Подземные. Ангелы одиночества

"Моя жизнь есть громадный непоследовательный эпос с тысячей и миллионом персонажей — вот они все подходят, так же быстро как мы катимся на восток, так же быстро как катится на восток земля".

Генри Миллер писал, что писатель должен проживать свои книги, Лоуренс Даррелл утверждал, что книга и автор создаются из одной материи, что цель не в том, что чтобы записать свой опыт, но в том, чтобы запечатлеть себя самого, но именно Джек Керуак предъявил миру столь сильный пример сплава между личностью писателя и словами на бумаге, что их абсолютно нельзя отделить друг от друга.

Строки этого текста - живые, пульсирующие в такт биению сердца, дышащие, осязаемые. Вначале идет мощнейший поток сознания героя, оставшегося наедине с необъятным величием природы Скалистых Гор, ее безвременьем и чистотой. Попытка передать словами внутренний безмолвный диалог с окружающим миром, обращение к собственной сути, взгляд в Пустоту, лежащую в основе мироздания...

Затем нисхождение в мир обыденный, кипучий котел людских страстей, краткая остановка в Сан-Франциско, наполненная ритмами джаза, неуспокоенностью в алкогольном мареве, ночной лихорадкой поэтов и художников, насыщение каждой каплей струящейся по краю безумия жизни... Далее- стремительный бросок на юг, жаркое затворничество на крыше дома в Мехико, городе одурманенных и бродяг, потом возвращение в позднюю осень в Нью-Йорке, извечная тоска, морской путь в затуманенный гашишом Танжер, пьяный Париж, дождливый Альбион...

И вновь - Америка, отчаянная попытка примирения, попытка обрести покой на берегу Тихого океана вместе с самым дорогим и самым понимающе-непонимающим человеком - матерью. И снова - поражение, опять торжествует Опустошение, и долгое путешествие завершается там, где началось - в собственной душе. И по-прежнему где-то плывет над миром гора Хозомин, свищут ветра над пустыми дорогами Юга, танцует Сан-Франциско, и во всех городах бунтуют восторженные и печальные, прекрасные и уродливые, отверженные людьми и отвергнувшие их Ангелы Опустошения.

Керуака тем более сложно понять, что он сам себя порой не понимал. Его образ жизни, его стремление выплеснуть на бумагу всю переживаемую боль вряд ли найдут отклик у людей здравомыслящих, волевых, твердо знающих, что есть разумное, а где - черта, которую нельзя пересекать. Такие люди скажут, что Керуак никчемен, чрезмерно пафосен, слишком самокопателен, настолько увлекся - он и его собратья - самовлюбленным бунтом против повседневной действительности, что все его писания - это бесполезность, ненужность, пустота... Пустота? Вы видите ее?

но всё-таки это точно не моё. Не понравился ни сам стиль изложения, ни сама литературная основа, ни событийный ряд (хотя посочувствовать чуваку всё-же можно — нашёл проблему там, где её не было и сам тщательно несколько раз наступил на грабли). Не понравился и сам образ жизни прототипа и, соответственно, книжного героя. Героев. И героинь. Этакие хотелки-поимелки, сдобренные "колёсиками" и прочими зельями.

Хотя конечно, с точки зрения прозы жизни всё вроде как так и есть — взаимное влечение и безудержные занятия физической любовью, до судорог и до кровавых потёртостей на трущихся частях тел. Просто это две разные вещи — иметь любовь и заниматься любовью (это с одной стороны) и трепаться вокруг и около своей любви и своих сексуальных опытов и упражнений (это уже с другой стороны).

Впрочем, возвращаясь к литературным достоинствам книги — может быть это и революционно, но мне не нравится. Видимо Керуак не мой автор, а я не его читатель.
Три звезды только потому, что скучно всё-таки не было.

Старина Джек, откуда в тебе столько радости? Откуда такое ощущение мимолётности и важности происходящего? Откуда столько энергии - писать обо всех мелочах, взахлёб, выдыхая этот цельный пятисотстраничный текст? Как простоватого вида парень в клетчатой рубашке может так чувствовать язык и вертеть им, как ему заблагорассудится? Старина Джек, почему я сейчас чувствуя себя первоклашкой, пишущим своё первое сочинение, неуклюже составляя слова в предложения?

Как тебе удаётся, описывая шаг за шагом каждый повод для радости (вкусный завтрак - тёплый спальник - сумасшедшие друзья - свернувшаяся гусеничка - красивая девушка - крепкий кофе), не скатываться в бытовуху? Как удалось тебе выдохнуть три таких разных текста о своей жизни, вместив в каждый своё настроение и мировосприятие? Как ты так быстро перерос истеричную радость и следование чужим идеям? Как удалось тебе превратить опустошение не в разочарование, но в спокойствие?

Почему непростой, по сути, текст о поиске себя производит впечатление сродни ветру, качающему сосновые ветви, или движению воды - столь же он медитативен? Почему я раз за разом обнаруживала себя смотрящей в страницу и думающей о своём в лёгком трансе?

И, наконец, главный вопрос, старина Джек, как надо жить, чтобы честный рассказ о жизненном путешествии был столь же содержателен?

А вы умеете извлекать пользу, наслаждаться Одиночеством? Настолько привыкать к нему, что не видеть разницу между одиноким домиком на вершине скалы, окруженной такими же скалами (окружённых такими же скалами, окружённых...) и толпой старых друзей? Джек Керуак, похоже, может. В первую очередь ошеломили размышления в горах: чудовищной насыщенности поток сознания, выплеснутый на бумагу, - когда это закончилось, недоумевал, о чём же ещё можно написать после такого взрывного начала. Оказалось, что одиночество никуда не делось, а перешло в несколько иное свойство, сжалось от многокилометровых заснеженных горных кряжей до размеров самого Джека и так в нём и осталось. Джек забрал с собой необъятный Пик Одиночества.
Книга об уединении от бродяги, о бродягах и для бродяг. Джаз, буддизм, алкоголь и скитания по стране в поисках себя - в разных пропорциях. Отлично сочетается с Джармушом и Radiohead.

Давно не читал ничего настолько пронзительного и щемящего. Местами хотелось сжимать зубы и стенать от чего-то тянущего и сжимающего в грудной клетке. Свобода, ох, как же ты горька.

Багровый и белый отброшен и скомкан,
в зеленый бросали горстями дукаты,
а черным ладоням сбежавшихся окон
раздали горящие желтые карты.

Бульварам и площади было не странно
увидеть на зданиях синие тоги.
И раньше бегущим, как желтые раны,
огни обручали браслетами ноги.

Толпа — пестрошерстая быстрая кошка —
плыла, изгибаясь, дверями влекома;
каждый хотел протащить хоть немножко
громаду из смеха отлитого кома.

Я, чувствуя платья зовущие лапы,
в глаза им улыбку протиснул, пугая
ударами в жесть, хохотали арапы,
над лбом расцветивши крыло попугая.
"Ночь" Владимир Маяковский.
(в исполнении "Лобо")

Вот уж правдивое название для книги, во всяком случае, в переводе на русский. Именно, что опустошение. Сижу после последней страницы с остекленевшим взглядом, будто долго бухала или чего позабористее приняла, и чувствую внутри это самое опустошение, а ведь какой наполненной, постепенно ли заполняющейся себя чувствовала, когда только начинала знакомиться с Джеком Керуаком с его «В дороге», «Бродягами Дхармы» и в самом начале пути «Ангела Опустошения».
Книга сперва казалась похожей на американскую кухню по-восточному, как лаконичное продолжение «Бродяг». Автоматическое письмо: как будто вскрываем черепную коробку, изымаем сгусток мыслей и препарируем их, затем разложим по малюсеньким мисочкам, как свежайшие морепродукты, какую-нибудь порубленную капусту или огурцы с кимчи. Садишься на пол в тишине и покое с приглушенным светом перед низким, но обширным столом – перед тобой много всякой манящей, пугающей, подозрительной, сомнительной, острой, кислой, сладковатой еды и есть это ты не можешь так как привык, извращайся с палочками. А теперь пробуй.

Главы такие же короткие, как эти порции в мисочках, но их также много и они подробны хоть и однообразны, но у каждой свой вкус. Вкус гор: земля, цветы, скрипящее дерево хижины, одиночество и запах мышиных убежищ, о, да, вы гурман. Вот эта - порция безумия, она сладка, но пугает. Вот в этой - музыка звуки со всех сторон хэй и хай, бам, бац, бац - это джаз, а это вот вкус бродяжничества: драные ботинки, отваливающиеся подошвы, необъятные рюкзаки и спальники, вечное мытарство без особой цели, в каком-то безнадежном поиске и чем дальше, тем безнадежнее. Следующая - звук пианино задумчивый, грустный. Особая пикантность всего этого - невероятная талантливость людей, словно в то время только и были одни великие люди в Америке, в какой-то невероятной концентрации вокруг Джека.
Не ешьте всухомятку запивайте всё это портвейном, время от времени хорошим коньяком, на трезвую голову не понять всей соли опустошения, хотя… Чертовски верно:

Но почему ты пьешь? Почему не можешь остановиться? Нам нужно продолжать идти вглубь этой пустоты.
Слушай книгу, читай, войди в ритм повествования, тогда перестанешь замечать в тексте постоянные качели туда-сюда, вперед- назад, снова вперед, но не торопись, поглощай не спеша, пережевывай, а то можно обжечься, остро, а лучше залезь на гору, которая ближе к тебе, встань на голову на ее вершине, если мышцы позволяют, раскинь руки будто ты хищная птица, летящая вниз за добычей, распахни глаза и смотри на мир вверх тормашками, не бойся упасть, внизу бездна, чувствуешь как холодеет от испуга и восторга у тебя в животе, дыши и смотри, запоминай этот момент, тебе предстоит вернуться вниз с холма опустошения. Старина Джек расскажет тебе то, что видит и что думает.
Передо мною видение, как Джек, напиваясь дешевого портвейна, садиться за стол, входя в транс, состояние близкое к отупению, начинает водить карандашом по бумаге, выписываются его странные сны, не менее странные видения, невидимый медведь, шлепающий по камням. Он действительно видит всё это:

• сон

Сколько городов, сколько дорог, стран на ладони, сколько людей, сколько знакомых, сколько друзей - весь мир родной, а потом это кончается, внезапно, после бури, после долгой затяжки, после ночи без сна. Теперь поиск дороги к дому.

И похоже, что на данный этап моей жизни мне больше близка книга «Бродяги Дхармы», в Ангелах (пусть даже теоретически между описываемыми событиями едва минул год) Джек уже зрелый мужчина, уже по-другому мыслит, по-другому пишет, уже нет той романтической тяги к познанию себя через пустоту мира, то ли делает все по привычке, автопилотом. И появляется какое-то стремление к своеобразной стабильности, когда скитания по свету, а они были значительными – это и Африка и Европа, не говоря уже об объезженных вдоль и поперек США и Мексике – уже не дают прежней энергии, а только утомляют и всё больше тянет где-то закрепиться, остаться с самым любимым человеком. Самое лучшее и по-простому написано Керуаком о матери, действительно пробирает до костей. Уже только ради этого стоит прочитать Ангелов, еще раз и много раз подумать о своих мамах, которые ради нас готовы на многое, если не на всё, даже терпеть самые невероятные безумства, мало того, что принимать, так и разделять тоже.

Как итог буду знакомиться с Джеком Керуаком дальше.

Потому что я люблю тебя, и нет никакой причины.

Ого! Такого Керуака я ещё не читала!
Любовь Лео к негритянке Марду - основная тема книги. Видимо, сам писатель переживал нечто подобное во время написания произведения... Около двухсот страниц болезненного описания чувств к одной женщине. Не всякий читатель справится с таким заданием. Не ждите здесь обычного битнического разгула и всего подобного. Ярко вырисовывается "поток сознания", наш герой полностью поглощён отношениями: испытывает ревность, анализирует поведение девушки, философствует и опять же думает только о ней...Здесь вся фабула держится на женском образе.

Мужчины такие сумасшедшие, они хотят сущности, женщина и есть сущность, вот она прямо у них в руках, а они срываются прочь, возводя абстрактные конструкции.

Я не уверена, что всем поклонникам Джека понравится, разве что безумно влюблённым на данный момент почитателям битничества. А мне произведение пришлось по вкусу, оно контрастирует с другим творчеством Джека Керуака. Но оцениваю всё-таки на "хорошо". Вполне вероятно, что 31-летний автор (год написания книги - 1953) мог передавать свои чувства на тот момент, возможно, он сам был безумно влюблён... Рецензию хочу закончить цитатой из этой же книги:

я грубо по-мужски сексуален, и ничего не могу с собой поделать, и обладаю распутными и так далее наклонностями, да и почти все мои читатели мужского пола, без сомнения, - таковы...

«Подземные»
Честно говоря, Джек Керуак как личность мне нравится гораздо больше, чем его произведения. Первое из прочитанного у него мне понравилось – «Бродяги Дхармы». Остальное пошло гораздо тяжелее; может, конечно, я еще не доросла до такой литературы – вот «Улисса» я до сих пор так и не смогла дочитать, сколько раз пыталась. Уж очень сильно утомляет и грузит этот разброд в мыслях. Главное, что у Керуака есть в избытке – это искренность, и это, конечно, ценно. И про любовь все правдиво и правильно. Тем, у кого мозги устроены по-другому, чем у меня, наверняка понравится. Но читать тяжеловато.

«Ангелы одиночества»
Вещь произвела сильное впечатление, несмотря на то, что читать ее почти так же трудно, как и «Подземных», особенно первую книгу («Пустынное одиночество») – о том, как герой два месяца провел в полном одиночестве в горах, нанявшись пожарным смотрителем. Не думаю, что мне вскоре захочется ее перечитать, хотя когда-нибудь такое желание, скорее всего, возникнет. Поражает способность Керуака видеть и осмысливать все по-новому, по-своему, иногда настолько непривычно, что диву даешься. И изобретать новые, свои собственные слова, необходимые ему для того, чтобы хотя бы приблизительно выразить свои мысли и ощущения. Один из совершенно потрясающих отрывков – гимн Луне в первой книге. Роман написан под сильным влиянием апологии буддизма, что придает ей дополнительное очарование – там много ссылок и прямых цитат из разных сутр, часто опять же переосмысленных по-своему, по-керуаковски. Мне очень понравился рассказ о его путешествии с матерью, в четвертой части второй книги («Протекая сквозь Америку, опять»)… не много, наверное, найдется на свете таких матерей, повезло Джеку. Намного меньше, чем таких раздолбаев-сыновей, как он. P.S. Вот еще одна книга для моей подборки о маргиналах, надо добавить.

<<Единственный ответ что у Алекса Райбратера есть на мой вопрос об ужасе содержится в его глазах, его слова безнадёжно запутались в Джойсовском потоке учёности вроде:

• Ужас Повсюду? А ничего так идейка для нового Туристического Бюро, а? Ты мог бы розложить Армии Кокси по каньонам Аризоны чтоб они покупали тортильи и мороженое у робких навахов только мороженое на самом деле пейотовое мороженое зелёное как фисташки и все возвращаются домой распевая "Адьос Мучачос Компаньерос де ла Вида"-

...
Примерно в таком же стиле я каждый раз отвечаю на вопрос "ну как книга?".
Летом я прочла Керуак - Бродяги Дхармы , и так уж она попала в моё тогдашнее настроение, что сразу стала любимой. Стилем, атмосферой, мыслями...
"Ангелы опустошения" это продолжение истории Бродяг, когда он уже отсидел на своём пике и собирается спускаться.
Наверно, читать в новогодние каникулы данное произведение было не лучшей идеей. Ибо эта книга - лето. Пыль дорог; кир на, полных разным людом, улицах Сан-Франа или в хазах реальных кошаков))
Честно, первые 30-40 страниц (когда он ещё сидит один-одинёшенек на пике, медитируя и расссуждая) мне давались очень тяжело.
Весь текст, будто бессвязный, без знаков препинания (которые, впрочем, и на остальных страницах практически отсутствуют). Но, как было написано в описании творчества Керуака, такой "исповедальный" стиль скоро начинает усваиваться и ты даже, в скором времени, ощущаешь вкус.
Прохладный вкус гор и ночей под небом в спальнике; вкус тесных автобусов и "ночных призраков"; вкус тусовок с сумасшедшими поэтами, которые орут свои дзенские стихи голышом перед камином или на улицах; вкус мексиканских грязных и пряных улиц...
И многое другое. То тут, то там мелькают отсылки к сутрам, Достоевскому, Прусту, Шекспиру или даже переносят нас в Танжер к У.Берроузу...
Книга насыщена. Алкоголем, буддизмом, рассуждениями о Боге...
Хорошо бы пошла под жаркие летние ночи на природе с пивом или вином, хотя даже читая её сейчас - в январе, ощущаешь себя вместе с героями- "под чем-то".

При чтении этого произведения, я, наверное, совершил самую грубую ошибку из возможных - прервался. И это напрочь выбило меня из потока произведения и его вайба. Говорят, Джек написал этот роман всего за три дня, так что же мешает нам прочитать его за один вечер? Я думаю мне бы не составило труда одолеть эту трагичную историю Лео Перспье за один присест, но кто ж знал...

Эта история - наша общая исповедь недавно завершившихся отношений. Знакомые чувства раскаяния, осознание ошибок, косяков и глупых поступков. Сила таких историй в эмоциях и внутреннем переживании, которое бесследно рассеивается по мере умирания времени.

Для примера: расскажите историю болезненного разрыва в его первую неделю, а затем расскажите эту же историю спустя пару лет. Это будут две абсолютно разные истории. Сильнейшие и трагические мелкие детали напрочь уйдут из вашей памяти, оставив некий общий образ. Но общий образ без всех этих драгоценных крупиц, лишь одна из историй прошлого.

И поэтому очень важно прочитать эту историю без остановки, пролететь на одном дыхании... она почти без знаков препинания, потому что это рассказ человека, который боится просыпать детали, и поэтому он быстро проговаривает каждую его буковку, не теряя время на паузы и передышку.

Это безумный эмоциональный ураган, он очень честный в своей обнаженности, однако и очень ошибочен в своём нестабильном состоянии... Какие-то вещи раздуваются до масштабов Вселенной и расшибают до мокрого места, но внутри его души они - кристальная истина.

Как по мне, очень честная книга, однако чего-то мне в ней не хватило.

На данный момент я прочитал у Керуака три книги и это произведение пока наиболее слабое из них. Но оно точно имеет место быть... А если ещё и в нужный момент попадётся, то может очень крепко сдружить автора и читателя...

Но в моём мире Джек-скиталец пока явно превосходит Джека-страдальца.

А что вы знаете про Джека Керуака? Если ничего, то вот несколько слов:

• американский писатель, представитель и король "бит-поколения" ("разбитого поколения", середина 1940-х - 1950-е гг.)
• безумные изменения, происходящие вокруг (в стране, в мире), привели Керуака к отрицанию ценностей
• цель - поиск смысла жизни, средства - наркотики, алкоголь, духовные учения (особенно буддизм), музыка (джаз, особенно бибоп), путешествия по миру и многое другое
• Керуак не только писатель, но и поэт (даже экспериментировал с хайку)
• известные произведения: "В дороге", "Биг-Сур", "Бродяги Дхармы", "И бегемоты сварились в своих бассейнах" и др.

  И что же с "Подземными"?

  Рукопись была напечатана Керуаком за трое суток (!) в 1953 году. Думаю, что не стоит вдаваться в подробности о том, как это повлияло на самого автора. Попробуйте писать три ночи практически без отдыха, выпивая чашки кофе и закидываясь (скорее всего) явно не детскими леденцами. Зачем? На этот вопрос сможет ответить только сам автор, но думаю, вы поняли еще выше, что Керуак обычным писателем не был.

  О чем?

  Действия происходят в Сан-Франциско. Писатель Лео Перспье встречает молодую и необычную цветную девушку Марду, у них любовь, но все не так просто. Ох как не просто! И прежде всего из-за главного героя, который большинство проблем между ними сам себя надумал, нафантазировал, а потом страдает. А почему "Подземные"? Так в то время называли богемную публику, хипстеров, в компании которых тусила Марду и где ее повстречал Лео. Кстати, роман очень автобиографичен (так прототипом Лео является сам Керуак)!

  А в чем прикол?

  Изначально меня удивил сам текст. Приготовьтесь к потоку сознания. Если вы втянетесь, как я, то вам должно понравится. Очень многослойная штука, где нет обычного членения текста на главы, где почти нет знаков препинания, а знак тире является некой паузой в этом сплошном потоке сознания.

  Я читала книгу от издательства "Чтиво". Переводчик (Андрей Щетников) сохранил особенности авторской пунктуации, а в конце очень хорошо прокомментировал многие моменты, что позволило разложить мысли по полочкам.

  Такие книги сложно советовать всем и каждому, да и не надо. Будет здорово, если вы прочитаете и вам захочется узнать больше об авторе, о его технике, о мире, в котором он жил. При этом, думаю, что начать читать Керуака стоило не с этой книги, а с "В дороге".