Избранное

Смеётся тот, кто смеётся последним? И без последствий? А возможна ли игра-дуэль между двумя улыбками: женской и мужской? Например, с одной стороны поля сражения – мягкое сияние джокондовской улыбки, а с другой – раскатистый гром донжуанского смеха. Нечто подобное как раз и можно увидеть в этой новелле Хаксли.

Играя с жизнью, мы можем и не подозревать, что на самом-то деле это жизнь, возможно, играет с нами. Многие ведь воображают себя кукловодами и уверены, что держат все нити в своих руках. Но иногда не так уж и просто бывает понять, кто же ты: кукловод или всего лишь танцующая марионетка. Так что часто остаётся открытым вопрос: кто с кем играет? Ведь в любой момент игроки могут неожиданно поменяться ролями, даже не заметив этого…

Мистер Хаттон является типичным представителем известной породы мужчин под названием - Дон Жуан обыкновенный. Хоть Дон Жуан, в отличие от Казановы, на самом деле женщин ненавидит, но они ему необходимы для подтверждения своих мужских достоинств в сексе. Ведь если мужские качества в характере мужчины, психологически оставшегося ребёнком, выражены слабо, то он стремится компенсировать этот недостаток, придавая особое значение своей мужской роли в интимных отношениях.

Генри Хаттон гордился своими успехами у женщин и любил улыбаться собственному отражению в зеркале. Но всё же у него хватало ума понимать, что он плохо разбирается и в себе, и в других людях. Будучи женатым, Генри, конечно же, имел любовниц, к которым не испытывал никаких серьёзных чувств. Впрочем, как и к жене. Хотя на ненависть он был способен. И сразу начинал терять терпение, когда больная жена требовала внимания. Ещё в молодости мистер Хаттон обнаружил, что он не только не жалеет бедных, слабых и больных, но попросту ненавидит их, испытывая чувство гадливости.

Мисс Спенс, 36-летняя девственница, неизменно вызывала у Генри любопытство. Однажды её особенную улыбку он полунасмешливо назвал улыбкой Джоконды. Но Дженнет Спенс приняла комплимент за чистую монету и с тех пор старалась держаться на высоте леонардовского образа. Однако, на самом деле Хаттона порой даже раздражала эта улыбка. А саму её носительницу он считал хоть загадочной и милейшей, но при этом странной и глупой, приписывая ей узость кругозора, интеллектуальный снобизм и отсутствие вкуса.

Этот неисправимый Дон Жуан чисто автоматически посылал таинственной Джоконде воздушные поцелуи и привычно подавал ей ложные надежды на возможный любовный роман. Но вскоре после совместного завтрака супругов Хаттон с Дженнет Спенс, приглашённой к ним в дом, неожиданно умирает миссис Хаттон. И всё переворачивается с ног на голову...

На мой взгляд, это совсем не детектив в привычном понимании. Поэтому отсутствие интриги в раскрытии преступления и тот факт, что виновник смерти известен почти сразу, не имеют никакого значения. Каждому из этих двоих (Джоконде и Дон Жуану) в любом случае ясно, убивал он или нет. И в том, кто из них понесёт судебное наказание, тоже нет сомнений. Но не секрет и то, что есть ещё и высший судья. И вряд ли он освободит хоть кого-то от ответственности за свои поступки.

Автор из позапрошлого века поднимает темы весьма актуальные. Если принять за правило игры читая не замечать архаизмов, то вполне себе современный роман. Я бы не отнес его к жанру "антиутопия"... По мне так вполне себе утопия, в нынешнее время ближе к научной фантастике... Мне понравилась легкость и игривость изложения ))) Особенно про Бога Форда с моделью Т (мне прям видится Элон Маск)... Роману уж скоро сто лет, а культ потребления вызрел в серьезный тренд... Скоро легализуют везде легкие наркотики и вопрос с "сомой" (которую охотно потребляют жители городов) тоже будет закрыт... Институт брака, в классическом понимании тоже деградировал примерно в то, что описывает автор... Кастовая система? Ну вот тут пожалуй еще тенденции я не заметил в современном обществе.
Книга годная и полезная для прочтения, для расширения кругозора обязательна ;)

Прочел, чтобы «завершить круг» трех книг, которые повлияли друг на друга («1984» Оруэлла/«Мы» Замятина/«О дивный новый мир» Хаксли)

Из этих 3-х произведений роман Хаксли понравился меньше всего.
Нет «нерва», нет духоты и ужаса всепроникающей политической машины, как в «1984»; нет действительно унифицированного общества, как в «Мы».

Да, есть клонирование, есть какие-то устои... Но в целом просто складывается впечатление, что это просто вывихнутое на биологии общество, не более того.

Антиутопией в классическом понимании уничтожения человека как личности это назвать трудно. Просто роман о странном государстве и небольшой девиации в развитии 3-х главных героев.

Оценка - пусть будет «нейтрально».

Сложно писать рецензию к такому произведению. Оно описывает несуществующий мир, проанализировать механизмы устройства которого не так просто для обычного, среднестатистического человека, хотелось бы обладать знаниями психологии, хотя бы базовыми, социологии и еще чем-то в этом роде, чтоб свободно владеть всеми терминами и понятиями. Но, увы, это не про меня. Мои познания в этих вопросах настолько скудны, что жалкие потуги что-то проанализировать окажутся смешными и нелепыми. Хотя даже простому человеку понятны некоторые параллели, которые можно провести между миром, описанным Олдосом Хаксли, и реальным миром, в котором мы живем. Антиутопии преувеличивают проблемы современного общества, возводя их в максимальную степень, доводя до крайности, чтоб подсветить все огрехи нашего мироустройства. Порой читать такие произведения просто необходимо, чтоб остановиться, задуматься о том, что мы делаем и к чему движемся. К сожалению, эти вспышки осознанности столь скоротечны настолько, что никаких изменений в нашу жизнь не вносят, и мы движемся туда, куда двигались и до этого. И все-таки этот краткий миг прекрасен и ужасен одновременно. Страшно становится от осознания того, что наш мир не идеален, а также от понимания, что все попытки сделать его таковым заранее обречены на провал. У медали всегда две стороны. Человек хотел использовать атом для получения электроэнергии, а в дополнение получил атомную бомбу. Человек создал Интернет для того, чтоб открыть для человечества новые возможности, а вместе с ними получил... ну, не мне вам описывать, что мы получили. Все имеет свою цену, за все нужно платить. На что будет готово человечество ради своей безопасности и комфорта? Что будет обратной стороной этой медали? Готовы ли мы будем заплатить такую цену? Будет ли это отказ от личности и индивидуальности взамен на стабильность, безопасность и комфорт? Досмотр багажа в аэропортах и вокзалах – да, мы согласны, ведь речь о нашей безопасности. Камеры везде и всюду – но ведь так безопасней, пусть следят. Ах, наши действия в сети отслеживаются – ну что ж, зато это залог нашей безопасности. «Умный дом» знает меня лучше, чем я сам, но это здорово, потому что удобно. Во многом мы уже сдвигаем личные границы. И с каждым годом эта границы становятся все менее четкими. Все охотнее и охотнее от личного мы отказываемся сами – под влиянием моды, мнения окружающих, здравого или не очень смысла. Наши жизненные ориентиры смещаются в сторону комфорта – покупать, покупать, покупать. Еще больше, еще круче, еще новее. Все мы модные и красивые – как под копирку. Искусство наше становится все примитивнее. Или это только кажется? Нам, безусловно, далеко до мира, описанного в книге, но мы уверенно движемся в этом направлении. И обретем ли мы в конце этой дороги счастье? Будет ли это счастье реальным счастьем? И что же делать? Надеть шапочку из фольги, прослыть чудаком и пытаться жить по своим правилам? Смириться, плыть по течению, куда бы оно нас не вынесло? Пойду приму свой аналог сомы – у каждого он свой – и забуду обо всем этом.

Еще позавчера прочитав роман Хаксли «О дивный новый мир», я с уверенностью разглагольствовала, что хочу иметь право быть несчастной до чертиков и счастливой до безумия. Мне отвратителен мир, где царит физическое удовлетворение, но нет возможности быть по настоящему счастливой или несчастной. Нельзя назвать «дивный, новый мир» счастливым. Он просто довольный: от еды, от развлечений, от секса, даже от работы, если уж на то пошло. Настоящих сильных чувств и эмоций там нет. И такой мир для меня ужасен.

А вчера меня предали. И моя вселенная рухнула. И я всю ночь сидела на полу и выла от того, что невыносимо больно это осознать и совсем невыносимо с этим жить. По иронии судьбы я воспользовалась своим правом, которое отстаивала перед оппонентами с пеной у рта - быть несчастной. У меня нет сомы. Но видит Бог, если бы она у меня была в тот момент, я не совсем уверена, что я бы ее не приняла, даже осознавая, что это самая настоящая эвтаназия чувств.

Сейчас мне лучше. Я вполне адекватно осознаю, что нельзя прожить жизнь, не наткнувшись на корысть, измену и предательство. Я восхищаюсь теми, кто вышел из всей этой грязи сильным и стойким оловянным солдатиком. Но я больше не обвиняю мир, который отказался от настоящего счастья, чтобы не испытывать настоящего горя. Это был их совершенно сознательный выбор, каким бы страшным и абсурдным он для нас ни казался.

О дивный новый мир, в котором обитают такие люди...

О, Форд Всемогущий! Как же я раньше не добралась до Хаксли? И это с моей любовью к антиутопиям середины ХХ века, которые так интересно сравнивать с тем, что сегодня показывают в новостях? И это с моей любовью к английской литературе? И это при том, что мы уже живем практически в том самом дивном новом мире, который обещает всем "Общность. Одинаковость. Стабильность"? В общем, теряюсь от стыда и краснею от кончиков ушей до самых пяток, что руки до этой книги не дошли раньше. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда...

Книга - великолепна. Ни больше, ни меньше. Очень целостная, очень емкая. Очень концептуальная, как для второго десятилетия XXI века.

Общество, которое счастливо. В котором все равны. И никто не ровнее остальных. Все обитатели дивного нового мира - родом из пробирки. Все разделены на касты, согласно генетической предрасположенности. И каждый, хоть дебилы-эпсилоны, хоть умники-альфы, на все 100% уверен в том, что без него и без его посильного труда общество рухнет. Общество, в котором нет недовольных - все "рождены" методами бокановскизации и воспитаны методами гипнопедии. Слова "мать" и "отец" - самые страшные ругательства, а читать Шекспира - моветон, ведь это старье. Хуже всего - быть рожденным живой женщиной. Или влюбиться в девушку. Ведь в дивном новом мире нет нужды в любви и страсти - можно поманить пальцем любую приглянувшуюся особь противоположного пола, и развлечение на ночь - обеспечено. И это - хороший тон. Куда лучше, чем безответная любовь, за которую общество может и наказать. А если тебе стало грустно - не надо плакать и прятаться от общества - можно просто выпить грамм сомы. А еще лучше - два. Чтобы наверняка. Ведь еще во время сеансов гипнопедии в младенческом возрасте все усваивают, что «Сому ам – и нету драм» и «Лучше полграмма, чем ругань и драма». В общем, секс-наркотики-и-рок-н-ролл в действии. Сбывшаяся мечта всех хиппи шестидесятых. И, наверняка, никогда не высказанная вслух мечта политиков всех уровней - общество, которое всегда довольно и всегда готово потреблять. А что может быть важнее?

По сотне повторений три раза в неделю в течение четырех лет, - презрительно подумал Бернард; он был специалист-гипнопед. – Шестьдесят две тысячи четыреста повторений – и готова истина. Идиоты!

Лично меня в книге больше всего восхитило виртуозное вкрапление безнадежно устаревшего Шекспира, который очень контрастен на фоне технократичного общества. Но просто гениально отражает все пороки дивного нового мира. А разговор Дикаря и Главноумправителя Мустафы Монда!!! Разве он не восхитителен? Разве не восхитительна вся книга, которая просто вопит о том, что стабильному миру не нужна Свобода?

Как для «фордов» необходима сталь, так для трагедий необходима социальная нестабильность. Теперь же мир стабилен, устойчив. Люди счастливы; они получают все, что хотят, и не способны хотеть того, чего получить не могут. Они живут в достатке, в безопасности; не знают болезней; не боятся смерти; блаженно не ведают страсти и старости; им не отравляют жизнь отцы с матерями; нет у них ни жен, ни детей, ни любовей – и, стало быть, нет треволнений; они так сформованы, что практически не могут выйти из рамок положенного. Если же и случаются сбои, то к нашим услугам сома. А вы ее выкидываете в окошко, мистер Дикарь, во имя свободы. Свободы!

В качестве небольшого теста задала одному хорошему приятелю вопрос: "Хотел бы ты жить в мире, где царит свободный секс? Где всегда можно выпить водки/скушать таблетку, если на душе фигово? Где все довольны своей работой и уровнем жизни? Где никто не болеет и никто не стареет? Где все стабильно и нет войн?". И он ответил: "Это же рай!". И, больше чем уверена, что так ответил бы каждый второй, если не каждый первый на улицах любого из городов... Вот так-то... Вот они, жители дивного нового мира, ходят по улицам, сидят в ящиках стеклянных офисов, бегут с работы и на работу... И вот они, Главноуправители, в выпусках вечерних новостей, которые раскидывают мозгами над тем, как сделать общество еще стабильнее и еще покорнее. Глядишь, и купоны на сому перед ближайшими выборами появятся... А что, действительно - "Сомы грамм - и нету драм". Чем плохо?

Книжный вызов 2011

Завершаю изучение антиутопий этим замечательным произведением.

Если ранее изученные мной 1984, Мы, Скотный двор и 451 по Фаренгейту представляют собой частные моменты будущего ("1984" - тотальный контроль, "Мы" - Контроль на пользу науки с идеализацией математики обесцениваем чувств, "Скотный двор" - лицемерие и карикатура на Советский союз, "451 по Фаренгейту" - отношение к книгам и знаниям), то "О дивный новый мир" - это целая вселенная, отражающая идеальное счастливое будущее без проблем.

Ключевые мысли романа

Тотальный контроль через генетику

Главный инструмент нового мира - не насилие, а наука. Люди не рождаются, а выращиваются на заводах и с момента нахождения в пробирке программируются на выполнение строго определенной функции. Им внушают любить ту участь, которая для них уготована.

Стабильность любой ценой

Главная ценность этого общества - стабильность. Ради нее пожертвовали всем: искусством, подлинной наукой, религией, любовью и даже сильными эмоциями. Любое отклонение считается угрозой.

Цитата Главноуправителя Мустафы Монда, объясняющего, почему люди должны быть предсказуемыми винтиками в механизме:

Диагноз общества потребления, доведенного до абсолюта:

Уничтожение индивидуальности и чувств

В мире Хаксли одиночество, глубокая привязанность, ревность или переживания - это болезни, которые лечатся таблеткой сомы (легального наркотика). Лозунг "Каждый принадлежит каждому" уничтожает семью и личное пространство.

Линайна повторяет эту фразу как мантру, демонстрируя, как глубоко в людей встроен страх перед личными переживаниями:

Слова Бернарда Маркса, бунтаря поневоле, который хочет сохранить свое "Я":

Отказ от высокого искусства и истины ради развлечения

Общество потребления не нуждается в Шекспире или правде. Им нужны развлечения, спорт и товары. Глубинные переживания заменяются синтетической музыкой, сексом и сомой.

Цивилизация держится на тех, кто не задумывается о высоких материях, а занят конкретным, узким делом.

Дилемма счастья и истины

Кульминацией философии романа становится спор Дикаря , выросшего в резервации и читавшего Шекспира, с Главноуправителем Мустафой. Дикарь требует права на настоящие чувства, даже если они приносят боль. Главноуправитель же указывает на обратную сторону медали — право на страдания.

Этот диалог — сердце романа: готовы ли мы заплатить за стабильность и сытость ценой своей человечности?

Итоговая мысль Хаксли горька, но прозорлива: людей не нужно порабощать танками, если они полюбят свои цепи.

Книга безусловно является шедевром, рекомендую прочесть каждому!

Эх, не сложилось у меня с этой книгой. Безуспешно я пыталась ею проникнуться, заставляла себя читать дальше, но ничего, кроме равнодушия, не испытала. Не моя книга. Слишком много вопросов у меня возникло к сюжету и персонажам.

Может, это у меня проблемы с логикой, но я так и не смогла понять устройство показываемой антиутопии и, самое главное, ее смысл. Как возникло это странное общество? В книге это толком не объясняется. С чего бы это люди ни с того, ни с сего решили отказаться от своего права на естественность? Как миллионы женщин разом согласились отказаться от детей и позволили себя стерилизовать? Так же не понятно, этот «дивный новый мир» – это только Англия или это общемировой тренд? Если общемировой, так тем более интересно, как им, при его античеловечности, могли заразиться миллиарды жителей планеты, наплевав на собственные культурные особенности и интересы.

Еще я не понимаю зацикленности Хаксли на идее «естественных родов» и сексе. С большим удовольствием я бы послушала о политике «нового мира», об экономике, о культуре, да хоть о бытовых мелочах. Но то, на чем строится любое, в т.ч. диктаторское, государство, тут осталось без внимания. Намного «интереснее» бесконечно разбирать, как детей выращивают в пробирках, как всех заставляют (именно заставляют!) спариваться со всеми и как внушают отвращение к цветам, книгам и словам «мать» и «отец». Но даже наиболее раскрытые темы кажутся мне... странными.

У героев этой книги диктатура или не диктатура? Хорошо, это не так важно. Просто такой своеобразный строй. Но на кой он нужен? Какова цель этого строя? Чтобы – что? В начале дано смазанное объяснение: «Ну, нужно было вырастить потребителей, и поэтому мы растим детей в пробирках, и поэтому мы делим их по классам, и поэтому они так похожи…» Если главным в идеологии объявляется «потребление», то у нас большие проблемы. Ибо не нужно контролировать людей, не нужно растить их в пробирках и внушать им что-то с самого детства, чтобы они что-то там потребляли. Мы все, живые и свободные люди, потребляем с рождения, и никакой указки сверху нам не нужно. Мы покупаем еду, бытовые принадлежности, одежду, технику, различные услуги, мы покупаем книги и цветы, лыжи и санки, билеты на концерт и билеты в Китай. Любая трата денег – это потребление чего-то, и это нормально. Чем больше человек получает денег, тем больше он потребляет, что логично: покупает лучшие продукты, лучшие модели телефонов, ноутбуков и холодильников, покупает больше книг и чаще ходит в театр – в зависимости от интересов. Вот и на кой героям книги воспитывать каких-то особых потребителей?

И интересный момент, раз уж Хаксли уделил этому так много внимания: как личная жизнь мешает потреблению? К чему этот полный отказ от обычного деторождения, стерилизация женщин, «ибо рожать плохо»? Дети как-то мешают потреблению? По моим наблюдениям, с появлением детей в семье наоборот возрастают расходы, не случайно же детские вещи и питание такие дорогие. Как любовь к цветам и книгам (ими пугают детей в самом начале) мешает потреблению? Посмотрите, сколько стоят цветы и книги! Это тоже дорогое удовольствие. Рожать детей запрещено. Ну хорошо – а что за государственная установка на количество половых партнеров? Зачем это нужно? Чем мешает обычный брак или просто моногамные отношения? На любимого человека априори хочется тратить больше: цветы, конфеты, разные подарки, концерты и музеи, а потом свадьба и дорогие кольца, и платье, и путешествие, и приобретение своего жилья, и ремонт, и новая мебель… Это же какие деньги! Сколько разных людей занято в этом процессе, сколько разных услуг требуется! Да и зачем ломать человеческие судьбы?

И, на минуточку, зачем делить людей на касты – «альфы» там, «беты» и проч.? Зачем в современном мире создавать искусственное неравенство, если природа уже позаботилась о естественном? Увы, но мы неравны с самого рождения (и я не о финансовом положении). Кто-то умнее, талантливее, имеет мечты и цели. А кому-то для счастья достаточно залиться алкоголем и побуянить. На кой нужны эти новые усложнения?

Запреты могли бы работать на драматизм, но я просто не верю, не могу проникнуться историей, ибо не понимаю логику этих запретов. У Замятина в «Мы» тоже было множество абстрактных моментов, но там строили какой-то «математический коммунизм», там не было нелепой идеологии потребления. Если бы идеология в книге не навязывалась героям с самого начала, а они бы сами выбирали этот образ жизни, то у меня бы не было вопросов. Но навязывать? Зачем?..

Так как нет ответов на простейшие вопросы, невозможно сопереживать главным героям. Лично мне все герои были неприятны. С чего бы мне им сочувствовать, если я им не верю совершенно?

«О дивный новый мир» в итоге кажется странным – в плохом смысле. Странные персонажи, не похожие на реальных людей, сюжет, который тоже словно об инопланетянах, и обличение строя, которого не было и быть не может. Лучше прочитать Замятина, которым и вдохновлялся Хаксли.

В пору начала моего литературного образования, прочитал я «451 градус по Фаренгейту». Разумеется, после того, как закрыл последнюю страницу, полез в интернет, чтобы посмотреть, что это такое было. Оказалось антиутопия. Рядом с именем Брэдбери стояли фамилии Оруэлла и Хаксли. С тех пор, моя мысль постоянно возвращалась к их антиутопиям. Я в восторгах перед «1984» рассыпаться не буду, а то весь рассыплюсь. К Хаксли же я шел долго, очень долго, и еще немного. И пришел. Суть в том, что я рад, что прочитал Хаксли последним из указанных авторов, иначе не знаю, какое бы сложилось у меня мнение об антиутопиях.

«О дивный новый мир» - замечательное произведение. Без шуток. Мне очень понравился роман, прочитан он был с удовольствием. Поэтому оценка соответствующая, но добавим пару ложек медового дёгтя или дегтярного меда. «Мир» не «страшная» антиутопия. Здесь нет ужаса «1984», нет той атмосферы обреченности, и стойкий запах тленности мира не витает. Хаксли пошел по другому пути, он дал людям хлеба и зрелищ, и больше человекам ничего не надо. Может быть книги? Хм, думаю, лучше сомы грамм и в Амстердам. Может быть свобода воли? Повторить предложение про сому, добавив еще грамм. И, в общем, любая духовная свобода заменена плотскими утехами, наркотиками и ощущательными киношками. Круто. Но не страшно. Чего сейчас из этого нет? Только тактильного кино да запахового сексофона. Есть, но не в таких масштабах, а может и в таких? Так вот, мое мнение о такой возможности развития мира отрицательно. Люди не получат удовольствия от тоталитаризма. Тоталитаризм будет жесток, суров и поможет человеку быть счастливым, насильно поможет. В то, что сильные мира сего будут заботиться о человечестве, не верится вообще. Скорее будет так, возьмут фабрики из «мира» и добавят большого брата из "1984". И будет всем «О дивный новый мир большого брата». Роман-то хорош, но не могу поддержать идею всеобщего счастья с сексом, наркотиками и рок-н-роллом. Это мечта автора, а мир пойдет по другому пути.

Идем далее. Чуть ли не треть романа посвящена инкубаторам. Делению людей на классы еще до рождения. А что? Правильно же, а то, как не взглянешь, любой, простите за выражение, человек рвется туда, куда ему не то, что путь заказан, ему туда противопоказано. А нет же, надо присосаться к источнику, и пусть за плечами пара классов, но зато могучий кретинический интеллект все вывезет. Хаксли всё знал. И в этом, правда его произведения, одна из немногих. Только облечена она в тоталитарный плащ. Смысл-то в чем? Занять свое место в мире. Свое. Не то, что скажут, не то, что модно, не там где нерв будет в тепле, а где хочется быть. Да, у Олдоса люди на своем месте насильственно назначены, но мир-то процветает. А чтобы сейчас, имея свободу выбора и прочие моральные права не занять свои места и привести мир к великолепию и мировому счастью. Эээ, но так ведь не интересно, и многие обидятся, что предназначены не в короли мира, а им всего лишь хотелось стоять на носу Титаника и кричать о своем величии. Простите, что это я критикую-то? Вперед. Мир потерпит.

Не, Хаксли меня определенно зацепил. Пусть есть разные забавности, связанные с миром «У», но дальше-то каково. Про сюжет чуть отсыплю. Бернард Маркс – герой, он принадлежит к высшей касте, но видом не вышел, а значит, читатель может ожидать бунта. Ждем. Есть, крамольные мысли о строе, мире, людях. Ура, сейчас будет крутота с кровью и новым строем. Ждем. Не будет, мальчику просто хотелось сексу. Так автор показал, что строй почти идеален. Бунтари все же встречаются, но их отправляют на острова на полное гос. обеспечение. Нормально слушай, Оруэлла на вас нет! Возникает надежда, когда мы знакомимся с Джоном, рожденным не из пробирки. Но парень – диковинка, очередное развлечение для толпы, поэтому его призывы к свободе – это «ути-пути, какая забавная обезьянка, ударь себя бичиком». Концовку подсказать?

Когда речь заходит об именах героев, понимаешь, что до этого о стёбе ты знал мало. Форд, Ленин, Маркс, Троцкий и еще с десяток фамилий и имен. Все они есть в романе.

Разумеется, мое мнение об этом произведении самое высокое. Есть мысли, с которыми я не согласен, но некоторые уложились в моей голове, и при повороте или наклоне ударяются о черепную коробку, заставляя меня их думать. Пойду думать.