Цитаты из книги Wool

"...завтра я обрету спасение, даже если это означает смерть..."

Похоже, она из тех, кто способен производить впечатление, но предпочитает одиночество.

Люди похожи на машины. Они барахлят. Они ломаются. Об них можно обжечься, если не будешь осторожен.

Он все еще казался красивым, но лишь потому, что она знала его много лет, и ее старческие глаза до сих пор помнили молодость.

Людям нравится стабильность - и он сможет поддерживать иллюзию стабильности. Люди боятся перемен - и он не даст им увидеть перемены.

«Завтра я обрету спасение, — со злостью подумал Холстон, — даже если это означает смерть».

Они с Аллисон даже стали суеверными — на что только не пойдёшь, к какой только помощи не прибегнешь, если хочешь иметь ребёнка!

Они создали этот бункер, и они же заперли в нем всех.

Холстон наконец увидел тот рай, к которому был приговорен за единственный грех надежды.

-Если вы собираетесь дать Джулс работу, будьте очень осторожны. -Почему осторожны? - не понял Марнс. -Потому что она с ней обязательно справится. Даже если вы не верите, что она сможет.

Он был хорошим человеком, но с разбитым сердцем. А подобное губит даже лучших.

...все книги и звёзды во вселенной станут бессмысленны, если не сохранится никого, кто мог бы читать и смотреть на небо через просветы в облаках.

То досадное недоразумение, в которое превратилась его жизнь, было больше похоже на сон. Ни один год из последних трех не казался ему настоящим. Ничто больше не казалось настоящим.

Холстона всегда поражало, насколько за столетия ладони и шаркающие ноги способны выгладить твердую сталь. Наверное, молекулу за молекулой. Каждая прожитая здесь жизнь стирала тоненький слой, а укрытие постепенно стирало и саму эту жизнь.

Есть вещи, которые, подобно высказанным вслух идеям, необратимы.

Мы рождаемся, становимся «тенями», вырастаем в мастеров и в свою очередь «отбрасываем тени», а потом уходим. Всё, на что каждый из нас может надеяться — это чтобы о нас помнила хотя бы «тень» нашей «тени».

Она и его оценила как одиночку - нестандартную шайбу, не подходящую ни к одному нормальному болту.

Мы рождаемся, становимся тенями, отбрасываем свои тени, а потом уходим. И каждый может надеяться лишь на то, что его запомнят по этим двум теням.

Система была устроена так, чтобы заставить нас склонить головы и смириться с ней