Small World

Мало того, что еще один замечательный англичанин пополнил мою коллекцию, так он еще и пишет с искрометным юмором о наболевшем - академической науке, не к ночи буде помянута.

В этой книге Дэвид Лодж знатно постебался и над пресловутыми научными конференциями, на которые вы приезжаете со своим докладом (тема которого реально интересна в лучшем случае нескольким товарищам вашей секции), чтобы тихонько подремать под все остальные (и напиться, простите, установить дружественные контакты с коллегами вечером во время банкета), и над выбором тем диссертаций (помоднее, да повычурнее), и над заумными речами ученых мужей, которые без словаря не разберешь, и над "творческими отпусками" (увы, это их реальность, не наша), и над несоответствием идей и реальности (убежденная марксистка в сапогах от "прадо", потягивающая мартини на собственной вилле, как вам?), и над авторитетами, из-за которых молодежи нет пути-дороги, и еще над сотней вещей.

В книге целая толпа забавных персонажей: от Перса МакГарригла (Персика), который гоняется по научным конференциям за вечно ускользающей от него очаровательной и подающей надежды специалисткой по любовным романам, до старушки мисс Мейден, громко вещающей о фаллических символах и прочих фрейдистских радостях.

Книга бесподобна. Давно так не смеялась и не вычитывала друзьям цитаты (кое-что добавлю и сюда). Кстати, это по сути продолжение другого романа Лоджа "Академический обмен", хотя читается как вполне себе самостоятельное произведение. Единственное "нэ" - немного скомканной и непродуманной показалась концовка, но это "нэ" ни капли не испортило общего впечатления.
В первую очередь, рекомендую любителям английской литературы, филологам (они и есть главные герои) и аспирантам-преподавателям, хотя вообще-то, думаю, книга придется по вкусу многим.

Все-таки Дэвид Лодж непередаваемо хорош. Ужаснейший зануда, редкостный пошляк и великолепный юморист, который настолько бесподобно умеет изрядно шутить и утрировать, что просто вау! Шикарный сюжет по своей динамике... Вздохнуть просто не успеваешь. Куча персонажей, которые почти все выходят рано или поздно на первый план. Параллельное повествование, причем маленькими кусочками, но вот ничего не путается в голове и легко выстраивается в мыслях образ каждого персонажа, его ветки развития и его взаимоотношения с другими. Вроде бы и не замысловатый сюжет. И порой, кажется, пора бы и заскучать от излишнего занудства, но тут автор удачно вписывает в сюжет тонкую шутку. И как-то по-доброму у него это выходит. В общем тут вам и доброта, и лукавство, и изрядная доля цинизма... И все в одном флаконе. Вот такой по-своему уникальный и увлекающий в свои сети автор...

А пишет Лодж о писательской среде и многочисленных конференциях, которые высмеивает очень уж задорно! Так и живут герои в самолетах да в гостиницах, перемещаясь по всему белому свету со скоростью света. Тут вам и семейные драмы, и розовая романтика с мечтательностью, и кризисы в отношениях, и простая такая понятная человеческая зависть, и такое доступное многим желание прыгнуть как можно выше... И много-много-много чего человеческого, настоящего и такого близкого многим поколениям. Умеет автор проникнуть как можно глубже. Умеет.

У фактуры академического романа легко узнаваемое, практически нутряное качество - текст выглядит репортажем из научного чрева, откуда писатель вместо себя выталкивает сводки для посвященных: глубинная интимность отчетов переложена шутками и гэгами для своих же - и прилепившийся к пульсирующей учености, и отлепившийся от нее в свое время прилежно помнит, что стоя под балконом Джульетты можно и схлопотать зад Алисон в лицо.

"Тесен мир" Дэвида Лоджа - с подзаголовком "Академический любовный роман" - представляет собой смешение всей отчетливой актуальности начала восьмидесятых: большого мира, наспех заштрихованного перелетным пунктиром, когда ученый нарратолог отправляется из точки А в точку С, чтобы, сделав передышку в точке В, на мгновение стать деконструктивистом, социомарксистом или даже маолигнвистом. Научный мир восьмидесятых - не наших восьмидесятых, конечно, а восхитительно чужих и инаковых восьмидесятых - мир, разлинованный конференциями и аэропортными стойками, где и Шекспир и Барт тянутся за своими исследователями как чемоданчики на колесах, подпрыгивая цитациями на выбоинах стамбульских дорог и повисая идеями в шкафу иерусалимского хилтона.

Продолжение "Академического обмена", расположенное по времени куда ближе к чистому и распухающему на глазах торжеству постмодернизма, великолепно слеплено из множества предыдущих опытов, множества отчетов предыдущих чревовещателей - от теории любовного романа, настоящего любовного романа, парцифалеобразного и детруаизированного, до "Кентерберийских рассказов" Чосера - и закольцовано в самое английское колечко исходных текстов, артуровский цикл.

Здесь профессора, потрепанные долгим изучением второразрядных классиков, тихонько укладывают вещи, мечтая об адюльтере и другой реальности за пределами монографий и десяти лет супружеской жизни. Конференция - то там, то тут, но главное - не здесь, - становятся для них чем-то вроде кентерберийского паломничества, можно, пожалуй, отыграть епитимью в виде доклада, но дорога, попутчики и приключения стоят того.

Здесь юный рыцарь в образе начинающего препода из города Лимерика, старательно цепляясь за свою выпестованную ирландскую девственность как за щит - описывает круги вокруг земного шара в поисках одной-единственной дамы.

Здесь с десяток академиков, потрясая идеями и теориями критического анализа лупят друг друга по репутациям в надежде обойти всех на пути к научному аналогу Грааля - кафедре ЛитКрита при ЮНЕСКО. Здесь всюду образы и цитаты, Эллиот перемежается Шекспиром, Лозанна - Веной, научный марксизм - роскошью, а сюжет - приключениями, которые оканчиваются в Лимерике, чтобы начаться вновь - скажем, в Гонолулу. Мир оказывается убедительно тесен, когда его соединяют слова, мысли и книги, потому что в какой-то степени остается альма-маткой для тех, кто следует апрельским путем чосеровских паломников.

Если вам приходится работать в жару, то обзавидуетесь героям. Летают на конференции по всему миру, выбирая ,где побывать и кого послушать, что посмотреть.
Неужели у преподавателей такая возможность есть или автор преувеличил?
Попытайся я написать о наших конференциях ( особенно- в борьбе за грант) , то вышел бы триллер или сатирический детектив.
У Дэвида Лоджа борьба за синекуру не выглядит мрачной и бесчеловечной; а участники- злобными и подлыми. Скорее- милашками, соревнующимися в остроумии.
Как обычно- плюс за атмосферу легкости, авантюрности, непредсказуемости.
После чтения нет "растрепанной" души, а взбодренность и успокоенность. Все будет хорошо. Мы еще потолчемся рядом, еще пошутим.
Минусов два. Первый- любовная история Перса. Но она же порадует любителей подобного жанра.
Второй - финал этого лямура. Недотепа, лишившийся девственности, вдруг прозревает: не в морде лица красота!
"Академический обмен" мне понравился больше. То ли герои поднадоели автору, то ли их было много на "квадратный лист", то ли шутки стали натужнее?
Удовольствие получил, но - как сказала бы Сибил- оргазма не случилось.

Если вам приходится работать в жару, то обзавидуетесь героям. Летают на конференции по всему миру, выбирая ,где побывать и кого послушать, что посмотреть.
Неужели у преподавателей такая возможность есть или автор преувеличил?
Попытайся я написать о наших конференциях ( особенно- в борьбе за грант) , то вышел бы триллер или сатирический детектив.
У Дэвида Лоджа борьба за синекуру не выглядит мрачной и бесчеловечной; а участники- злобными и подлыми. Скорее- милашками, соревнующимися в остроумии.
Как обычно- плюс за атмосферу легкости, авантюрности, непредсказуемости.
После чтения нет "растрепанной" души, а взбодренность и успокоенность. Все будет хорошо. Мы еще потолчемся рядом, еще пошутим.
Минусов два. Первый- любовная история Перса. Но она же порадует любителей подобного жанра.
Второй - финал этого лямура. Недотепа, лишившийся девственности, вдруг прозревает: не в морде лица красота!
"Академический обмен" мне понравился больше. То ли герои поднадоели автору, то ли их было много на "квадратный лист", то ли шутки стали натужнее?
Удовольствие получил, но - как сказала бы Сибил- оргазма не случилось.

— Что ж, говорит Перс, — мир тесен. У вас в японском есть такое выражение?
— Мир узок, — говорит Акира, — мы говорим: мир узок.

Довольно условное "продолжение" романа "Академический обмен". Мы попадаем в знакомые места (Раммидж) и встречаем старых друзей (профессор Цапп и Лоу и др.). Полностью погружаемся в академический мир: конференции, обсуждения, публикации. Множество профессоров разбросано по всему миру, они кочуют с места на место, встречаясь со своими знакомыми в самых невероятных точках. Эти люди, такие ученые, умные, тоже люди: кто-то переживает творческий кризис, кто-то до нервного срыва завидует своему коллеге, кто-то пускается в сексуальные приключения. А кто-то опрометчиво влюбляется и мотается по свету в поисках девушки своей мечты.
Как бы Дэвид Лодж не играл своими персонажами, в конце концов он дает им выйти победителями в этом безумии, каждый получает желаемое. За исключением должности в ЮНЕСКО, конечно.)

Мир вообще, как известно, тесен, а мир академической науки тесен вдвойне. Все друг друга рецензируют, ездят по одним и тем же конференциям, грызутся за одни и те же гранты. Нынешний ученый живет в самолете, перелетая с континента на континент из одного университета в другой, с одной конференции на другую. Сложно написать только первую книгу, войти в мир научной элиты. Потом работы будет все меньше, а денег все больше. Венцом карьеры может стать полная профессорская ставка при полном отсутствии нагрузки и нескончаемом творческом отпуске. Но почему-то чем выше поднимается человек по научной лестнице, тем менее счастливым и удовлетворенным он себя чувствует.
Книга обворожительная. Наконец-то нашелся человек, который иронично и правдиво описал, что собой представляет так называемая академическая жизнь. Для чего на самом деле пишутся научные статьи и созываются международные конференции. Характеры живые и узнаваемые. Несмотря на легкость слога, повествование довольно глубокое и местами совсем невеселое.

Неплохая книга, но хуже, чем первая часть трилогии - "Академический обмен". В "Обмене" сочувствуешь всем - все живые, здесь же чувствуется некая схематичность персонажей - даже знакомых. Например, Дезире в "Мир тесен" - мутный призрак той полнокровной героини, что была в "Обмене".
И еще: большая часть романа об ученых-филологах состоит из описания полетов на самолете или пребывания героев в ожидании полета. Тем, кто боится летать, лучше не читать: количество аварийных ситуаций или авиакатастроф критическое для романа, название которого не "Аэропорт". Просто так Лодж (слегка назойливо) пытается передать мысль, изложенную на первой же странице: что современные ученые - странствующие рыцари от науки.

Мир тесен, а еще более тесной оказалась книга с этим названием.
С каждой страницы торчат ноги, руки, головы и первичные половые признаки героев этого сумбурного повествования. Господин Лодж, к сожалению, переборщил с количеством героев и переплетением их судеб. Должно было получиться весело и абсурдно. Не вышло. А жаль.
И да, я понимаю, что произведение этого жанра не должно быть особо логичным, но каким образом в первой части Лоу и Цапп ни разу вообще не заикались о конференциях, которыми напичкана эта книга?
Не, начинать анализировать бесполезно. Как мне понравился академический обмен, так разочаровал этот тесный мир...

Большая, солидная вещь. Несмотря на объем, читается довольно легко. Сюжет местами начинает лететь буквально галопом, местами приостанавливается. Очень много занятных подробностей из жизни профессоров-литературоведов, например, фишка с японским переводом названий шекспировких пьес. Когда-то я участвовала в конференциях по своей специальности, а потому подробное описание хода конференции в начале было очень занимательно для меня. Тем более, что частенько так все скомкано и получалось. Ну а еще здесь нашлось место нескольким любовным линиям и даже детективу. В общем, добротная вещь.