Eichmann in Jerusalem: A Report on the Banality of Evil

Although Adolf Eichmann is considered to be a war criminal and a leader and architect of the Holocaust, the Final solution to the Jewish question, he claimed that he was just doing his job and following Hitler's orders. In fact, Hannah Arendt also claimes that he was a criminal only in retrospect and that he was following the law, as Hitler's orders at that time had possessed a force of law under the Third Reich. According to Arendt, Eichmann was an ambitious young man who wanted to excel in his career, as he had many failures before and working for the S.S. meant that he could start from scratch and make a career. She also noted that he had no hatred against the Jews and had no personal reasons for executing these atrocities. He was just a pawn in the big game and we can't see a monster in him. Thus, if we claim that he should be blamed because he was following the orders, all the other people, even we should be blamed for these atrocities as well. However, the one thing he was guilty of is that he did not think, he did not make moral choices and was not considering the political effects of his actions or chain of actions. According to Arendt's descriptions of his personality, he seems like a person who was fully dedicated to his Fuhrer and he believed that it was a good thing to follow the orders. Thus, he did not critically think about whether Hitler's orders or any other orders he was receiving were moral or not. Therefore, since the actions he made resulted in the deaths of millions of people when he had a chance to think and stop and he didn't, I believe that he did in fact commit a crime against humanity. We can consider him guilty of at least prioritising his career and his leader over the lives of millions of innocent people. So we should try, even when powerless, to question their actions and the orders they get for morality and political rightness.

Эта книга, написанная сразу после суда над Адольфом Эйхманом - одним из главных ответственных за уничтожение евреев, - вызвала широкий общественный резонанс. Действительно, Ханна Арендт была подвергнута жестокой критике за свой цикл статей об Эйхмане в журнале The New Yorker, по которому в дальнейшем была составлена книга.

Арендт при написании книги старалась смотреть на преступления Эйхмана против евреев и на сам судебный процесс максимально объективно и отстраненно. Примечательно то, что она сама была еврейкой: во время войны она оказалась в концлагере во Франции, после чего ей удалось спастись оттуда и бежать в США. На мой взгляд, у нее скорее получилось быть объективной, хотя я не могу этого утверждать. Ханна Арендт пыталась показать изъяны судебного процесса, то, что обвинение строилось "на страданиях евреев, а не на деяниях Эйхмана"

На самом деле, книгу было очень тяжело читать по нескольким причинам. Во-первых, это, конечно, непривычный жанр. Это и эссе, и публицистика, и философский, и исторический труд - все вместе. Во-вторых, поверхностное знание истории Второй мировой войны, да и всемирной истории вообще, не давало полностью понять написанное. Очень сложно оценить эту книгу, не имея внушительного бэкграунда: не только поставить звездочки на LiveLib'е, но и вообще судить о правдивости написанного.

В любом случае, не нужно забывать, что эта книга - это не истина, это мнение. Не нужно слепо доверять или, наоборот, не верить не только конкретно этой книге, но и вообще всему, что пишут, о чем говорят. Мы не можем знать наверняка как это было на самом деле, даже побывав в центре тех событий. Кроме того, мы не можем залезть в головы других людей и до конца понять их мотивы.

И все же, что меня поразило в этой книге больше всего - это, собственно, то, что и было заявлено в названии. Банальность зла. Эйхман до невозможности обычный человек. Он не закончил школу, не преуспел ни в каком деле до войны. При этом он ревностно исполнял приказы и законы того времени. Для него жизнь без приказов и четких предписаний была бы бессмысленной. Он не видел своей вины, он лишь подчинялся существующим законам:

При этом он принимал приговор и даже предлагал публично повешаться. Но сейчас не об этом. Эйхман был до ужаса нормальным и исполнительным. Он очень хорошо относился к своей семье, не испытывал безумной ненависти к евреям, не был яростным антисемитом. Кроме того, Эйхман был хвастуном - во время суда очень часто проявлялось его бахвальство. Он также не был способен произнести ни одной неклишированной фразы, из чего можно сделать вывод, что и своих мыслей-то у него не было:

Ханна Арент пишет о том, что эта его неспособность высказывать собственные мысли мешала следствию, и для того, чтобы разрешить противоречия между ужасом деяний и его серостью, некоторые пошли по самому легкому пути, роль Эйхмана сильно преувеличили, а его самого объявили искусным лжецом, тогда как на самом деле он таким не являлся.

Из всего этого можно сделать вывод, что Эйхман не был вселенским злом, не был поехавшим маньяком или психопатом, он был лишь винтиком в этой чудовищной машине. Или же, наоборот, настоящим злом являются как раз такие невероятно простые, совершенно немыслящие, серые люди, как Эйхман. При этом нужно учесть, что никто из знакомых Эйхмана не был против "окончательного решения" (этим он успокаивал свою совесть), все эти люди считали, что они причастны к чему-то грандиозному, историческому, не имеющему себе равного. Также он лишь гнался за карьерой, не вдаваясь в подробности, к каким последствиям это приводит - идеальный карьерист. В этом-то и есть весь ужас.

Честно говоря, в этой книге я ожидала больше социальной психологии, "психологического" разбора деяний Эйхмана, но это оказалось небольшой частью. Здесь больше рассказывается про несостоятельность и ошибки судебного процесса и бюрократический аппарат нацистского режима.

В общем, с мыслями Ханны Арендт можно соглашаться или нет, но спорить с тем, что она задает действительно важные вопросы и пытается объективно на них ответить - по меньшей мере глупо.

P. S. В предисловии у русскому изданию было сказано, что книга кишит неточностями, возникшими при переводе, которые даже искажают первоначальный смысл.