Исповедь экономического убийцы

Условие заключалось в том, что Саудовская Аравия использует нефтедоллары на покупку ценных бумаг правительства Соединенных Штатов. Проценты, полученные от этих ценных бумаг, будут расходоваться министерством финансов США на то, чтобы помочь Саудовской Аравии выйти из Средневековья и войти в современный индустриальный мир.

Это десятилетие открыло дверь кейнсианской экономике и идее о том, что правительство должно играть главенствующую роль в управлении рынком, а также участвовать в организации здравоохранения, в выплате компенсаций безработным и других формах социальной помощи. Мы уходили от старых представлений о том, что рынок является саморегулирующейся структурой и что вмешательство государства должно быть минимальным.

Замысел Провидения — мессианскую доктрину... Согласно ей завоевание Северной Америки было божественно предопределено и Бог, а не человек приказал уничтожать индейцев, леса, буйволов, осушать болота, перекрывать реки и развивать экономику, основывающуюся на постоянной эксплуатации людей и расходовании природных ресурсов.

Это была группа людей, разделяющих сходные убеждения и интересы, а не комитет избранных, тайно собирающихся в укромных местах и вынашивающих зловещие замыслы.

Кроме того, они руководствовались принципом «выживает сильнейший»: если им посчастливилось родиться в обеспеченной семье, а не в картонной лачуге, они считали своим долгом передать это везение по наследству своим отпрыскам.

... они были убеждены, что коммунизм и терроризм — это порождение зла, а не предсказуемая реакция на решения, которые выносили они и их предшественники.

Оказывается, звучное наименование должности или славное звание доктора наук (PhD) не помогает его носителю понять положение прокаженного, живущего рядом с открытым коллектором нечистот в Джакарте. Я сомневался, что навык манипулирования статистическими данными давал возможность предвидеть будущее. Чем лучше я узнавал тех, чьи решения влияли на судьбы мира, тем с большим скепсисом я относился к их способностям и целям.

Меня поразило, как мое повышение и слухи о моем успехе в переговорах с финансовыми организациями повлияли на отношение ко мне других людей.

На самом же деле мои знания были весьма ограниченны, но недостаток образования и знаний я восполнял нахальством.

Кто может знать, что будет через двадцать пять лет? — спросила она тогда. — Твои предположения ничуть не хуже, чем их. Здесь главное — уверенность.

Я не мог поверить, что наши отцы– основатели предусматривали право на жизнь, свободу и счастье только для граждан Америки.

Зачастую я завидовал людям, подобным Чарли, которые настолько сильно верили в нашу систему, что стремились навязать ее другим странам.

... они спросили, почему американцы никогда не учат их язык. У меня не было ответа на этот вопрос. Не было и объяснений, почему я единственный из американцев или европейцев оказался в этой части города, хотя нас всегда много в гольф– клубе, в шикарных ресторанах, кинотеатрах и дорогих супермаркетах.

Я мог порадовать своих боссов высокой оценкой экономического роста, но он все равно поступит по– своему; моя оценка никак не отразится на генеральном плане.

Они инженеры, — сказала она. — Они проектируют электростанции, линии передачи и электромагистрали, морские порты и дороги для ввоза топлива. Ты единственный, кто предсказывает будущее.

Мы, ЭУ, несем ответственность за очень многие вещи, и в частности за локальные войны, о которых никто не знает за пределами самих воюющих стран.

Городок Шелл... расположился почти на восемь тысяч футов ниже, чем Кито...
Дорога, связывающая два города, одновременно и захватывающая, и мучительная. Местные жители расскажут вам, что в ходе поездки вы побываете во всех временах года за один день.

Они уже подвели нас к точке, когда вся наша мировая культура превратилась в чудовищную машину, непрестанно пожирающую все большее количество топлива и нуждающуюся во все усложняющемся обслуживании.

Нынешняя система зиждется, однако, на вещах более опасных, чем заговор. Ею правит не умысел малочисленной кучки людей, а непререкаемая, как Евангелие, вера в то, что экономический рост несет благо всему человечеству и что чем выше этот рост, тем больше выигрывают все люди.

Я осознал, что мои университетские профессора не понимали подлинной природы макроэкономики: во многих случаях рост экономики приводит к тому, что немногие люди, находящиеся наверху пирамиды, становятся много богаче, в то время как большинство внизу не получает ничего и, напротив, опускается еще ниже.