Замки гнева

Это было великолепное успокаивающее средство. Неизменная точность
строк, как хирургический шов, аккуратно накладывалась на чувство ужаса.
Скользить взглядом по строчкам, бегущим по листу бумаги, – вот лучший способ
не замечать потока неясных образов, навязчиво мелькающих за окном.

Ночью, когда вы предаетесь воспоминаниям,
они горят ярким светом, отмечая вехами ход вашей судьбы. Эти одинокие огни
горят так ярко, что иногда высвечивают хоть какие-то причины произошедшего в
вашей жизни.

...только что они играли, а теперь стоят неподвижно, повернувшись спиной к городу, а впереди у них – бесконечность – как, впрочем, и у всех остальных – бесконечность в сознании – даже перед Ортом, по-своему, – бесконечность – у всех – в тот момент и навсегда.
В этом-то и состоит ужас и великолепие.
Ничего бы и не было, не будь впереди бесконечности.

«чтобы хотя бы один раз, хотя бы иногда, - в этом окаянном мире, - кто-то, кто ищет, находил бы потерянное. Вот так, просто - и мог бы сказать себе: я нашел это, и слегка улыбался бы; я это потерял, а теперь нашел, - и такой пустяк был бы настоящим счастьем.»

«Маленький синтаксический храм, выросший из зерна стыдливости.»

«Вечером я ложусь спать и засыпаю. А ты учил меня, что это значит, что я в мире с самим собой.»

Должно быть, так всегда у детей, подумал Горо: они рождаются, неся в себе что-то, чем их отцов жизнь одарила лишь наполовину. Если у меня когда-нибудь будет сын, подумал Горо, аккуратно разрезая тонкий кусок мяса в черничном соусе, он родится сумасшедшим.

«Нет ни одного человека на свете, который стоя рядом как ни в чём не бывало и вдруг увидев, как Джун смеётся, не подумал бы: если я не поцелую сейчас эту женщину, я сойду с ума».

«…счастлив цветок, расцветший там, где посадил его Господь».

«…капля дождя, упавшая с неба, чтобы слезой пролиться на клавишу цвета слоновой кости и, скатившись в щель между до и ре, исчезнуть там навсегда – какая прекрасная судьба».

«В состязании участвовали ещё три локомотива, и у каждого было красивое название (тому, что вызывает опасения, всегда дают особые имена, - то, что люди из осторожности имеют два имени, тому доказательство)».