла нет. Конечно, его можно придумывать сколько угодно, но уж извините, смысла нет. Почему? Наверное, потому что, смерть всё равно будет, а я не представляю свою жизнь после смерти в раю или аду, что касается перевоплощения, то уж извини Кришна, но я в тебя не верю.
Достоевский тоже переживает, что и мы. В этой книге он задумывается о смысле, конечно не прямо, а через переживания о герое. Ему мучительна это бессмысленность. Бессмысленность мучает его на каждой странице.
Конечно, я, вообще не читая рецензий об этой книге, ожидала мемуары какие-нибудь о войне, но о какой войне? Если тогда и войны не было, я имею в виду в то время. Наполеоновская война давно прошла, первая, и вторая ещё не наступили. И как же я была удивлена, когда прочитав эту книгу до конца, поняла, что смысл названия совершенно иной.
Что касается главного героя книги, то он вызывал скорее жалость, чем ненависть и презрение. У Достоевского, знаете ли, очень явно выражена бедность у людей. Бедность вся наизнанку, такая, какая она есть. Мне всегда было трудно читать про бедность, про то, как люди сводят концы с концами. А ведь и сейчас есть такие бедные люди, которые живут на зарплате, которым вечно чего-то не хватает. Экзистенциализм бедности? О, да, конечно. Мы ведь придумываем себе, что угодно, лишь бы не поверить в том, что пустота бесконечна.
Достоевский показывает в этой книге, что даже женщина легкого поведения заслуживает жалости. Нет, вы не можете жалеть такую женщину, а я вот могу. Мне жалко Лизу. Лиза хорошая девушка, она ведь от отчаяния начала такую жизнь. А главный герой жалкий человек. Не стыда, ни совести.
Смысл существования? Может и так. Но любовь, вот чего не хватает в этой книге. Конечно это не те слащавые книги розового характера, где всё оканчивается счастьем. Эта книга о тяжелой судьбе человека, о его переживаниях, страданиях, его не понятие, бедности, жизненной неустойчивости.
Почитайте эту книгу, чтобы понять, как тяжело жилось, в то время как простому человеку, трудно было создать семью, обеспечить свою любимую, из-за простой нехватки денег. А ведь, если бы не бедность, всё могло сложиться иначе.

Произведение тяжелое, глубокое и пронзительное. Благодаря тонкому умению передать и в каком-то смысле препарировать душу, ты погружаешься в историю с головой, полностью проживая всё вместе с главным героем. А что тебе только не придется пережить! Кого не встретить!

Какая пугающая картина разворачивается пред глазами. Как остро переданы мысли, чувства и переживания, как метко поднимаются злободневные темы. Что есть справедливость, где она? Есть ли различия меж людьми, меж преступлениями, есть ли место раскаянию в душах преступников, несчастных, как из прозывают в народе. Как проживают и переживают заключение люди образованные и не очень, дворяне и крестьяне, местные, либо поляки, кавказцы, евреи.

Пища для размышлений автором преподнесена достаточная. Она неоднозначная, сумрачная, цепляющая, не оставляющая равнодушным. Читать и вслушиваться в слова этих записок необходимо тщательно, дабы не лишить себя какой-то части, дабы не пропустить. И возвращаться, если кажется, что недостаточно внимания уделил тексту.

Такого рода литературу не отнести к развлекательной, легкой для чтения, приятной. Напротив, множество частей читать тяжело, себя пересиливаешь, когда в душе больно от поступков героев [встречаются тут жестокость по отношению к женщинам и животным]. Но это такое произведение, которое стоит прочесть.

И после таких книг ты словно ближе к пониманию чужой души, местами пугающей и где-то зловещей, однако всё же и не совсем пропащей. Примечательно, что даже в таком вот месте, как острог, в особом отделении, где содержатся опасные преступники теплится что-то живое, что-то хорошее в людях.

Есть некое товарищество, хоть какая-то поддержка и помощь, есть некий отголосок света, особенно заметный, когда каторжным разрешают участвовать в представлении. Тогда пред нашими глазами оказываются словно малые наивные дети, так живо и ярко радующиеся.

И в противовес им встречаются и тираны среди власть имущих. Жестокосердные, которым словно наслаждение приносит мучить и истязать людей, отбирать у них последнюю радость, упивающихся властью над живым существом, ощущением вседозволенности, возвеличивая себя, вознося в ранг бога.

И опять же, как тонко Достоевский об этом всём пишет, как подмечает он то, что зачатки тиранства есть в каждом и тут уже от человека зависит, даст ли семечку прорасти или нет. Как наличие собственных денег важно, как тяжело работать по принуждению, как мучительно жить, быть не в своей среде, одиноким и умирать не свободным, как жизненно необходима цель, стремиться к чему-то. Конечно же к свободе, о которой мечтает и стар, и млад, и потому так стремящийся улететь орёл с подбитыми крыльями задевает и потому летом становится особенно невыносимо в затхлых четырёх стенах и кандалах.

Про Записки из Мёртвого дома мне напомнил Шаламов в Колымских рассказах, так что я не мог не прочитать и не сравнить два этих произведения разных эпох, но до боли имеющих такую общую мысль, описание героев, правда если сравнивать и атмосферу, тяжесть лагерей, то Достоевский был просто в детском саду, где их наказывали как маленьких детей, но не пытались уничтожить в них людей, в отличии от Колымы Шаламова. Но всё же у Достоевского более подробное описание людей, создаётся впечатление будто ты познакомился с ними вживую. Есть в Омском остроге и подлецы, и простаки, махнувшиеся "рубашками" и попавшие на более строгий режим. Неизменны и начальники с комплексом Бога, старающиеся доставить кому-нибудь хлопот, например плац-майор. Есть там и праздники православные, которые почти все верующие чтят. У каторжников не был отнят Бог, в отличии от героев Шаламова, хотя эта тема особо там и не раскрывается. У некоторых каторжников очень развито чувство сострадания: они могут обворовать тебя, дабы просто выпить вина, но если ты пройдёшь наказание палками или розгами, то они тебя выходят, в беде не бросят. Если сам пьян будешь, то спрячут тебя от начальства. Даже и не верилось, что убийцам и ворам было свойственно такое чувство, хотя проявлялось оно походу только к таким же преступникам. Кандалы не снимались даже при смерти, они становились частью человека. Любой арестант мог бы их снять в случае побега, но надевались кандалы для шельмования человека. Вообще размышления Достоевского очень интересны. Достоевский затрагивает все темы той системы. Например вот тему убийства и сроки. Если человек защищаясь или защищая честь своей семьи/подруги убил человека, напавшего на него, то ему дадут 10 лет. А если человек из-за своих садистских наклонностей просто так убил человека, то тоже получит 10 лет. И сидеть они будут в одной казарме. Не было разделения. Ещё меня поразила история Шишкова и бедной девушки, которой не посчастливилось выйти за него замуж. По сути сюжета никакого здесь и нет, но если вам интересна каторга тех годов, то её стоит прочесть. Вообще тяжело на сердце после прочтения такого произведения. Жалко всяких Сушиловых, которые поменялись именами и теперь вынуждены пребывать в вечной каторге. Ведь наверняка немало было таких глупцов. Жалко политических, которые за свои взгляды вынуждены терять свои лучшие годы в стенках этого мрачного места. Дочитав это произведение я чувствую какое-то опустошение, лёгкую грусть, прямо после как произведений Шаламова. Благодаря таким произведениям я начинаю ещё больше ценить свою вольную жизнь.
Что касается сюжета, то один любопытный человек после смерти нелюдимого Александра Петровича Горянчикова находит "Записки из Мертвого дома". Александр Петрович оказался дворянином, убившим свою жену и отсидевшим за это 10 лет в Омском остроге. Попав к убийцам, ворам, и просто подлецам разных мастей, Александр не знал как себя с ними вести, ведь с такими личностями он никогда дел не имел. Да и они не особо жаловали его за статус дворянина. Как же герой смог выжить в этом Аду? Это нам расскажут Записки из Мёртвого дома.

Эта повесть отражает все творчество Достоевского.
Читая "Записки из подполья", мне казалось, что Достоевский был очень высокомерным, но писать он точно умел. ))

Первая часть книги - это философские рассуждения о жизни, ее смысле, политике того времени.
Вторая часть - это уже рассказ о жизни главного героя.

Книга показывает людей живыми, с разными (не всегда хорошими и приятными) мыслями. "Записки" - отражают действительные мысли и горести обычного человека, в неприятной (для него) ситуации.
Главный герой - несчастливый, небогатый человек. Он живет обычную жизнь и борется за свои радости, так как может.

Мне нравятся идеи Достоевского, я не всегда с ними согласна, но читать его, всегда, интересно!

К прочтению советую! Мне очень понравилась повесть.
С перва, я поставила оценку 8, но сейчас решила, что книга заслуживает твердую 9 из 10.
Я обязательно перечитаю эту повесть, через пару лет.

"Причина "подполья" - уничтожение веры в общие правила. Нет ничего святого".
Ф. М. Достоевский

Пожалуй, это ключевая вещь для понимания всего творчества классика. Клубок идей, появившийся в "3аписках", станет во многом основой для дальнейших творений. В повести уже есть всё, что будет в последующих романах («Преступление и наказание», «Бесы», «Братья Карамазовы»), и здесь он впервые в русской литературе сформулировал идеи экзистенциализма. Главный герой - привлекательный негодяй, страдающий идеолог, изучивший себя до невероятных глубин, мучительно переживающий разрыв с людьми:

«Я имел терпение высиживать подле этих людей дураком часа по четыре и их слушать, сам не смея и не умея ни об чем с ними заговорить».

Он заключает в себе "высокое и прекрасное" наряду с тягой к разврату, он ставит "проклятые вопросы" и сам же отвечает на них:

«Всякий порядочный человек нашего времени есть и должен быть трус и раб. Это нормальное его состояние. В этом я убежден глубоко. Он так сделан и на то устроен. И не в настоящее время, от каких нибудь там случайных обстоятельств, а вообще во все времена порядочный человек должен быть трус и раб. Это закон природы всех порядочных людей на земле. Храбрятся только ослы и их ублюдки».

Читать Достоевского всегда увлекательно и захватывающе интересно. Во время чтения посещают различные эмоции: от смеха до слёз. Книга рекомендована для чтения всякому человеку.

Я всегда когда читаю книги, представляю себя на месте героев. И когда читаешь про тюрьму, то конечно это такое себе удовольствие... Невольно моделируешь ситуацию не дай Бог оказаться в местах не столь отдалённых... И невольно начинаешь задумываться, а в чём собственно состоит наказание? Ведь общество не просто удаляет, исторгает из себя провинившегося с точки зрения общества человека (говорю так потому, что всё очень относительно опять же... но это уже другая тема). Оно прилагает ещё максимум усилий к тому, чтобы этому человеку жилось некомфортно. И допустим сейчас, в наше время, такого ужаса, как тогда, не происходит. Но были времена, когда в общем-то дело доходило даже до телесных наказаний. Кстати о телесных наказаниях. Ведь по большому счёту в масштабах существования человечества сравнительно недавно нам сказали, что оказывается людей бить нельзя. Причём бить нельзя не только людей, но и детей. Ещё совсем недавно никого не смущало это, а значит ситуация в любой момент может повернуться вспять и наказание провинившихся будет заключаться и в каких-нибудь подобных способах воздействия, внушения. И это, конечно, настораживает.

Ещё интересная мысль меня посетила в процессе чтения. Ведь по сути говоря ни такими жестокими способами наказания, лишением бытовых благ каких-то, ограничением свободы, ни гуманностью и человеколюбием человечеству не удаётся победить преступность. Есть в этом что-то хроническое, что-то классическое, что-то постоянное, на что невозможно воздействовать. Вот даже и ГГ ни одним абзацем не сожалеет о том, что его в этот острог привело... Но если в глобальном масштабе брать, а не в масштабе отдельной личности, вероятно надо искать другие способы исправления людей. И тут мы постепенно переходим от классики к книгам другого жанра - Джордж Оруэлл - 1984 , к Евгений Замятин - Мы . И тогда понимаешь, что всё, что придумано даже пускай отдельно взятым человеком - приходило в голову и другим... Система наказания людей от дикой варварской постепенно переходит в изощренную... Ещё одно произведение вспомнилось Энтони Бёрджесс - Заводной апельсин ....

Такие вот невеселые мысли бродили в моей голове во время чтения этой невеселой книги... Хотя нет, местами было забавно наблюдать логику и простодушие этих странных людей. Даже в тюрьме случается повод для улыбки. И на Севере люди живут...