Занавес. Ранние дела Пуаро

Праздная атмосфера царила тем утром в квартире, которую снимали два закадычных друга. Артур зачитывал вслух газетные заголовки и веселился, Эркюль же, пребывая в довольно ворчливом настроении, отмахивался от этих “скучных делишек” и строил планы на день: вывести жирное пятно, убрать зимнее пальто, подровнять свои усы... Уютную идиллию разрушила бойкая дамочка, потребовавшая встречи с известным детективом. Этот самый детектив совсем не впечатлил миссис Тодд, она в свою очередь совсем не впечатлила его, капитан же, наблюдая за столкновением двух высокомерных позёров, не мог сдержать улыбки, и да, это и правда было забавно, как, впрочем, и проблема, с которой вышеупомянутая особа ворвалась в эту тихую обитель. «Во всём виновато это зловредное пособие! Надо прекратить его выплачивать, вот что я вам скажу», – сокрушалась мадам, потому что ну правда, слуги стали вести себя не как рабы, а как... люди! Возмутительно. Десять лет у неё проработала кухарка, а потом взяла и ушла без объяснений, ну какая наглость! Пуаро это “дельце” не впечатлило. Он даже на секунду разозлился: чтобы он, великолепнейший, занимался поиском кухарки?!! Впрочем, ему всё-таки пришлось взяться за эту “мелкую рыбёшку”, ибо случилось страшное: было затронуто пуаровское эго, вещь, как известно, чрезвычайно хрупкая. «Да, да, Гастингс, похоже, нам придётся заняться непривычным дельцем...».

Сначала дело казалось лёгким и весёлым, чего только стоил разговор со служанкой, которая по секрету заявила, что Элизу Данн наверняка соблазнили турки (это было... неожиданно), а тут ещё и обнаруженная связь с банком, который был накануне ограблен (тут опять же теория про побег, без турок, правда, но зато с озолотившимся мошенником). Неизвестно чем закончилось бы это расследование, если бы оно не было... отменено. Поговорив с супругом, клиентка решила отказаться от услуг великого, и да, тот рассвирепел. Очень сильно рассвирепел. Разгневанный мсье – это нечто совершенно исключительное, конечно: «Ну уж нет! Зря они думают, что им удастся так легко избавиться от Эркюля Пуаро!». Все прочие дела были решительно отодвинуты в сторону, теперь он занимался только делом о пропаже кухарки, и что это было за дело! Казалось бы, что такого может крыться в том, что пропавшая обожала персиковый компот? И что особенного в старом дорожном сундуке? Мелочи, да вот только в них и крылся ответ, причём ничего смешного в нём не было, хотя тот факт, что наивная женщина поверила, что якобы близкая подруга бабушки по материнской линии завещала ей, незнакомке, целый дом... ха, classic, как и труп в чемодане, но как завернули-то (не труп, а дело). Вот вам и “делишко”, на которое не стоит тратить своё драгоценное время. А хороший урок получил Пуаро, ничего не скажешь. Он и сам это понял: та самая гинея, заключённая в рамочку, всегда будет ему об этом напоминать.

«В виде одолжения... великого одолжения... я согласился расследовать их ничтожное, пустячное дельце... а они беспардонно смеют отказываться от моих услуг!», – да как они смеют!.. дальше – больше: «Но я говорю: нет и нет! Тридцать шесть раз нет! Я готов потратить мои собственные гинеи, а если понадобится, истрачу хоть тридцать шесть сотен гиней, но раскрою-таки тайну нашей кухарки!», – полыхнуло знатно. Идеальная история, всё в ней было: и напомаженные усы, и серые клеточки, и театральная напыщенность, а сколько тонких издёвок! Понравилось, как были высмеяны сыщик и клиентка, они были из разных классов, но при этом так отзывались друг о друге... два сноба встретились, как говорится, и это было так показательно, то самое классическое, когда богатые считают всех бедных глупыми, а бедные богатых – ограниченными, и зря Гастингс над ними смеялся, потому что ему бы самому в зеркало глянуть, много чего интересного бы обнаружил (вот это особенно поучительно, кстати: смеёшься над другим, а сам-то...). Что касается расследования, то на данный момент оно определённо входит в тройку лучших, это было запутанно, забавно и – внезапно – захватывающе. Одно сплошное удовольствие расслабиться в компании такого симпатичного рассказа, и чтобы за окном шумел ливень, на коленях мурчала кошка, руки грела чашка чая... c'était excellent!

«Живо пакуем чемоданы, мой друг», – объявил великолепнейший, потому что может время и было позднее, но дела не ждут, тем более такие дела. Прибыв во втором часу ночи в загородное имение некоего лорда, довольно влиятельной фигуры, которая в будущем имела все шансы стать премьер-министром, сыщик и капитан узнали, что дело и правда чрезвычайной важности: были украдены секретные документы. После тихой домашней вечеринки лорд и адмирал отправились в кабинет – немного поработать, но прежде угостились сигарками и вышли на балкон, пока же они отсутствовали, секретарь политика достал из сейфа бумаги и разложил их на столе, после чего вышел из комнаты буквально на три минуты, но и этого хватило, чтобы кто-то совершил кражу. Но кто это сделал и, самое главное, где чертежи? Про деликатность дела и вовсе говорить нечего... Потому и был вызван мсье, ибо кто, если не он? «Задействуйте ваши маленькие серые клеточки, мой друг. Разгадка прямо перед вами».

«Наверное, у этих чертежей выросли крылья, и они улетели, подхваченные порывом ветра... comme ça!», – ирония, демонстрирующая, что Пуаро сразу всё понял... Кто же стоял за этой возмутительной кражей? Неужели это и правда сделала шпионка? А может, в этом был замешан секретарь? Не стоит забывать и о загадочной тёмной тени на улице и о привидении в белом балахоне в коридоре... Гастингс кидался от одного варианта к другому: это сын адмирала (щеголь!), секретарь (подозрительный!), дама (соглядатайка!), его друг же, выслушав эти предположения, рассмеялся, ибо Артур, как, например, та же женщина могла за три минуты попасть в эту комнату, через каминную трубу, что ли?.. Проведя допрос и внимательно осмотревшись, Эркюль вмиг всё распутал, и бумаги тут же были возвращены, а скандал – погашен. Более того, чемоданы оказались не нужны, парочка сразу же отправилась домой, ибо в гостях хорошо, конечно, а дома лучше (в данном случае так точно). «В этом мире, кажется, всё возможно...».

«Капитан Гастингс моя правая рука. Вы можете совершенно спокойно говорить при нём всё, что вам угодно», – так и хотелось добавить: всё равно он ничего не поймёт... Рассказ мне не понравился, и дело даже не в отсутствии интриги как таковой, я просто не люблю подобное, хотя тот факт, что дело нужно было расследовать не с помощью логики, а с помощью психологии, понравился. Ну и капитан, конечно. Та самая вишенка. Эти его речи о том, что его друг просто “угадал”, повеселили, потому что сам-то он только и делал что смотрел на внешность других и судил их по ней, а думать? Зачем думать! Вон женщина, склонная к полноте, вон франт, одевающийся слишком броско... это очень важно, видимо (сарказм). Впрочем, поведение уважаемого тоже заставило закатить глаза, ох уж эта его мания величия... А, впрочем, лучше уж так, он по крайней мере действительно работает, а не судит других по цвету волос/пиджака/платья. «Сегодня, Гастингс, вы слышали разговор двух великих людей».

Небольшой рассказ о провале Пуаро. Читать его приятно потому что он совсем не перегружен персонажами и событиями. Все четко, никаких ответвлений, произведение больше похоже на краткое содержание какой-то детективной истории. Пока что не могу определиться, какие ее детективы мне нравятся больше, короткие или длинные, но этот явно можно было превратить в большое произведение.

В очередной раз убедилась, что у меня куда-то исчезла логика, ведь в самом начале много-много раз говорится о розовой коробке шоколада с голубой крышкой…

А ведь на первый – только на первый – взгляд ничего не предвещало. Четверо друзей, знатно повеселившись, наведались домой к одной из дев, а ключа-то и нет. Пэт долго не думала и тут же набросилась на друзей: вы-де сами виноваты, я же вам на протяжении всего вечера давала подержать свою сумочку, вот вы ключ и потеряли... Уставившись на закрытую дверь, они принялись размышлять, как же им туда попасть. Привратника нет, пожарной лестницы – тоже, в форточку не залезешь, всё-таки четвёртый этаж, да и запасного ключа ни у кого нет, он, столь желанный, висит на кухне. Решение нашлось быстро: грузовой лифт для подъёма угля. Парни без особых затруднений добрались до квартиры и проникли в неё через открытую дверцу, свет вот только в кухне не включался, так что пришлось идти в гостиную, а там... Мало того, что они ошиблись – ошиблись ли... – квартирой, так ещё и труп обнаружили. Только ребята собрались звонить в полицию, как из темноты лестничной площадки донёсся загадочный голос, предложивший им свою помощь, и на свет явился он: «Молодые люди внимательно разглядывали маленького мужчину с жуткими усиками и яйцевидной головой. На нём был великолепный халат и украшенные вышивкой мягкие комнатные туфли. Он галантно поклонился», – в этом описании прекрасно всё. Да, к несчастью для убийцы, в доме проживал сам Эркюль Пуаро – и он был намерен пошевелить своими серыми клеточками.

«Я недоволен. Я собираюсь сейчас провести небольшое частное расследование», – типичнейшее поведение великолепнейшего. Как отметил явившийся на место инспектор, всё было довольно просто, улик было предостаточно: орудие убийства лежало под телом, рядом нашёлся шёлковый платок с вышитыми инициалами, ну и найденное письмо, конечно, стоило всё сложить, как якобы становилось ясно, что несчастную убил некий Джон Фрезер, его-то и необходимо найти. Тем временем хмурый мужчина в халате смотрел на всё это действо и пыхтел, потому что нет, всё не так очевидно. «— Вас что-то не устраивает, мсье Пуаро? — Да, не устраивает». Для того, чтобы во всём разобраться, ему пришлось порыться в мусорном ведре и осмотреть взглядом комнату, voilà, дело раскрыто. «Описание всегда должно быть предельно точным. Считайте, что это... как у вас говорится... мой маленький пунктик», – вот он, главный секрет столь быстрого нахождения ответа. Почему в кухне были проблемы со светом и были ли они вообще? Зачем тело женщины спрятали под шторой? И почта, разумеется, которую принесла служанка. Осталось только разыграть небольшой спектакль, в нужный момент вытащить некую бутылочку, использовать свои особые навыки – и всё, убийца выведен на чистую воду. Да, это было эффектно. Вполне понимаешь молодых людей, которые, затаив дыхание, с восторгом наблюдали за действиями прославленного сыщика, который щеголял в халате и тапочках...

«Нам достаточно будет просто посмотреть», – то, как, внимательно осмотрев комнату, он и правда всё понял! Это было впечатляюще. Впрочем, сильнее меня впечатлило то, что всё то время, пока девушки и юноши решали, как же им попасть в запертую квартиру, Эркюль стоял на лестничной площадке и слушал, да-да, он остерегался ринуться к ним со своей помощью в виде отмычек, это выглядело бы довольно странно и даже подозрительно, но сам факт того, что он стоял и подслушивал! Прям как те бабули из детства, что несли свой дозор у дверных глазков (и сейчас небось ведут?.. не знаю). И – эти его халат и тапочки... ох. За несколько часов он успел и вкусным омлетом насладиться, и душевно поболтать с приятными молодыми людьми, и, конечно, раскрыть само дело, которое, если вдуматься, было жутким. «— Похоже на то, что её убили. — Ох! — Я понимаю. Это звучит дико», – сказал тот, кто и убил. Застрелить жену, дабы она не рассказала симпатичной юной девушке о самом факте их замужества, а потом сразу пойти веселиться с новой пассией... Как отметил другой юноша, убийца весь вечер находился в прекрасном расположении духа, ну прям-таки весельчак, то есть ему вообще было всё равно, что несколько часов назад он совершил убийство (на него, к слову, сразу подумалось, намёков и тех самых маленьких пунктиков хватало, серые клеточки быстренько зацепились за всё это). То был, надо понимать, совершенно обычный пятничный вечер для страстного любителя омлетов... И вовсе его усики не жуткие!

«Никто никогда не сможет сказать, что Эркюль Пуаро бросил в беде незнакомого человека!», – это было скромно... А началось всё с того, что капитан, придя к своему другу, увидел, что тот слишком уж переутомлён и раздражён, ибо в последнее время ему довольно часто приходилось расследовать дела о пропаже... драгоценностей и котят. Нет, ну а что. Не каждый же день распутывать дела государственной важности... Было принято решение: едем в отпуск, к тому же другу мсье потребовалась некая помощь, можно будет по пути заехать, так что складывалось всё чрезвычайно удачно... ровно до того момента, пока Гастингс не узрел чудесные золотистые волосы. Тяжёлый вздох, да. Неисправимое. Пока Пуаро ругался с билетёром (ему не дали скидку, это просто возмутительно!), как следует закутывался (тёплый костюм, шерстяной жилет, пальто, два шарфа и плащ, – вот это я понимаю подготовка) и оценивал чужие усы (кому-то просто не дано их носить, c'est la vie), капитан строил глазки девице, потому что а почему бы и нет? И вот у этой дамы внезапно пропадает весьма ценная вещь. Влюблённый в её шевелюру джентльмен (почему он сам не отрастит локоны, чтобы ими любоваться?.. это облегчило бы дело) тут же её успокоил, он... нет, не попытался ей помочь, он подтолкнул к этому своего друга, ибо вот в ком серые клеточки-то резвятся! Да, сложилось всё и правда крайне удачно. «Вы можете поручить мне разгадать ваше маленькое дело. Я сделаю всё возможное!».

«Один из этих простаков оказался совсем не прост, он оказался Эркюлем Пуаро!», – и это очередное пафосное было совершенно не к месту, потому что как бы уважаемый ни бахвалился, он тоже клюнул, только повёлся он не на красивые волосы, а на напускную глупость. Ну и бестолковая же эта девица, одно что рыжая! И давай её наставлять... Ох уж эти самоуверенные господа, а. Презабавно. Само дело было до смешного простым, типичная афера, и переодевание преступника не сказать что выглядело эффектно, но – эти усы! Усов в этом рассказе много. Он, можно сказать, выстроен на усах. «Пуаро замолчал и отказался от дальнейших обсуждений этого дела, сказав, что когда я давлю на него, то он думает в основном об усах, и что я поступил бы благоразумно, самостоятельно поразмыслив об этом деле», – голосом ещё одного знаменитого усача: размышлять самостоятельно Гастингс, конечно же, не стал (зачем, если можно потратить это время с пользой – полюбоваться чьими-то волосами, например), а мог бы, потому что усы – и всё тут. И правда, куда же могли подеваться ценные миниатюры, которые очаровательная девушка везла на смотр потенциальному клиенту? Находящийся на грани банкротства антикварный магазин, мудрая тётушка, болтливая племянница... Да, при помощи усов сыщика не обмануть, тут надо отдать ему должное. Капитану бы у него поучиться, честное слово. «Гастингс, вы наивны и простодушны, как дитя».

«— То есть вы даже его и не подозревали? — Mon ami! С его-то усиками?», – ради всего святого, это было слишком... хотя о чём я, тут был даже такой восхитительный диалог: «— Пуаро! Усики. Вы слышали? — У меня пока хороший слух, благодарю вас, Гастингс!», – и усики эти мне будут сниться. Хотелось бы мне знать, что произошло в жизни писательницы, раз она так прошлась... по усам. Вообще, рассказ довольно бледноват, это чувствовалось, сама история не сказать что интересная, но как были высмеяны оба главных героя! Я такое люблю. Ну и да, очередной отпуск, который закончился делом, это уже классика, как и пуаровская заносчивость и гастингсовская глупость. Это было очаровательно: Артур, значит, как всегда повёлся на блеск златых волос, в процессе расследования запутался и решительно ничего не понял, но при этом когда дело было раскрыто, умудрился обидеться на друга за то, что тот, видите ли, кое о чём умолчал и – подумать только – якобы солгал! Уморительно. Не в первый раз ловлю себя на мысли, что типажи, которые обычно выводят меня из себя, в исполнении Агаты Кристи вообще не злят, это так... странно? Возможно, дело в том, что, как я уже сказала, она нещадно их высмеивает. Вот если бы всё это подавалось серьёзно, без забавных моментов и тонких уколов... о, тогда я бы точно не справилась. А так... Ну любимые же! Дурненькие, но свои. «Я даже не думал обманывать вас, Гастингс. Я лишь позволил вам обмануться».

«Дело это очень деликатное и семейное», – что и говорить, Эркюль Пуаро был заинтригован письмом, в котором некая почтенная дама просила его помощи в таком непростом деле, потому, конечно же, он согласился её проконсультировать, вот только... она умерла. Бывает, как говорится, возраст, и так далее и тому подобное. Вот только – эти странности: просьба о помощи, поведение родственников, да ещё этот садик покойной, что-то в нём явно было не так, но что?.. Месье не был бы гениальным сыщиком (он так, к слову, сам выразился; ну это же Пуаро, чего уж тут), если бы его серые клеточки не работали на постоянной основе, а они работали, хранили нужную информацию и дожидались своего звёздного часа. «Что-то было не так. Я чувствую это... нет, не чувствую. Определённо я что-то видел, что-то было не так. За дело, маленькие серые клеточки. Вспоминайте... размышляйте. Всё ли было логично, всё ли было в порядке?». Да, с садом и правда было всё не так. Держитесь, мыши! Кот вышел на охоту.

«Мышка сидит в норке! Как же теперь поступит кошка?», – подкрутит усы, наденет шляпу и займётся ловлей, разумеется. К сожалению, Артур Гастингс отсутствовал (что очень печалило его друга, это пуаровское, мол, да, мой товарищ постоянно ошибался, но знаете, он делал это так очаровательно!..), зато Фелисити Лемон была на месте и подсобила своему начальнику (о, эта любительница бумажной работы, презирающая всё человеческое). На первый взгляд всё было довольно очевидно: сиделка, над которой якобы измывалась жертва, обнаруженный стрихнин, поведение предполагаемой убийцы... Местного инспектора найденные “улики” вполне устраивали, вот только настоящим преступникам не повезло – на их след вышел великий детектив (опять же, его слова, не мои), серые клеточки которого были возмущены нарушенной гармонией сада. Ах, эта ирония – попасться на такой мелочи! Да, охота удалась. «Он удовлетворённо проурчал что-то, словно поймавший мышку кот».

«— Старая дама жутко переполошилась. — Вот как! По-вашему, переполох идёт изнутри?», – а хорошо поставленный вопрос, надо отметить... Казалось бы, дело было чрезвычайно банальным, благодаря письму и стихотворению всё стало ясно, но сама развязка! Это было красиво. Не менее прекрасной была и работа гениального и великого в дуэте с бесстрастной мисс Лемон, их разговоры были ну просто изумительными: «— Допустим, вы – русская девушка, — начал Пуаро. — Да, — сказала мисс Лемон, выглядя стопроцентной англичанкой», – я аж посмеялась, представив её лицо. Да, Эркюль Пуаро тот ещё скромняга, но, во-первых, своим поведением он и впрямь напоминает хитрого кота, а во-вторых, то, как он помог незнакомой девушке, которую наверняка бы обвинили в убийстве, в какой-то степени даже растрогало... Как говорится, не имей сто рублей, а знай одного такого вот хвостатого усатого человека, который сделает всё для того, чтобы вызволить тебя из непростой ситуации.

Всю жизнь Пуаро был немного позером, и свою смерть он обставил соответственно. Действие происходит в Стайлзе, там же, где познакомились во время расследования убийства Пуаро и Гастингс, и где началась карьера Пуаро как частного сыщика. Имение продано и переделано под гостиницу. Пуаро вызывает Гастингса, но убийство еще только намечается. Пикантность в том, что, среди прочих , в дело замешана дочь Гастингса. Артуру удалось воспитать замечательную девушку. Как и всегда, мне любопытно было читать про быт и взаимоотношения людей из разных слоев общества. Сюжет захватывающий. Маньяку почти безразлично, кто окажется жертвой. Я угадала, кто злодей, но читать было очень интересно, особенно понравилась часть про жену ученого. Жаль расставаться с циклом.

Артур был так впечатлён этой воображаемой сценой, что не мог сдержать эмоций, уж больно сильно задел его этот образ: мягкий вечер, семейные посиделки за игрой в бридж, уют и тепло, и тут – явившаяся из сумрака дева в окровавленном платье. «Меня сразу поразили драматические перспективы истории», – продолжал болтать капитан, Эркюль же слушал его и ярился, ибо ради всего святого, как можно раскидывать газеты, неужели так сложно их сложить, он же вот их сложил, и ничего, не сломался!.. Наблюдая за этой сценой, было сложно не улыбнуться, ну какие же они прелестные в своей забавности, да и ворчащий великолепнейший представляет собой то ещё зрелище: «На редкость глубокомысленно! Мой друг Гастингс бывает иногда удивительным философом», – я по утрам время от времени тоже та ещё язва, так что не осуждаю... А дело и правда интересное. Кому понадобилось убивать известного импресарио и была ли виновна в его гибели залитая его кровью танцовщица, подруга некоего князя? Именно князь обратился к сыщику, дабы во всём разобраться, а то любовь любовью, конечно, но... Возражений не последовало. Расследуем. Газеты перед уходом, главное, надо сложить...

«Эркюль Пуаро не охотится за бродягами», – что бы это ни значило... Впрочем, бродяг тут и не было, зато была семья Орландерс, чей покой потревожила та несчастная, и маленьких, но занятных деталей в их обители более чем хватало: неубранная комната и чистые туфли, семейные портреты, наличие той самой карты... А что же можно сказать про место убийства? Там тоже было много интересного: поднятая штора, открытая балконная дверь, мраморная скамья... «Дело представляется мне совершенно элементарным», – заявил Пуаро, и... ошибся. И такое бывает. Потому что «крепкая семья способна разыграть любую драму», и ради своих любимых люди на что только не пойдут. Впрочем, разобрался во всём уважаемый довольно быстро, после чего выступил судьёй и присяжным, то есть да, он в очередной раз не сдал преступников, и снова – какое совпадение! – в этом деле был замешан высокородный род, и... ладно, он поступил так потому, что убийство вроде как не замышлялось, да и про шантаж забывать не стоит. Под конец он ещё и горючего подлил в этот неоднозначный костерок, пафосно заявив, что беспокоиться не нужно, полиция ни за что не догадается, они ведь – ха! – не эркюли пуаро. И правда...

«Пуаро! Вы невыносимы», – как точно подмечено... но при этом всё равно любимы, чего уж там. Я опять немного побесилась с его “приговора” и театральности, но на сей раз ситуация довольно сложная, а детали, эти детали, из которых было так интересно складывать общую картину! Очень понравилось, как и сама атмосфера всего расследования, было в ней что-то особенное... Ну и взаимоотношения друзей, конечно, как всегда были на высоте, а удивительные гастингсовские выводы, точнее их полнейшее отсутствие? «— Итак, мой друг, теперь вам всё понятно? — Мне ничего не понятно! Кто, чёрт возьми, его убил?», – он буквально стоял рядом и был свидетелем разговора своего товарища с матерью семейства, они практически открыто обсудили всё произошедшее, намёки были прозрачны, но Гастингс всё равно ничего не понял. У него, как верно отметил его приятель, слишком впечатлительная душа для таких суровых открытий, видимо. Обожаю это. «Я уставился на него, потрясённый, но ничего не понимающий», – его вечный mood. Хотелось бы сказать, что я умнее, но куда там, хотя угадывать всё равно приятно, это надо признать. Всё-таки есть в рассказах Агаты Кристи своё непревзойдённое очарование...

Это сравнение Пуаро с черепахой было, на мой взгляд, просто блестящим. Да, отдохнуть ему не дали, и это в его-то отпуск! Возмутительно. Не сказать, что он так уж сильно был из-за этого расстроен на первых порах, расстраивало его другое, ибо море – и этим всё сказано. «Оно же никогда не успокаивается... никогда, даже на минуту», – как и люди с их страстями, порывами и поступками; какое им дело до того, что достопочтенный детектив решил расслабиться... Настроение у месье было прескверным и это чувствовалось, но даже в свой заслуженный выходной его серые клеточки усердно работали, подмечая все странности. Например, генерал, который только и делал что сплетничал («Да, сведения, видимо, вполне достоверны!», – о, это было смешно, ох уж эти “факты”), слушать его особо не хотелось, но приходилось, и ведь пригодилось! И когда уединение черепахи сыщика было прервано, он уже был наготове, как и его блистательные серые клеточки. «— О, вы из Бельгии! — Эркюль Пуаро. К вашим услугам».

«Защитная маска слетела с его лица. Пуаро улыбнулся», – и сразу всё, конечно же, понял. Убитая дама раздражала чуть ли не весь корабль, она и старая (ужас какой, как она вообще посмела... быть старой), и властная (опять же, ну просто возмутительно), да ещё и мужем, милейшим человеком, помыкала (то есть её возмущали его постоянные гулянки с молодыми девицами). Так кто же вонзил в её чёрствое сердце кинжал, обронив при этом нить янтарных бус, да ещё и умудрился провернуть это при закрытой двери?.. Дело-то вроде простое, таких историй – пруд пруди, но этот поворот с “талантом” мужа удивил. Да, и правда милейший человек, жена вон на себе убедилась... И ведь если бы величайший из величайших не оказался на судне, вряд ли бы его поймали, да и вообще, женщина была такой мерзкой!.. Это, пожалуй, было самое неприятное – то, как влюблённая леди пыталась оправдать убийцу; ох, глупая... «— Чему же верить? — Милая сударыня, ну откуда же я могу знать? — Разумеется, вы знаете».

«— Это была ловушка... жестокая ловушка! — Я не одобряю убийства», – сказал как отрезал, ему это заявление явно не понравилось. Вообще, в этом рассказе у Пуаро настроение довольно брюзжащее, и причина определённо кроется не в испорченном отдыхе. Он всё равно провёл расследование ярко и истинно по-пуаровски, чего только стоило его любимое общее собрание присутствующих и театральное объявление имени преступника, но этот финал, столь неожиданный, но не сказать что трагичный (хотя, для кого как), его... рассердил? Он ведь явно не хотел убивать преступника, но что-то пошло не так (хотя, учитывая его знание о слабом сердце убийцы... хм). Послевкусие у рассказа интересное, конечно... Понравился и поклон в сторону Шерлока, это было красиво и немного иронично. А вообще, месье пора задуматься о том, что каждый раз, когда он отправляется куда-то в отпуск, происходит страшное. Совпадение? Кто знает... Впрочем, чего ещё ждать от морских волнений да людских порывов.