Шесть рассказов, написанных от первого лица

В наше время никого не удивишь историей о женитьбе взрослой женщины и молодого мужчины, но тем не менее всё еще есть такие люди, которым есть до этого дело) Здесь такой персоной оказалась Мэрион родственница Джейн, той самой невесты.
Мэрион практически прямым текстом сказала Джейн, что ее идея выйти замуж за мужчину вдвое ее младше это бред, это курам на смех, это риск оказаться без денег. Поначалу и у меня закрадывалось подозрение, что Гилберт женится как раз таки ради денег, но это было до того, как автор представил нам своего героя. И до того, как нам показали Джейн не в гостиной Мэрион и не глазами Мэрион.
Это только со слов Мэрион Джей нелепая старуха, не умеет одеваться, не умеет себя преподнести, не умеет наладить общение. Да, с гардеробом у Джейн и правда беда, но это только потому, что ее он особо не волновал, а в остальном Джейн умница. У нее веселый нрав, уживчивые характер, она добра и смекалиста и может распознать где правда, а где ложь (во всех кроме Мэрион:))
Да, пусть за основу рассказа взята история Пигмалиона и Галатеи, но не только же в ней дело. Гилберт изменил Джейн, теперь у нее красивые наряды и модная прическа. Теперь Джейн звезда Лондона, к ней на вечера ломятся все. В конце мне было несколько жаль Гилберта, хотя он смирился со своей участью. А Джейн пошла дальше, как хорошо,что они с Гилбертом договорились "на берегу".
Хочется пожелать этим выдуманным героям счастья)) Хороший рассказ, написано очень умно и с юмором.

Вопреки реальности, по воле автора и с лёгкой руки подруги-читательницы поздний субботний вечер я провела в Италии. Жара привычная уступила место другой, разлившейся по улочкам Вечного города, а спасительная прохлада и отдохновение обрелись в отеле «Плаза», безлюдном и восхитительно свободном в мертвый сезон. В свете абажура сидели двое, ну а я, столь жадная по натуре до чужих драм, удобно устроилась рядом. Один поначалу терзался навязанным обществом, после привык, второй изливал душу, а я морщила нос, потому как оба джентльмена мне были неприятны.

Хэмфри Кэразерс, дипломат в министерстве иностранных дел и писатель утонченной прозы для интеллигенции, захлебывался словами и не мог остановиться, словно звуком собственного голоса силился заглушить внутреннюю боль, что в общем-то было непривычно. За годы шапочного знакомства его собеседник (наш рассказчик) уже давно для себя решил, что в Хэмфри маловато человеческого. Каждый, кто удосужился бы немного присмотреться, вне всякого сомнения, разглядел бы в дипломате и надменную учтивость, и отрешенность сознающего, что он не чета простым смертным… Но тогда откуда этот порыв излить душу?
Что заставило человека сдержанного и светского кричать от боли? А все то же знакомое и предсказуемое немного… Ведь надо же, какая незадача, ты можешь быть богат, утончен, красив и талантлив, но даже такой железный набор завидного жениха не сможет уберечь тебя от безответного чувства. Бэтти Уэлдон-Бернс, известная дива в тесном лондонском мирке, была одарена тонким чувством юмора, богата и достаточно умна. Жажда жизни горела в ней ослепительно ярким огнем, и все же о своем положении в обществе она не забывала… А еще Бэтти не любила. Видела в Хэмфри милого друга, но не больше. Только кто запретил бы тому мечтать о невозможном?
А жизнь – забавная штука. Откажешься принять правду такой, какая она есть, и рискуешь потом вот так исповедоваться в ночи и собирать себя по частям… Хэмфри вообще знатный был сноб и фантазер. Сам себе придумал светлый образ любимой, сам обиделся, когда ожидание столкнулось с реальностью. Вообще у меня большой вопрос, была ли любовь вовсе, а то ведь как вслушаешься в надрывный монолог: «Я давал ей что-то, чего она не находила в других», так и заподозришь, что ему просто хотелось обладать такой яркой и независимой, всеми любимой Бэтти (красивый был бы штришок к образу), а искренней любви там если и было, то с чайную ложку... Я, возможно, сейчас как древняя старушка проворчу, но таких фантазеров немало просто по жизни встречается. Напридумывают (а может, не удосужатся присмотреться?), а потом разбегаются через месяц, полгода, год и еще малой кровью отделаются, если без штампа в паспорте.
Как я уже упоминала, не только Хэмфри мне был неприятен. Сперва я была уверена, что за рассказчиком спрятался автор, который в привычной спокойной манере изложит сюжет. Только по ходу действия окончательно убедилась в том, что рассказчик – еще один важный образ, к авторской позиции отношения не имеющий. Моэм в принципе никогда открыто не выдвигает себя в текстах, а в словах героя было уж слишком много оценочного и отталкивающего. Умозаключение, что Альберт для Бетти – дань прозе жизни, возможность возвыситься над реальностью – только подтвердило мое предположение, что в нашем слушателе поневоле не меньше гнильцы, чем в столь неприятном ему Хэмфри Кэразерсе…
Хоть бы кто из джентльменов предположил, что Бетти в своем выборе руководствовалась чувством! И так уж вышло, что чувство это обнаружилось к человеку, находящемуся ниже по социальной лестнице! И если дипломат из министерства в подобном раскладе узколобо предрекает катастрофу и падение, то стрекоза Бетти не видит греха, абсолютно счастлива и предстает перед читателем достойным человеком действительно широких взглядов. И вот вам вопрос, в ком из собеседников вообще можно обнаружить нечто человеческое?..

Впрочем, не много ли рассуждений для небольшого рассказа? Однако ничего не могу поделать с тем, что от книги к книге Сомерсет Моэм все больше восхищает меня и своими психологическими портретами, и умением в простенький, казалось бы, сюжет заложить кладезь интересных мыслей. Напиши он поваренную книгу, и ее, похоже, проглотила бы с удовольствием, а потому заявляю открыто – читать его никогда не устану.

После такого рассказа хочется искренне и беззаботно рассмеяться. Как всегда у Моэма в самом конце я ждала подвоха, какой-то жирной и безжалостной точки, ну или на худой конец - черного юмора, срывания масок, иронии. А автор удивил другим: все лежало на поверхности, только меня так водили за нос, что я даже ничего не заподозрила. Аплодирую стоя!

Джейн оказалась не ограненным алмазом - и в обычном своем амплуа небрежно одетой вдовы выглядела просто нелепо - пока ее не разглядел Гилберт. Говорят: "Как ты причесана, так тебя и слушают" - здесь эта истина сработала на все сто. Стоило только женщине поменять гардероб, обзавестись моноклем и постричься - и вот английское высшее общество готово заглядывать ей в рот, внимая каждому слову.

И хоть Джейн не отличалась остроумием, но все настолько изголодались по правде, что речь ее была как бальзам на душу - и все с готовностью склоняли головы, наслаждаясь неспешными беседами.
В ней подкупали природная естественность, не желание скрывать свой возраст, она ничего из себя не строила - вот и весь секрет успеха.
Она была глотком свежего воздуха для людей, привыкших к рафинированности и притворству.

А вот миссис Тауэр можно только посочувствовать: она всю жизнь из кожи вон лезла, а ее обскакала какая-то родственница из глуши, которую она и серьезно-то не воспринимала. Но почтенная дама все равно очень достойно выдержала этот удар судьбы и сумела найти душевные силы, чтобы не лопнуть от злости. Правда, расставание Джейн с молодым мужем дало повод повозмущаться, но уличить золовку хоть в чем-то предосудительном так и не вышло.

Данный рассказ - удивительный образчик неподражаемого творчества Моэма, который нельзя пропустить. Поэтому - наслаждайтесь каждым словом!

Продолжаю понемногу знакомиться с малой прозой Сомерсета Моэма . Не то чтобы специально, просто время от времени сталкиваюсь с тем или иным его рассказом и не могу удержаться. Вот и сейчас: получив "тот самый" доступ к библиотеке Литрес "для избранных", я долгое время им не пользовалась, потом решила попробовать, чего это и с чем это едят, и стала думать, что бы такое почитать/послушать, чего я в другом месте раздобыть не могу. Так и вспомнился радиоспектакль "Джейн", который мне посоветовали, а найти я его нигде не нашла. А на Литресе он есть, длится всего час, так что можно послушать прямо с компа (обычно я этого не делаю) и заодно опробовать подаренный функционал =)

Собственно, это была предыстория, к делу отношения не имеющая, а теперь вернемся все-таки к рассказу.

Моэм остается верен себе. Многие его рассказы - это такие себе зарисовки о людях, с которым он (или рассказчик) был знаком. Самые разные люди, самые разные ситуации, часто вроде и вовсе ничего особенного, а у Моэма выходит интересно, метко и весело. Ирония - наше все.

Вот и сейчас попался любопытный экземпляр для наблюдений. Джейн Фаулер - вроде бы зауряднейшая женщина, такая себе "тетка" около 50 лет, простая, добрая, бесхитростная и ужасно старомодная. Живет где-то у себя в деревне, иногда наезжая в город к единственной родственнице (крайне светской даме), развлекая ту своими балахонами из прошлого века и вышивая бесконечные чехольчики и салфеточки, которые та ну просто обязана класть на столики, а то в следующий раз не избежать допроса: как, ты ими не пользуешься? Снова случайно сожгла, ну как же так?

Но, как оказалось, Джейн способна преподнести массу сюрпризов. И удивить не только свою светскую родственницу, но и весь остальной свет. Неподражаемая Джейн! Что же она сделала? В том-то и дело, что ничего особенного и при этом то, на что большинство людей никогда не отважится. Осталась сама собой, говорила ровно так же, как и всегда, и делала все то же самое... Делала все, что хотела, не оглядываясь на то, "что же скажут соседи". И выиграла там, где этого никто бы не мог от нее ожидать. Она счастлива или, по крайней мере, вполне довольна своей жизнью, а всем остальным только и остается, что пытаться подражать.

Это рассказ о двух влюбленных. Но один из них счастлив, а второй нет, потому что влюблены они не взаимно. Герой Хэмфри всю жизнь влюблен в Бетти, и все готов положить к ее ногам. Готов не раз и не два предлагать ей руку и сердце, готов смотреть как она выходит замуж за другого, готов ждать пока она снова не станет свободной дамой, готов быть всегда рядом и надеться на то, что Бетти рано или поздно оценит его преданность по достоинству и обязательно, обязательно согласится. А Бетти все отказывала, потому что влюблена... в себя в первую очередь. В том плане, что живет она как ей нравится, не переходя другим дорогу, не оглядываясь на чужое мнение и чужие ожидания, при этом честна с собой и с окружающими. Многие ли могут позволить себе такую роскошь?

И Хэмфри готов был ждать всю жизнь. Казалось бы, долголетние и непоколебимые чувства ничего не сможет сломить. Но вдруг Хэмфри открывается такое, что любовь к Бетти сдувает как пылинку. Отворачивает человека не то, что любимая женщина его никогда не полюбит и даже не то, что она может любить кого-то другого. Беда его именно в том, КТО его конкурент. Пусть даже откажет женщина мне, но как смеет быть благосклонной к такому вот?

Рассказ и правда о "нечто человеческом". Но мне не хватило привычного у Моэма умения увлечь читателя, было немного скучновато.

Ох, сколько удовольствия! Моэм чудесен и обворожителен! Какая прелесть эти рассказы и как жалко, что их так мало!
Я боюсь, что весь мой отзыв будет состоять из одних восклицательных знаков. Но как еще можно говорить о столь замечательном писателе?!
Рассказы о высшем обществе. Тонкие, умные, выразительные, ироничные. А еще они мне показались несколько грустными. Несчастные у него герои какие-то! Задавленные условностями, предрассудками, правилами...
И даже те, которые решаются пойти против устоев общества, все равно какие-то несчастливые.
А может мне так просто почудилось?

После первых трёх рассказов хотела начать отзыв словами о том, что вот и нашла я ту книгу, которая не особо впечатлила у любимого автора, но чудесный рассказ "Джейн" спас этот сборник. Но обо всём по порядку.

Сразу оговорюсь, что вне зависимости от того, понравился мне рассказ или нет, я восхищаюсь слогом Моэма, его лёгкостью, иронией, умением подбирать слова так, что в голове читателя возникают яркие и красочные картины происходящего во всех деталях, при этом не перегружая описание лишними подробностями.

Но что касаемо той самой иронии, то в первых трёх рассказах она балансирует на очень тонкой грани, по другую сторону которой оказывается брюзжание. Произведения "Порядочность" и "Ровно дюжина" объединяет не только тема влюблённой наивности и супружеской неверности (хотя во втором случае это уже многоженство как синоним мошенничества), но и то, что автор не испытывает тёплых чувств к своим героям. Обо всех он говорит так, что сразу понятно, они ему не ровня, он лучше их. От этого и проскальзывает не только саркастичная насмешка, но и определённая злоба. От этих рассказов такое ощущение, что написаны они были в плохом настроении, когда весь мир кажется мелким и не заслуживающим внимания.

В рассказе "Нечто человеческое" сюжет более предсказуем, но и, парадоксально, более интересен. Потому что Моэм предлагает своему знакомому писателю одну забавную идею, а именно - отомстить отвергнувшей его даме, написав о ней рассказ. Неплохой выход эмоций, и что же ещё может быть мотивом для творчества, как не собственные переживания и трагедии?! Но это с одной стороны. С другой стороны, сведение таких счетов кажется мелочным, а злая ирония и плохое настроение, навеянные первыми рассказами, так и остались.

Однако переломным моментом в этом сборнике становится рассказ по названием "Джейн". Совершенно чудесная история о том, как связаны правда и остроумие. А также о том, что вопреки всем общественным стереотипам, жизнь может развиваться и по другим сценариям. А главное - никогда не поздно поверить в себя и собственную уникальность.

Единственным рассказом, в котором не фигурирует любовь (если не считать любовь к искусству), является "На чужом жнивье". Для столь небольшого рассказа автор ставит достаточно амбициозную задачу: понять, что такое "талант", и могут ли его заменить годы упорных тренировок? Параллельно здесь идёт высмеивание предрассудков, связанных с национальной принадлежностью.

И завершается сборник рассказом "Источник вдохновения". В этом произведении Моэм тоже высмеивает своих героев и наполняет повествование злой иронией, но в центре сюжета здесь писательство. Именно оно предмет наблюдений и именно о границах между творчеством и коммерцией хочет поведать нам автор. И заставляет задуматься, что порой всё это так неоднозначно.

Еще один чудный рассказ Сомерсета Моэма . Правда, прослушала я его больше недели назад, а написать собралась только сейчас, так что впечатления немного уже не те, но я постараюсь вспомнить и описать именно те ощущения, что были "сразу после".

А было так: простой, жизненный, грустный, при этом не лишенный иронии и очень "изящный" рассказ. Как обычно у Моэма: все, что нужно, и ничего лишнего.

Это рассказ о человеке, который вдруг лишился своего идеала. Точнее, идеал которого вдруг сошел с пьедестала. И он, Хэмфри Каразерс, так этим обескуражен, что ему кажется, будто чуть ли не вся жизнь пошла прахом. И ему хочется выговориться, поделиться с кем угодно, пусть даже с почти незнакомым человеком в баре гостиницы. Даже, наверное, лучше, если с незнакомым.

А в чем же трагедия? Всю жизнь Хэмфри был влюблен в одну женщину - Бетти. Неоднократно делал предложение - отказывала. Жила в свое удовольствие - был рядом. Снова делал предложение. Снова отказывала. Думал, потому что беден и ничего не может ей предложить. Продолжал быть другом. В какой-то момент она решила выйти замуж за богатого и знатного. Принял, остался другом. И так всю жизнь.

Прошло много лет, и теперь Хэмфри тоже достаточно богат и знаменит. А Бетти вдова, живет себе уединенно на вилле в Греции. И думается Хэмфри, что уж теперь-то она ему не откажет. Правда, она и так кажется вполне счастливой, Хэмфри даже обидно: как она смеет быть счастливой без него?

Но все бы ничего, если бы не выяснилось... То, что разом покончило с его многолетней любовью. То, чего его снобистская душа уж никак не могла пережить. То, что вызвало у него такое непонимание и шок, что только и осталось, что сидеть в баре, пить и рассказывать незнакомцам о своей неудавшейся жизни.

А Бетти? А Бетти молодец. Она счастлива, и живет так, как ей самой того хочется. И при этом никого не задевая и никому не причиняя зла. Что бы об этом счастье ни думали всякие Хэмфри.

Моэм, как всегда, в точку.

Какая прелесть - этот ваш Моэм.
До сих пор я читала его романы, с переменным успехом. Сейчас я попробовала рассказ, и нахожусь в необъяснимом восторге. На самом деле восторгаться, наверное, не нужно, но этот рассказ меня реально заворожил. Моэм сплел, казалось бы, несочетаемое. Тонким юмором он мне напомнил О'Генри, легкостью восприятия и, возможно, местом действия - Саган. Все такое легкое, воздушное, солнечное, даже Лондон у Моэма получился хоть и дождливым, но радостным. Что уж говорить про Рим жарким летом. Измученные жарой туристы, пыльные улочки, прохлада внутри отеля, огромный ресторан только для тебя одного, где можно выпить охлажденного белого вина к рыбе... И потом Родос, Греция... солнце, лето, море, ночные купания, прогулки на яхте, бесконечные обеды то с турецким пашой, то с атташе британского посольства. Здесь пробуждаются воспоминания о счастливых отпускных деньках на пляже, когда песок вместе с морской солью въедается в кожу, и этот йодный запах водорослей навевает спокойствие. Абсолютно ненавязчивая счастливая спокойная атмосфера.

И посреди всего этого благоденствия жизненная драма Хэмфри Кэразерса.

Ведь у него поистине разрушилась картина мира. Можно сказать, жизнь прошла зря. Он всю жизнь любил Бетти, боготворил ее. И тут такое про нее выяснил, что его чопорная британская душонка выдержать не смогла. Ведь британцы они какие? Приверженцы правил, тем более правил приличия, а тут такой мезальянс, естественно у Хэмфри тут же физическое отвращение, да еще такое странное, проблема даже не в том, что Бетти любит другого, а в том, что Бетти любит именно Альберта. Да как так можно, быть счастливой с Альбертом? Кажется, Хэмфри не так убивался, когда Бетти вышла замуж за баронета, чем когда узнал всю правду. Вот оно - горе высокомерия.

А Бетти - я хвалю. Она смогла прожить свою жизнь так, как она этого хотела. И она счастлива. И этого достаточно.
Прекрасный рассказ.