
В плену своих символических убеждений.
Поэты разных времен всегда любили наделять образ женщины различными символами, она всегда являлась объектом для аллегорий и сравнений. Женщины в строках поэтов были прекрасными ангелами и музами, одухотворяющими субъекта мужчину на свершения и вирши
«…Передо мной явилась ты Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты»
Еще, естественно, женщина – это предмет страсти, любви, ненависти у некоторых одухотворенных субъектов
Что ж ты смотришь так синими брызгами? Иль в морду хошь? В огород бы тебя на чучело, Пугать ворон. До печенок меня замучила Со всех сторон.
Женщина представала в виде святой
О, Святая, как ласковы свечи, Как отрадны Твои черты! Мне не слышны ни вздохи, ни речи, Но я верю: Милая - Ты.
Кто же прекрасная дама Брюсова? Мучительница, жестокая, беспощадная, унижающая и желанная?
Хочу проклинать, но невольно О ласках привычных молю. Мне страшно, мне душно, мне больно... Но я повторяю: люблю! Читаю в насмешливом взоре Обман, и притворство, и торг... Но есть упоенье в позоре И есть в униженьи восторг!
Не муза или ангел, которая ведет поэта к свету, но ведьма своими чарами губящая душу. Такова и главная героиня романа Брюсова «Огненный ангел». Думается прототип Ренаты был по настоящему яркой личностью, хотя кого волнуют достоинства объекта, если творцу хочется почувствовать себя ничтожеством и упиваться этим. Но у Брюсова на самом деле вышел непревзойденный образ ведьмы-истерички, повергающей мужчин в пучину страстей и ада. В средневековые века немало загубили прекрасного пола за мнимые сношения с дьяволом. А уж страждущих болезнью с глупым названием истерия и подавно принимали за ведьм со всеми соответствующими признаками. Брюсов же сделал замечательную вещь: если в средневековье истеричек принимали за ведьм, то он наделил свою Ренату магическими атрибутами, перенес ее из «серебряного века» в средневековье, снабдил нас, доказательствами причастия ее к магии, а потом в течении книги доказывал, что она не ведьма, а истинная истеричка. Символисты, что с них взять… Время и место романа на самом деле весьма условно. Понятно, что это Германия 16 века, но это не настоящее такое средневековье. И, думается мне, что у автора и не было задачи сделать нечто достоверное. Так что, если рассчитываете найти здесь русский исторический роман о средневековье, вас непременно постигнет разочарование. Из средневековья там лишь многочисленные сотрясания латынью, громкими учеными именами, и немного антуража. А еще совсем немного святой инквизиции, а то в средине книги я даже забеспокоилась, неужели автор про нее позабыл, герои творят, не пойми что, а око святого архиепископа дремлет?
Вся полна неизменной печали, Прислонилась ты молча к столбу,- И соломой тебя увенчали, И клеймо наложили на лбу.
Вот только не очень мне понятно, почему же Брюсов в конце отошел от плана и изменил финал. Загадка… А что же тогда есть в романе, чтобы его стоило читать? Великолепные образы, богатейшая фантазия, как всегда у Брюсова изящно наполненная символами, и пронзительная личная история поэта, спрятанная за средневековыми образами. По ходу чтения это нечто мне напоминало и МиМ, и Лавкрафтовщину, с одной лишь оговоркой, что все это будет несколько после. Забавно как автор с усердием пытается завуалировать личности главных героев, переносит действие бог знает куда и в какие времена и тем самым все сильнее обнажает свои модели поведения с женщинами, внутреннюю сущность, стремление к унижению и самоуничтожению, страданиям как к наслаждению, доминантах. А ведь это все было в его стихах – о рабе, прикованном цепью к кровати царицы, или.
Сколько сладости есть в тайной муке мечты. Этой мукой я сердце баюкаю, В этой муке нашёл я родник красоты, Упиваюсь изысканной мукою.
Все это про Ренату и Рупрехта, все это про самого Брюсова… Не могу сказать, что такой образ мужчины мне близок. Образ овцы, словно на закланье идущей за коварной дьяволицей или ангелом, покоряющийся истерикам и ищущих каких-то необычных страстей, упиваясь при этом собственным унижением и муками. Даже возможно теперь мне будут меньше нравиться его стихи, хотя парадоксально роман вполне восхитил. Но это уже про меня и мои личные тараканы и за несовпадение идеального образа нельзя снижать оценку. Нельзя, но я снизила. Но отмечу, что нравились нам образы, созданные автором или нет, у Брюсова главные герои вызывают чувства, разные, порой противоположные, но очень сильные, а это самое важное. Что на самом деле великолепно в книге, помимо чудной главной героини, так это описание изучений и практик магии. Шабаш, общение с духами ритуал вызова демона, описание приступов Ренаты, экзорцизм и повальная демонизация монашенок. Блестящая фантазия, великолепно и захватывающе. У меня, любителя таких эфемерных ужасов волосы иногда таки начинали шевелиться. Браво мастер! Собственно, описания магий и демонов - тот крючок, на который, думаю, клюет читатель, выбирая эту книгу. Ну я про себя, во всяком случае. И раз уж автор, спрятавшись за символами, вывернул нам практически все свои личностные секреты, хочется мне немного покопаться в его личном отношении ко всему этому мракобесью и чистой вере. Думается мне, что Брюсов еще тот атеист, не верящий ни в бога, ни в черта. Слишком легко и непринужденно он апеллирует и к той и другой стороне. На четырехстах страницах долго и упорно перемежались богословские слова с заклинаниями, рассуждения об ангелах и демонах, но я утверждаю, что автор, если можно так выразиться, сохраняет нейтралитет. Ни во что не верующий, но всем интересующийся. Магия, заклятия и демоны соседствуют с катехизисом, молитвами и ангелами. До конца так и не понятно кто указывал путь, автор утверждает что одного без другого не бывает, но верит в бога и черта не больше чем в успешность магических ритуалов. Эта беспристрастность и отстраненность подкупает. И иногда пугает. Но тем не менее увлечение и думаю некие практики автор пытался изучить и применить, и многие стороны жизни объяснял именно с этой точки зрения, даже демонизировал, как, например, несчастную Ренату-Перовскую. Эх, страшный был человек этот Брюсов, но книга отличная.










