The Girl With No Shadow

Ничего постоянного не существует — Ветер Перемен не дает забыть нам об этом.
Весенняя оттепель, на мгновение уступив короткому лету, сменилась декабрьской стужей. Холодные ветра смели с улиц карнавальные шествия, загнали прохожих в дома, поплотнее запечатали двери. Пролетевшие четыре года густой тяжелой тенью легли на пути той, кого когда-то называли Вианн. Тень окрасила ее одежды в черный цвет, легкими штрихами на лице прочертила силуэты тревоги и печали. Вианн больше нет, и мало кто узнает в неприметной и настороженной женщине ту самую дерзкую шоколадницу в возмутительно-красной юбке, развевающейся на ветру.

В попытках стать кем-то другим, легко потерять себя. Мелодичный стук каблучков леденцовых туфелек возвестит о начале новой истории. На улочках Монмартра повеет опасностью и соблазном. Коварная и прекрасная незнакомка — кто же она такая? Кем была вчера и кем окажется завтра? И не она ли истинная Вианн Роше — яркая, страстная и отважная?
Она войдет в их мир, опутав воздушными кружевами лжи. Заворожит, очарует, обманет. Изящными пальцами вытащит из колоды карту смерти, украдет все, что дорого, примерит на себя чужую жизнь и ускользнет навстречу новым жертвам и новым искушениям. И только сойдясь с ней в магическом противостоянии та, что раньше была Вианн, докажет свое право оставаться собой.

В полумраке и тишине догорают свечи. Отблески праздничных огней играют в спокойной воде. Шум города затихает, укрытый предрассветным туманом, и наступает Новый год. Что принесет он с собой?
Перемены.

Больше всего я люблю книжки, которые как двери: открываешь и проваливаешься в другую реальность. И если наталкиваешься на такую книгу, становятся безразличны сюжетные неувязки, необъяснимое поведение героев, огрехи языка и стиля.

"Леденцовые туфельки" - это книгодверь. Несколько счастливых часов я бродила по туманному, ноябрьскому Монмартру, а когда замерзала, заходила в шоколадную лавку Вианн, где всегда точно знают, какой шоколад ты хочешь попробовать.
Ну разве это не волшебство?

Ps. "Туфельки" понравились мне гораздо больше "Шоколада".

Ох уж эти женщины, все они ведьмы, не так ли?
На страницах книги встречается зло с добром, прям как в самых банальных сказках, а конце книги прям вообще поразил своей предсказуемостью, аж обидно стало за потраченное время. После "шоколада" ожидала от большего.

Главная героиня предыдущей книги после переезда изменила имя, родила еще одну дочь и прекрасно себе жила в Париже, но тут на пороге лавки в которой она работала появляется новая женщина, которая обладает такими же сверхъестественными способностями как и главная героиня. О искусстве создания десертов в книге почти ничего нет, атмосферы нет, по крайней мере такой которая мне бы понравилась. Зато много магии, слишком много для тех кто не является поклонником данного жанра. Все героини не очень последовательны.

Очень не понравилось как представлена дочка главной героини, дефекты ее развития отрицаются, даже больше, они превозносятся, это нынче модно, но очень вредит детям. Понимаю, что нужно отличать литературу от жизни, тем более когда она связана с магией, но меня всегда пугает влияние подобных вещей на людей и их жизни. Но это, видимо, просто тема больная, поэтому и сконцентрировала внимание на этом.
Еще не понравилась сказочность, злая и добрая ведьма это слишком банально. Глубины и философии, как в предыдущей книге, нет. По крайней мере мне все перекрыла магия, при чем настолько, что даже подпортила впечатление о первой книге.

Теперь мне понятно, зачем и для чего (!) нужен "Шоколад". Конечно, чтобы читать "Леденцовые туфельки".
Насколько "Шоколад" не оставил у меня в душе по себе почти ничего, равнодушно нулевое настроение, настолько захватила меня книга-продолжение. Я так рада, что её прочла!

Роман "Леденцовые туфельки" полон волшебства, и такого объёмного, такого чудесного, интересного, привлекательного. Манит,завоёвывает, проникает тебе прямо в сердце! И от книги оторваться нет просто никаких человеческих сил! Магия!!
О, такая нетривиальная, захватывающая, совершенно детское чувство восторга! Как замирает сердце, когда качаешься на качелях и летишь на встречу небу и солнцу! Как в детстве ВСЁ имеет особое значение. Секретики, истории-страшилки, привидения (бывает и такое!), дружба, игра.
И, понимаете, в чём прелесть "Леденцовых туфелек", - именно в том, что эти чувства, искренние, страстные, которые, казалось, остались уже далеко позади тебя на жизненном твоём пути, - всё это живёт и во взрослом человеке! Для меня это центральная тема, выражаясь вот в терминах чего-то там. Жизнь доступна тебе и когда тебе десять, и когда тебе сорок пять, и восемьдесять! Жизнь, а не торение с унылым лицом жизненной тропы, своей вроде бы. Но такой чужой, такой постылой!
И вот, Нико и Алиса, мадам Люзерон, мадам Пино, даже Лоран Пансон, и, особенно, Мишель открывают перед собой, на своих тропках, чудесные волшебные двери, и видят солнце, и находят мир в своей душе, счастье, они снова обретают радость жизни. И это благодаря маленькой, бытовой магии, скромным моментам волшебства, искоркам снега, блестящего на солнце, благодаря своим любимым шоколадным конфетам и...

"Леденцовые туфельки" словно сундучок с чудесами. Ну правда!! У меня есть одно единственное суеверие, абсолютно безобидное, но я его всегда строго соблюдаю. Если не читаю книгу, я всегда закрываю томик до следующего чтения. А "Лоллипоповые туфли" я держала вечно открытой.
Лежит на подушке моя книга и ждёт, ждёт, когда я закончу приготовление обеда или ещё что срочное, и скорей, бегом обратно к сундучку чудес.
И, когда я поворачивала голову к книге, пока она лежала там на подушке и ждала меня, мне порой казалось, что с раскрытых страниц исходит свет, такие расходящиеся лучики, похожие на северное сияние.

А ещё я точно знаю, как выглядит Пантуфль, зверёк, друг Анук! Я его столько раз видела! Чётко чётко!!

Джоан Харрис, я вам очень признательна за "Леденцовые туфельки"! Это было великолепно!!!! В этой книге столько всего.... Стоит только начать чтение
и....

И благодаря простым вещам, любви, дружбе, преданности оказалось возможно победить самую могущественную злую ведьму, саму Смерть.
И это есть самое главное чудо нашей необыкновенной, потрясающей, удивительной жизни.

На последней страничке романа Джоан Харрис выражает благодарности всем, кто её поддерживал и оказывал помощь в создании книги, и в том числе, - иллюстратору, создавшему обложку "Леденцовых туфелек".

Это Анук.
Или, почему-то.... мне кажется, что это я сама....

"Все на свете взаимосвязано: зло, сотворенное в одном полушарии, в другом будет уравновешено добрым деянием. Без тьмы нет света, без ошибок нет истины, ни одна нанесенная обида не остается без отмщения."
Красивейшая темная сказка, таинственная история о многом, о важном, о значительном, о том, что трогает и волнует. Я снова встретилась со знакомыми героями, точнее даже больше героинями. Оказалось, я скучала по ним, я это поняла, как только открыла "Леденцовые туфельки". Вианн Роше, Анук - как надолго я вас оставила без внимания... Вот уже и появилась Розетт, и ей уже 4 годика. Необычная девочка, нет она не больна, она просто другая, у нее удивительные родители, разве могла она быть обычной. И Анук выросла, стала умудренной, но все равно ребенок, ведь так легко приманить, заманить, обмануть, перехитрить. Ее влечет сказка. А Вианн страшится этих сказок, она поменяет имя, но правильно ли это, уведет ли ее это от судьбы и предназначения. Пантуфль... привет, привет, ну как же без тебя, ты же друг, маленький, пушистый, светящийся, почти невидимый друг, ты ведь поможешь Анук, ты любишь ее. Ру... он тоже будет здесь. Со своими муками, со своей мечтой, со своей любовью.... и ты мне симпатичен. Это семья! Это сразу чувствуется... у них столько невидимых, соединяющих ниточек, надрываешь одну, но остаются другие, и они держат.

А вот и новые персонажи! Обалденно интересные, но не положительные... Зози... ну что про нее скажешь. Необычная она и обычная, добрая и злая, неискренняя, но какая актриса, мягко стелет, да жестко спать. А Вианн хорошо знает, что когда- нибудь та запросит оплату, только вот какую, вот в чем сложность. Бесплатный сыр, конечно, только в мышеловке, и Вианн об этом точно знает.
"... на земле нет ничего страшнее обманутой ведьмы." Вот и точная характеристика Зози. Но все вернется бумерангом, и ее желание обмануть тоже. Поначалу она кажется чуть ли не сестрой Вианн, милая волшебница, у которой все спорится в руках, которая все устраивает, всем мило улыбается. Это друг? Или враг в обличье друга? У нее столько обид, целый клубок, у нее столько зависти, у нее такая жажда мести, что на десять ведьм хватит. Обиды убивают истинное волшебство, истинные добрые чувства, коверкают судьбу, приносят боль. Наверно, самое большое зло от обид то, что человек долго не может их забыть, отпустить, простить, стать выше. Злоба и желание мстить способны сделать самого прекрасного человека уродливым. Даже если не ты виноват в их обидах, но все равно им таким, обиженным хочется забрать у тебя самое дорогое - свободу, детей, счастье. А доброту душевную они объявят слабостью, непростительной слабостью.
Тьерри - жених, эх, в нем воплотилось все приземленное, материальное, он не способен искренне любить, видеть в людях людей, видеть жизнь, а не свои представления о ней. Он так многое упускает, так искренне заблуждается.
Веет ветер перемен, все изменится, герои найдут себя, вспомнят свои имена, в этом романе Вианн откроется со многих сторон, откроются ее отношения с детьми, здесь будут "Благочестивые", черные люди, представители опеки, все те, чьи благие намерения превращают жизнь в ад. Вианн борется за себя, за свою семью, пусть не всегда достойными методами, но это ее битва. И уж она, ее битва, точно честнее, чем битва Зози. Зози- зеркало всего того, что в нас есть, но в тоже время это просто стекло, стекляшка.

Шоколад, трюфели, леденцы, Париж, Монмартр, Рождество, магия праздника, вертепы, Сочельник, красные туфли, любовь и месть, притворство и желание свободы, дружба и коварство, дочки и матери, проблемы подростков со сверстниками, семья, надежда - все пронесется в вихре снежном, закрученном ветром перемен.
"Декабрь - это всегда время тьмы, чистых и нечистых духов, огней, которые зажигают при умирающем свете дня, точно бросая вызов наступающей темноте. Святочные божества суровы и холодны; Персефона заточена в своем подземелье, а весна кажется далеким -далеким сном."
Но ведь весна будет! Я буду скучать по героям книги! Вианн, Анук, Розетт, Ру - счастья вам, простого человеческого с щепоткой волшебства! Пока-пока, любимая сказка, сказка с долькой лайма, с листочком мяты, с горсточкой перца, с медом и орехами, шоколадом и леденцами, трюфелями и надеждой!

Дальше...

Эта книга вторая в серии книг про Вианн Роше. И вторая прочитанная мной у автора. Первая -" Шоколад" была удостоена мной десяти баллов. А вот Леденцовым туфелькам я смогла поставить только семёрку. И очень теперь переживаю из-за этого. Обычно я не пишу рецензии на произведения оценненные мной ниже 8 баллов. Но тут как говорится накипело и хочется разобраться с самой собой в отношении к этой книге.
Так! Что у нас по сюжету? И вновь Вианн сменила место жительства. Из захолустного городка она переезжает в Париж, на Монмартр. Она  опять бежит от своих страхов, от черного человека. Но в этот раз она уж точно решила бросить самый тяжёлый якорь и обрести покой и благополучие для своих деток. А теперь их у неё двое.  Ночь на судне у Ру не прошла даром и теперь к красавице  и умнице Анук добавилась чудесная рыжеволосая Розетт. И чтобы их благополучие было стопроцентным она даёт согласие на брак с мистером " толстым кошельком". Это для меня был самый тяжёлый удар в сюжете. Ещё, буквально с первых страниц мы знакомимся с Зози. И даже проникаемся к ней доверием и пониманием. А зря! И по итогу это ещё одно разочарование. Третий минус обнаруженный мной, это как ни странно описания сладостей. Они теперь уже не кажутся мне столь соблазнительными как прежде. Немного набивают оскомину и вызывают чувство, которое возникает при прослушивании музыки с похожим мотивом на твой любимый у этого же автора. Всё тот же "..хор шоколадных мышек " сопровождает нас, всё те же трюфели. Эта книга показалась мне лишь тенью первой части. Не хватает тут и переживаний Ру. Очень он уж вышел каким то контуром самого себя. И хотелось бы чтобы часть истории была рассказана и от его лица.
Но безусловно есть у книги и плюсы. Понравилось мне повествование от лица Анук . Все эти перепитии в школе. Подростковые проблемы, поиск себя, конфликт с матерью.  Опять же история с похищением Вианн у её родной матери и дальнейшее их воссоединение не оставляет равнодушным .
Безусловно буду читать и другие книги у Джоанн Харрис. Но немного изменю ранее запланированный маршрут. И сначала попробую "ежевичное вино" и "пять четвертинок апельсина". А уж потом может быть дам ещё один шанс продолжению книг про Вианн.

Продолжаю знакомиться с шоколадной историей от Джоанн Харрис.  Если честно то эта книга мне не совсем уж понятна и долгое время вводила меня в состояние " рука-лицо".

Чем  глубже проникаешь в глубины текста тем непонятно становится.  Автор наверное хотела показать, что быть не таким это просто ужас- ужас  и тем больше старалась сравнять Вианн с землёй.

Не знаю откуда у меня такое впечатление взялось, но Вианн в этой части какая-то не своя, чужая и мало привлекает для того чтобы хоть как-то сюжет развивался чуток поактивней.

Всё в основном держится на Зоси и Аннук.  Да забыла сказать  что наше семейство Роше по приезду в Париж сменили все свои данные, и зовут их теперь иначе.

Не совсем мне понятен этот ход со сменой данных, ведь Париж это не какой там задрипанный Мухосранск в котром тебя каждая собака знает, а очень большой город.

Не знаю, честное слово, мне вторая часть совсем не пришлась по душе ещё по одной причине - три главных героя, но никак это не разделено в главах. Только по мере чтения понимаешь, что сейчас говорит Зоси, Анук или в лучшем случае Вианн.

Диалогов крайнее мало , сюжет вялотекущий , иногда создаётся впечатление что ты просто читаешь
поток мыслей того или иного героя.  Мне было очень тяжело  вникать в такой стиль изложения.

Да зато магии было много, я бы сказала что даже с избытком. Но это не недостаток, а скорее приятное исключение из столь тягучего , как патока, текста.

Иногда своими поступками и словами меня герои вводили в состояние полного штопора потому что " так же не правильно, не логично  ".  Вот ещё из-за этого было крайнее тяжело продираться сквозь такой залихватский текст.

Хотя события в книге развиваются глубокой осенью после Хэллоуина, но и холодным августовским днём вполне себе заходит.

Надеюсь, что в третьей книге такого наплыва текста не будет и чтение вновь станет более чем приятным и этой ведьмы Зоси не встречу на своём пути.

Тяжёлое чтение вышло, но местами всё же было интересно, но довольно муторно.

Не прощаюсь❤

Ох, слишком много ведьм! Если в первой книге была всего одна и много шоколада, то во второй книге шоколада значительно поубавилось, зато ведьм стало аж три штуки... Сюжет из сказки про Золушку постепенно превращается в сказку о Гарри Поттере в юбке: таланты ведьм сильно прогрессируют и становятся почти ощутимыми.

И во второй части Джоан Харрис рассказывает нам сказку, в которой есть добро и зло, в которой зло очень коварно и хитро, но добро же должно обязательно победить! Во второй части Шололадной трилогии более отчетливо проступает любимое фирменное сбивающее с толку повествование Харрис: каждую главу пишет одна женщина из трех, и читателю дается пара абзацев, где совершенно непонятно, кто же пишет эту главу, и где должна проявиться смекалка и сноровка читателя (кто быстрее догадается?).

Книга очень легкая и занимательная, но все же ее сложно назвать самостоятельным произведением, как первую часть, поэтому советую начинать чтение с первой части.

Прекрасная книга!

А никому сейчас не хочется рождественской сказки? Так чтобы волшебно и уютно и про зиму? Так вот "Туфельки" - самая что ни на есть сказочная сказка, идеальная под Рождество. Она, как елочный аромат, как звон колокольчика, как хрустальный иней, волшебная и магическая, зимняя и снежная, волнующая и нагнетающая напряжение, такая - чтобы сидеть на кончике стула, поджав от сквозняка подальше ноги, и без конца ерзать от нетерпения, "а что же будет дальше", при этом попивая горячий кофе у себя в квартире.

Как, как Харрис удалось перенести героев "Шоколада" в ноябрьско-декабрьский Париж и не потерять при этом ни капли очарования сельской глубинки? Может быть, потому что местом действия она выбрала таинственный Монмартр с его извилистыми тихими улочками, с его маленькими уютными булочными-boulangerie и кондитерскими-confiserie, где уличные художники, гадалки на картах Таро, толстяки Нико без особого места работы и маленькие девочки Анук, непохожие ни на кого, с жесткими курчавыми волосами, чувствуют себя в своей стихии? Как, как Харрис смогла уловить тот самый гиковый шарм Парижа Амели Пулен, когда все живут вразнобой, но каждый на своем месте, а верхом магнетизма объявляется облачко молока в чашке шоколада? Может быть, потому что автор наконец-то избавилась от надоедливых, чересчур приторных карамельных прилагательных? Однако шоколад с молоком, ромом и перцем чили - в наличии, хрустящие марципаны с кокосовой стружкой - на месте, горькие трюфели с обсыпкой - почти в каждом абзаце, кажется, что в воздухе так и кружатся пачули, имбирь и карамельная крошка, но, о чудо, вязнущая сладость не набивает оскомину, как то было в "Шоколаде", исчезло желание поскорее очутиться в русском хлеву, смердящим навозом, отбить надоевшую приторность. В "Туфельках" все в меру, все работает во благо. Осторожно, читай аккуратно, не разлей ни грамма этой уютной сказочной атмосферы.
Grand merci à vous, mademoiselle Harris, je suis un fan maintenant.

А книга-то навевает и жути, кстати. Иногда самый страшный твой враг - не тот, кто в открытую говорит тебе "Я тебя уничтожу", а тот, кто мелкими вкрадчивыми шажками прокрадывается исподтишка в твою жизнь, прикидывается ангелом, мимикрирует под друга, а втайне за спиной строит мелкие козни, потихоньку разрушающие то тут, то там твои собственные чары, и вот уже ты стоишь на обочине и наблюдаешь за чужим счастьем со стороны, не в силах сопротивляться оплетшим тебя тискам, кто же этот твой новый друг, как же так все вышло, и кто ты, собственно, теперь, если твой новый друг - это ты? Харрис и сама следует этим принципам, чудесная притчевая подача отбивает настороженность, хотя насторожиться бы следовало, уютными словами она маскирует горький смысл. Знаешь ли ты, кто ты? Остаешься ли ты собой, когда все вокруг иные? И стоит ли усилий оставаться собой, если твое я приносит страдания, а с каждым дуновением ветра ты мечтаешь оказаться в другом месте, в другом времени?

Там дальше кусочек зимы...

Ложь разрушает. А ложь самому себе разрушает вдвойне. Не ври. Не бойся. И улыбайся, улыбайся, смейся чаще! От улыбки станет всем светлей. Даже тебе. Говорит тебе мадемуазель Харрис. Она точно знает.

Автор фото по ссылке

Внимание! Спойлеры! Внимание! Спойлеры! Внимание! Спойлеры!

Всегда побаиваюсь продолжений, пусть даже (особенно даже?) написанных тем же автором. Таки не напрасно. Неопрятный анекдот, заканчивающийся словами "Концепция изменилась, старуха!" приводить не стану, но сдаётся, что "Леденцовые туфельки" - тот самый случай изменения концепции.
Вся линия Зози - не постыжусь личного мнения, крупномасштабный провал. Пентоталовые свойства рисуночка на пенке капуччино, засвеченные аурой фотографии, стригущий лишай, передаваемый магическим путём... Я к таким завлекалочкам врождённо иммунна. А уж финальная дуэль Вианн с Зози - здравствуйте, Гэндальф и Саруман из питерджексоновской опупеи! Даже не смешно.
Но если "волшебненькое" пролистывать не читая, картина складывается ещё менее утешительная. На протяжении всего романа Вианн самозабвенно страдает от ухаживаний некоего Тьерри, обывателя, мещанина и ханжи, который никак не поймет её дикую душу. Посмотрим на ситуацию глазами самого Тьерри. Дама с ним мило общается, обедает, принимает его подарки, он даже мебель ей в дом покупает. Ан стоит перейти к решительным (и вполне естественным) действиям, как - бесподобное остолбенение и "знаешь, я пока ещё не готова..." В мою бытность это называлось крутить папику динамо. Правду говорят меткие французы: Нет хуже содержанки, чем содержанка-недотрога.
Конечно, как только возвращается старая любовь, Тьерри получает отставку: не раньше, правда, чем дальновидная Вианн убедится, что избранник имеет жилплощадь. Везунчик этот Ру: одним махом отхватил и жену, и падчерицу, и больную дочь, и даже тёщу. Для природного бродяги, который полжизни прожил ни к чему не привязанный, - просто праздник какой-то.
Да и само возвращение блудного хахаля - словно для галочки. В эпилоге "Шоколада" мы оставляли Ру хозяином кафе и - в любящих объятиях Жозефины. В "Леденцовых туфельках" нет и словечка ни о том, ни о другом. Отпали за ненадобностью.
Образ Анук тоже потерпел знатную эволюцию. Я волновалась за эту девочку, хрупкую, чувствительную, не от мира сего. Зря волновалась. Выросла практичная, земная до примитивности бой-девка, очень неплохо знающая, чего хочет, и готовая добиваться, не разбирая средств. Ща как колданёт - полетят клочки по закоулочкам!
А что касается Розетт... Специально подняла справочники, чтобы узнать диагноз, и вот что наискала:
Синдром кошачьего крика - частичная моносомия по короткому плечу хромосомы 5 (5р-). У детей с данной хромосомной аномалией отмечается необычный плач, напоминающий требовательное кошачье мяуканье или крик. Практически у всех больных имеются те или иные изменения мозгового черепа и лица... врождённые пороки сердца и некоторых других внутренних органов, изменения костно-мышечной системы, микроцефалия, психомоторное недоразвитие, косоглазие. Большинство больных умирают в первые годы, около 10% больных достигают 10-летнего возраста.
И вот такую мученицу "доктор смотрел только один раз"!
Можно долго прятать голову в песок и утверждать, что "нашему идеальному ребёнку ничего такого не нужно", отвары трав помогут, но, Боже сохрани, как родители мечутся, когда метаться уже поздняк. См. третью часть, которая, надо понимать, не за горами.
Что же мне, разборчивой-придирчивой, понравилось? Слушайте:

Я помню красного плюшевого слоника, - сказала я, - И одеяльце с цветочками. По-моему, оно было розовое. И медвежонка с глазами-пуговицами. И маленькую серебряную кошечку-амулет, перевязанную красным бантиком...
Мадам смотрела на меня во все глаза, и глаза эти под нарисованными бровками - горели, горели!..