Critical Injuries

Такие книги не так часто можно встретить, на самом деле: книги, которые мало того, что не претендуют, так ещё и действительно хороши.

Знаете, что интересно? Через какое-то время, скорее всего, и сюжет, и герои этой книги забудутся, ну или, по крайней мере, "смажутся" в памяти, но при этом совершенно нельзя сказать, что эти герои прописаны плохо. Как раз вовсе наоборот: они прописаны чрезвычайно хорошо, очень-очень хорошо. Тогда почему же смажутся? — логичный вопрос. Потому что они все — эти герои, они ОБЫЧНЫЕ. Понимаете, да? Эти люди — они СЛИШКОМ обычные. У них обычная жизнь, обычное счастье, обычные невзгоды и горе, отношения в семье и так далее. Здесь нет места сумасшедшим маньякам и праведникам, здесь нет места абсолютным добру и злу, чёрному и белому. Нет. Зато есть место той замечательнейшей вещи, которую все знают не понаслышке, а в лицо, которая, можно сказать, правит миром, о которой говорят учёные, строят теории всякие математики... Имя ей — Случайность. Скажем, так. Я, конечно, не хочу сейчас нивелировать значимость теории вероятности, но когда я покупаю, например, билет на самолёт, у меня в голове выстраивается такая вероятность моей смерти: 50/50. Позвольте себе сейчас не обкидать меня камнями, а просто снисходительно выслушать: то, что я умру, сев на данный самолёт — это сколько-то там процентов из 100 по статистике, это правда. ДЛЯ ВСЕХ. А для меня ЛИЧНО, умру я или нет вот конкретно в этот момент — пятьдесят на пятьдесят. Звучит глупо, но так я чувствую. Я вообще очень нелогична и ненаучна, извините. Но это я немного отвлеклась. Случайности — это, оно, конечно, хорошо. Но к тому, что что-то СЛУЧАЙНО СЛУЧИЛОСЬ, привели чьи-то конкретные шаги. Мой шаг и твой шаг. Моё движение против твоего движения. Моё слово в ответ на твоё. Ты делаешь шаг, и тебе на голову падает кирпич. Я делаю неловкое движение— и выпускаю этот кирпич из рук, стоя, может быть, на своём балконе и ремонтируя его. Да: твой шаг и моё движение. Только в обратном порядке. А дальше ещё интереснее: во-первых, представь, что я делала не просто ремонт, а вообще-то хотела этим кирпичом засадить в столб, но тут ты вдруг очутился возле столба. А дальше ещё интереснее: ты можешь при этом не умереть. Хотя, можешь, конечно, и умереть, но можешь стать инвалидом, например. А дальше ещё интереснее: у тебя, оказывается, есть семья, и вообще ты только что вот начал быть счастливым, между прочим. А тут я со своим кирпичом. Тебе хреново? Хреново. Мне хреново? Хреново. Всем хреново. Что делать будем? Мириться будем? Мизинчики, там, тра-та-та, "и больше не дерись". Ужас какой, да? В топку эти мизинчики, а? Или нет?

Хорошая книжка, и правда — очень хорошо прописанные обычные герои, раздумывающие о мизинчиках после кирпича. Чрезвычайно рекомендую.

Спасибо за внимание.

«Айле сорок девять лет, и после трагических событий, связанных с первым замужеством, она наконец-то встретила мужчину, на которого можно положиться. Родди всего лишь семнадцать, он живет с отцом и бабушкой, и ему тесно и неуютно в маленьком провинциальном городке». Спасибо человеку, написавшему эти строки и поленившемуся разделить их абзацем, я искренне думала до прочтения книги, что Родди и есть тот самый «мужчина», на которого положилась Айла. И ещё удивлялась, что это за книжка про «неравный брак». Но на самом деле эти персонажи встречаются в совершенно ином ключе, никак не связанном с романтическими отношениями.

В этом многостраничном романе столкнулись и разбились друг о друга две случайности, нанеся пресловутые тяжкие повреждения и своей судьбе, и судьбе второго участника столкновения. Одна маленькая деталь, одно мгновение, один судорожно дёрнувшийся от волнения палец — и вот уже жизни двух людей никогда не смогут стать прежними. Айле уже сорок девять, и она вот только-только устроила себе гармонию и уют (вот бы ещё своим проблемным деткам такое устроить) — а вот фигушки тебе, а не спокойная зрелость. Роду только семнадцать, казалось бы, всё впереди… А что там теперь? Тьма, страх, туман. Всё относительно. Можно тысячу раз планировать что-то, продумать до мельчайших деталей, но потом одно дуновение ветерка играючи рассыплет карточный домик твоей стабильности. С другой стороны, роман не пронизан безысходностью. Абсолютной тьмы нет, всегда можно куда-то двигаться (особенно если есть кто-то, кто готов помочь тебе, хотя бы крикнуть «Я здесь», а то и вовсе вывести за руку). И иногда действия страшные и разрушительные оказывают положительное влияние на другие аспекты жизни, не затронутые катастрофой (прочитаете и увидите сами, как трагедия повлияла на детей Айлы, с которыми, казалось бы, ни один психолог не справится).

Понравилось: сама идея романа. Продуманность персонажей, тщательно подобранная личная история, мысли, детали. Острая тема подана без истеричности, без паники и без морализаторства. Понравилось «раздвоение» рассказчика на двух главных героев, потому что действительно должны говорить именно их уста, а не отстранённый и безликий автор. Не понравилось: постепенное разворачивание сюжета с применением «шок-контента». Когда ты вроде так спокойно рассказываешь-рассказываешь про свою семью, а потом как само собой разумеющееся говоришь, что твой дедушка — каннибал, а бабушка — трёхглавый дракон, не прерывая при этом историю, как будто мы это давно знаем, хотя это во многом меняет взгляд на предыдущие главы. Приём хороший, но выполнен немного… Неуклюже что ли. Сложно сказать, просто я до этого прочитала «Цену нелюбви», где тот же самый приём выполнен блестяще, и сразу же пошли «Тяжкие повреждения», где фишка реализована послабее. Не понравилась чрезмерная затянутость, очень много болтовни и повторяющихся размышлений я бы выкинула, а чрезмерная детализация вовсе не нужна — она не помогает рисовать картинку, а только засоряет всё излишними неяркими и скучными мелочами. Возможно, это было бы оправдано только при рассказе о подготовке к преступлению, хотя тогда приём граничил бы уже с комизмом: какие же всё-таки зелёные эти мальчишки, им казалось, что они продумали всё до мелочей, а запереть дверь, например, не подумали. Или вот отличное место в их плане мне понравилось: я положу ружьё обратно на следующий день, когда батя будет работать, а бабушка куда-нибудь уйдёт. Куда-нибудь. То есть, она может и не уйти, ничего не известно, ничего не запланировано, если бы да кабы.

В итоге получилась троечка, хотя по-честному это четвёрка. Наверное, просто не ко времени пришлось, хорошая и качественная история, которая понравилась уму, но не смогла зацепить сердце. Усечь треть текста — и вот тогда четвёрка станет несомненной и жирной.

Хороший книжк. Практически каждое предложение в ней несёт какую-нибудь важную мысль. Эта мысль может быть знакома всем и каждому, а может стать и откровением. Да чего мне голословничать, вот я произвольно открыл книгу и сразу же:

Иногда кто-то слишком близок к тебе, так близок, что расплывается перед глазами. И начинаешь додумывать и, возможно, теряешь осмотрительность. И в результате — то, чего не ждёшь.

Чем не законченный афоризм? Книга читается очень легко, залпом. Возможно, это в силу особенности повествования — книга словно ведёт с тобой диалог. Или нет, не диалог, а... не знаю как это сказать. Ты просто вживаешься в голову персонажа, аки какой богопротивный чип, кои злокозненные жидомасоны хотят поставить людям, чтобы управлять ими для своих дьявольских целей (извините, это больная мозоль), и ведёшь диалог уже сам с собой. Мне довольно часто попадались книги, главным смыслом которых глобально являлась проблема выбора, но обычно это тот выбор, который стоит ребром, который сложно сделать, который выбивает дух, заставляя колебаться и впадать в ослобуридановский ступор, а вот книги про сиюминутный выбор, который делаешь неосознанно (или не совсем осознанно), который невозможно не сделать, который возникает перед нами каждую секунду, не успевая даже превратиться в полноценный выбор, мне встречалось не так уж много — где-то около нуля. Теперь вот таких книг в моём читательском багаже стало гораздо больше. Ура! Но ещё ценней то, что в этом произведении расписаны последствия такого выбора и то, как эти последствия пережить, обрести равновесие, пойти дальше, не оглядываясь на. Разве же это не чудесно, товарищи? Короче говоря, книга отличная.