Исповедь экономического убийцы

В конечном итоге глобальная империя в значительной степени зависит от того, что доллар имеет хождение как резервная мировая валюта, а Вашингтон имеет право печатать эти доллары. Мы даем кредиты таким странам, как Эквадор, прекрасно зная, что они никогда не выплатят их. Фактически мы и не хотим, чтобы они их выплачивали, потому что неспособность возвратить долг дает нам в руки рычаги давления, наш "фунт живой плоти". При нормальных обстоятельствах мы рисковали бы опустошить свои собственные резервы: в конце концов, ни один кредитор не может позволить себе, что бы количество невозвращенных долгов было слишком большим. Однако мы находимся не в обычных обстоятельствах. Соединенные штаты печатают деньги, не обеспеченные золотом. Они вообще ничем не обеспечены, кроме уверенности всего мира в нашей экономике и способности руководить силами и ресурсами империи, которую мы создали для поддержания самих себя.

Если ЭУ (экономический убийца) добился полного успеха, кредит является настолько большим, что должник вынужден объявить дефолт по своим платежам уже через несколько лет. Когда это случается, мы подобно мафии, требуем свой кусок мяса. Это часто означает что нибудь из следующего набора: контроль над голосованием в ООН, размещение военных баз или доступ к ценным ресурсам типа нефти или Панамского канала. Конечно же, должник по прежнему все ещё должен нам деньги — и ещё одна страна включена в глобальную империю.

Отношение дохода одной пятой населения мира, проживающего в наиболее развитых странах, к доходу одной пятой населения мира, проживающей в беднейших странах, увеличилось с 30:1 в 1960 г. до 74:1 в 1995 г.. Соединенные Штаты потратили более 87 миллиардов долларов на войну в Ираке, в то время как, по оценкам ООН, половины этой суммы хватило бы на обеспечение чистой воды, адекватной диеты, санитарных услуг и начального образования для каждого человека на планете.
И мы еще удивляемся, почему нас атакуют террористы?

В 1974 году дипломат из Саудовской Аравии показал мне
фотографии Эр-Рияда, столицы страны. На одной из фотографий я увидел стадо коз, бродивших среди мусорных
куч рядом с правительственным зданием. Я поинтересовался, что это за козы; ответ шокировал меня. Он сказал, что
это была главная система очистки города.
– Ни один уважающий себя саудовец никогда не станет
собирать мусор, – сказал он. – Это делают животные.
Козы! В столице крупнейшего нефтедобывающего королевства мира! Я не мог в это поверить.

Женщина с хорошим английским посмотрела мне прямо в глаза: «Перестаньте быть такими жадными, – ответила она, – и такими эгоистичными. Поймите, что в мире есть еще кое-что, кроме ваших огромных зданий и складов. Люди голодают, а вы думаете лишь о бензине для своих автомобилей. Младенцы умирают от жажды, а вы листаете модные журналы в поисках последних моделей. Страны, подобные нашей, утопают в нищете, но вы даже не слышите наших криков о помощи. Вы затыкаете уши, когда вам говорят подобные вещи. Вы клеите ярлыки радикалов и коммунистов. Вы должны открыть свои сердца бедным и растоптанным, вместо того, чтобы тащить их в нищету и рабство. У вас не так много осталось времени. Если вы не изменитесь, вы обречены».

Идея мировой священной войны, безусловно, беспокоила меня. Чем дольше я размышлял над этим, тем больше убеждался в том, что она вполне возможна. Однако мне казалось, что если джихаду и суждено начаться, это будет, скорее, война не между исламским и христианским миром, а между МРС (менее развитыми странами) и РС (развитыми странами), при этом мусульмане могут быть в первых рядах. РС пользуются ресурсами, МРС их поставляют. Это все та же колониальная система, существующая для того, чтобы имеющие силу и ограниченные естественные ресурсы могли легко эксплуатировать слабых, но обладающих природными богатствами.