Избранное

Я не люблю в названиях вычурность и натужность (барочность, о!) - нагромождения слов, искусственные метафоры, явную замануху; и прощаю это только Тому Роббинсу за его потрясающее чувство юмора. Название романа должно быть точным, лаконичным и запоминающимся. "Интерпретаторы" - это, кажется, идеальный размер для романа о молодых людях молодой страны. И весьма печально, что по итогу у меня в голове отпечатается, прежде всего, стильное название.

Интерпретаторы - это толпа молодняка, получившего образование в Европе-Америке и пытающегося теперь это образование применить на родине. И неважно, что действие романа происходит в Нигерии, молодежь всех стран одинакова - жажда жизни, неумение и нежелание искать компромиссы, желчь пополам с самоуверенностью (уж мы-то точно знаем, как лучше). При этом герои производят слегка ирреальное впечатление и напоминают "больных и идиотов" Кортасара, только без самоиронии и обаяния последних. И без масштаба. Они выпивают, ведут странные диалоги между собой и с окружающими, всё время где-то тусуются и порой работают. Язвительная критика, мелкое хулиганство - вот их предел. Даже бунт против прошлого, против лжи, против системы превращается в плевок в лицо, скандал на приёме, не более. Портреты и характеры напрочь отсутствуют, поэтому индивидуальностью члены разношерстной компании обрастают сильно за середину романа и это, прямо говоря, не очень-то способствует пониманию логики их поведения. Кажется, Воле Шойинка в душе более драматург, чем прозаик. А впрочем, сложно судить по одному роману.

Роман оставляет после себя ощущение даже не мозаики - хаоса. Хаос тем превращает роман в какую-то невнятную мешанину. И мне катастрофически не хватает глубины проработки и описаний, потому что язык Шойинки весьма яркий, насыщенный, мне нравятся его свежие и не избитые эпитеты, метафоры, но в диалогах этого совершенно не видно, а диалоги занимают подавляющую часть романа. При этом отдельные эпизоды чудо как хороши. Вроде того, как мамаша одного из друзей отчитывает художника за страшное оскорбление - за то, что он сбежал с её обеда. Вроде того, как жена подающего надежды молодого врача непосредственно говорит на приёме, что вместо шампанского она бы выпила пальмовой водки. Вроде того, как к кандидату на должность подкатывает будущее начальство, чтобы вытянуть немного денег за приём на работу. Вроде того, как взаимно складывают в стол разоблачительные статьи конкурирующие газеты. Эти и другие эпизоды прекрасны, но все вместе они производят впечатление беспорядка. А вот хаос структуры, вероятно, можно записать в плюсы. Смешение временных пластов, забегание вперёд, переход от одного героя к другому отнюдь не упрощают чтение, но выглядят в общем органично, оправданно и интересно. Хотя порой и возникало ощущение того, что переводчик выкинул пару абзацев текста между эпизодами. А вообще, вот сейчас словила себя на мысли о том, что сегодня нужна гораздо большая смелость, чтобы написать обычный линейный роман без всяких модных постмодернистских финтифлюшек - в нём же все недостатки будут на виду, будь то слабые характеры, скучный сюжет, отсутствие глубины или стиля.

Краткое содержание пьесы.
Где-то в африканской глубинке в годах этак сороковых двадцатого века, века прогресса и цивилизованных людей, умирает африканский король. Через месяц после этого за ним должен отправиться его конюший Элесин. Подготовка к отбытию последнего идет полных ходом, соблюдаются все необходимые ритуалы. Но про предстоящее самоубийство становится известно региональному инспектору. Он, исполняя свой долг, останавливает ритуал и спасает Элесина. В ту же судьбоносную ночь в родные края возвращается старший сын конюшего короля Олунде. Когда он понимает, что отец его избежал ритуального самоубийства, то пускается в пляс и благодарит английских господ от всего сердца за спасения драгоценной жизни конюшего. Все счастливы, все африканцы отворачиваются от старой варварской веры и становятся ревностными христианами.
Как вы уже поняли, финал я выдумала. На самом деле сыну пришлось занять место отца, чтобы завершить ритуал, потому что Элесина инспектор взял под стражу, заковал в кандалы и не позволил исполнить ему свой долг.

Что скрывается за описанными действиями.
Не берусь выдавать себя за знатока драматургии или африканской культуры, но варварское поведение от культурного отличить в состоянии. Если откровенно, то я не понимаю как наша планета могла вскормить таких жестоких и слепых к здравому смыслу людей, как некоторые персонажи данной пьесы. Устами молодого африканца автор делится с читателями о наболевшем:

Под знаменем благих намерений европейцы уничтожили не одну цивилизацию, с благими намерениями они грабили и оскверняли святыни, с благими намерениями убивали неверных.
Представьте, что пчела вдруг решила наставить на путь истинный муравья. Она ему и так, и эдак объясняет и показывает как собирать пыльцу, вполне ясно вырисовывает свою картину мира, открывает местоположение самых цветастых лугов, а муравей.. продолжает жить под землей и чихать вообще хотел на все цветы мира. Кошмар! Безумие! Какое здравомыслящее насекомое захочет жить под землей?! - восклицает пчела, убитая равнодушием муравья к ее советам о том, как правильно жить.

Может показаться, что Воле Шойинка в своем произведение затрагивает вопрос расизма, только мне думается, что идея пьесы зарыта еще глубже. Тут нечто большее, чем неравенство культур (о столкновении и говорить нечего, им тут не пахнет). "Смерть и конюший короля" - это иллюстрация европейской слепоты и равнодушия, полного и бесповоротного, когда отношение не то, чтобы отрицательное, а нулевое, или даже вакуумное, если можно так выразиться. Ведь по правде сказать, европейцы настоящие дикари и, уж простите за такую откровенность, идиоты. Они слепы не только по отношению к чужой культуре, но и к миру в общем. Им логика безумна, а поведение в высшей степени неразумно.

Но при всем этом белые позволяют себе быть судьями. Именно по этой причине мы там, где мы есть.
Но почему так произошло? Как так получилось, что естественный ход вещей был заражен вирусом безумия? Как мир допустил такой несправедливости?
Невероятно точно и ёмко по этому поводу высказался Олунде:

Скромней белые быть не хотят, так что до сих пор мир пытается выжить именно по-европейски.

Самурайские традиции в нигерийской Африке! Чёрный континент всегда был лакомым кусочком для мировых держав, но как недалеки власть имущие в своем поведении к нигерийцам и их верованиям.

Дальше...

Конечно же, автор на стороне бунтарей своего народа. Даже сын конюшего, покинувший страну для обучения в Англии, через четыре года вернулся на родину, где совершил ритуальное самоубийство вместо отца, которому англичане помешали это сделать за себя

То есть предотвратив одно рукоприкладство (полное смысла для этого народа), они подтолкнули к самоубийству словами автора "новый побег" ради старого. Таковы традиции, непредусмотренные "белыми".
Ппротивостояние чёрного населения с его патриархальным,традиционным укладом, который не искореняется даже учебой в Англии

и белых англичан есть главная идея пьесы. Наряду с ней, нобелиат широко представляет картину быта нигерийцев, а также образ жизни англичан во время войны и в Нигерии. Событий немного: в центре пьесы бал, названный "терапией в британском стиле. Попыткой сохранить разум, когда весь мир сошел с ума." (события происходят в 1946 г.)
Превосходная пьеса, написанная ярким языком! Под огромным впечатлением!

«Колониальный режим – лишь внешнее обрамление, сюжетный катализатор разыгравшейся драмы», - предостерёг меня перед прочтением пьесы Воле Шойинка. Ладно, думаю, я человек антропологически опытный, тренированный на «планете Меа Шеарим». Кто не знает: в Израиле это место компактного проживания ультраортодоксов, чьи жёны бреют себе головы, рожают по 10 раз, а мужья не работают, потому что весь день заняты молитвой. Упаси меня тень Эйнштейна от того, чтобы критически судить об их образе жизни - или жизни другой общины с её верованиями, традициями и ритуалами. Надеюсь на взаимность с их стороны.
И всё же оказалось непросто отрешиться от культурного шока! При том, что готова принять любую экзотику, ем личинок в Тай-Пе и заквашеную рыбу в Финляндии, а во Франкфурте обняла бородача-мусульманина, который нёс табличку «Я не террорист, обними меня!» Потом говорю ему на ушко: «Я еврейка из Израиля». Но это совсем про другое...
Про смерть. Сразу прекращаются хаханьки, и что-то у нас внутри встаёт по стойке смирно и отдаёт честь. Не правда ли? Сл смертью не шутят. Кто клянётся, что не боится и готов, тот, мне кажется, лицемер или лишён воображения настолько, что надеется жить вечно, поэтому произносит пустые слова. Что только не придумано, чтобы помочь человеку справиться с ужасом перед неизбежным! За какие причудливые алогичные идеи хватается парализованный страхом разум, как крепко держится за успокоительные сказки, рассказанные воспитателями.
И вот автор пьесы знакомит нас с культурой, в которой страх смерти побеждён необычным для европейца образом. Когда умирает король, убивают его коня и собаку. А затем совершает самоубийство конюх. Он играет роль мистического провожатого в загробный мир, гаранта процветания народа. Похоже, эта схема работала веками, линии королей и конюхов никогда не прерывались. В виде страховки тем и другим позволялось брать любых женщин племени. Однако наступает момент, когда стройная система даёт осечку. Почему?
Автор требует, как было сказано вначале, поверить в то, что приход белых тут ни при чём. Что внезапное осознание конюшего притягательной силы жизни и любви никак не связано с контактом с культурой гуманизма, ценности человеческой жизни. Да, судя по ритуальным гимнам, упоминающих о трусливой возможности «не пойти вслед за королём», были уже прецеденты. Иначе бы не потребовалось гипнотизировать себя песнопениями и заклинаниями. Но, думаю, без влияния белых всё-таки не обошлось. Сын в Англии, невольно задумаешься о том, что есть альтернатива традиции. Есть жизнь вне смерти...
Англичане в этой истории выглядят чрезвычайно странно! Мне этот момент понравился больше всего. Наблюдаешь за Пилкингсами и видишь их одновременно и правыми, и неправыми. Незлыми по сути людьми, пытающимися предотвратить бессмысленную, по их мнению, кровавую драму. И надутыми идиотами, снобами, поганящими жизнь людям, которые их к себе не звали.
Читала и вспоминала «Хождение Джоэниса» Шекли, одну из моих любимейших книг на все времена. По-моему, что ни делаешь в чужой стране, обязательно получится хуже. У Шекли вообще есть превосходные, сильнейшие рассказы о том, как глупо лезть со своим уставом в чужой монастырь. «Чудовища» Роберт Шекли , например. Хотя на этом месте снова напоминаю себе, что Шойинка просил историю до «колониальной драмы» не упрощать.
Видимо, каждому стоит решить самостоятельно, что в этой пьесе первично, «бремя белых» или победа либидо над мортидо.

Впечатляет и тем, что основано на реальных событиях, и описанным обычаем, и трагической развязкой вследствие вмешательства в традиционный нигерийский обряд британцев-колонистов.

Вначале повествование показалось сложным и непонятным, потому что начинается всё с подготовки к ритуалу, и в силу незнания этой культуры ничего непонятно: кто, что, куда, зачем... Но довольно быстро действие переключилось на более близких нам колонистов, всё разъяснилось, закрутилось, и читать стало действительно интересно.

Что больше всего поразило, так это связь мира живых и мира мёртвых у африканцев. В пьесе нет никакой мистики (как я, признаться, ожидала), и, тем не менее, для участников ритуала переход в мир мёртвых реален настолько, что я не всегда понимала, в каком из миров физически находится Величатель, кто он вообще - человек или дух? Очень здорово передана атмосфера происходящего перехода, его неотвратимость и необходимость.

- тогда болтайте поосторожнее. Насилие может быть и в словах.
Я могу честно признаться - таких книг я еще не читала.
Она мелодична, но какой-то своей особой певучестью.
Она поэтична, но своими стихами - таких больше нет.
Она даже по своему грубовата - но так что не похожа ни на что, что было прочитано ранее.

В центре событий молодая страна - Нигерия. Она только только стала независимым государством. И вот шестеро молодых интеллигентов возвращаются на родину - инженер Секони, художник Кола, преподаватель Банделе, журналист Саго и потомок вождя, а ныне представитель министерства Эгбо. Они полны идей, они готовы изменить мир, они хотят творить, жить, наслаждаться жизнью. И еще они пока верят в государство - в свою страну. Но все идеи разбиваются в прах. В стране коррупция, взятки, и сломать устои просто невозможно. И молодые люди зляться, ненавидят, теряют верю. Они озлобленны, и уже не в силах бороться. Им бы сохранить себя, свой дух, не то что страну.
Я не хочу много говорить о сюжете, я не уверена, что поняла книгу в полной мере. Для этого мне придется ее перечитать и не раз.

Но здесь все прекрасно. Борьба внешняя и внутренняя, предгрозове состояние, духовный бунт. Жажда действия. Стремление. Любовь. и Дружба.
У героев есть недостатки, но достоинства их глубже и сильнее, чем кажется на первый взгляд.
главное не забывать, что два самых распространенных слова в стране - "дерьмо" и "смерть", и главное, что с этим надо бороться.

Но что самое удивительное - что неважно какая страна описана. Важно, что спроэцировать это можно на любую страну нашего современного мира. И от этого как-то противно на душе.

Шойинка, опираясь на "действительное происшествие", написал пьесу о смерти: конюший готовится сопровождать умершего короля в загробный мир. Такова традиция его народа, а нарушение традиции представляется ему более страшным, чем смерть: проклятием, позором, бесчестьем.
Элесин, вождь, который готовится умереть, очень любит жить, несмотря на все приготовления "ритуального самоубийства", связанного не только со смертью, но и с началом новой жизни (в один день должна быть и свадьба, и "уход"), цепляется за всё живое. Мысли о молодой невесте удерживают его от последнего шага, он не торопится - и именно поэтому "регионального инспектору" удаётся помешать ему закончить обряд. Элесина обвиняют в трусости: ему ничто не должно было помешать, в том числе и "помощь" белого человека. В итоге умирает не он один, нарушается естественный ход вещей.
Шойинка показывает в пьесе: эти традиции не такие уж архаичные. Время действия - сороковые годы ХХ века, "мир сотрясают корчи остервенелой войны", которые не кажутся более цивилизованными или правильными, чем "ритуальная" смерть.
Для Элесина и его народа всё по-настоящему, это не игра, в отличие от бала, который происходит в ту же ночь, что и ритуальный уход конюшего. Не получилось у регионального инспектора ничего предотвратить, как бы он ни играл роль человека, делающего добро не понимающим его людям. Получилось, что не понимал именно он.

С “Интерпретаторами” общий язык так и не был найден.
История о судьбах прогрессивной нигерийской молодежи. Герои полны идей и жажды действия, но найти применение своим силам не могут. Родная страна увязла в коррупции, лицемерии, лжи. “Верхи” гребут жадной лапой под себя, как всегда. Герои задыхаются в бездействии, тонут в пустоте, заливая ее алкоголем или сооружая себе бунтарский плотик из пародийной философской системы дефеканства.
Есть ощущение, словно все персонажи – на одно лицо, и узнаешь о каждом из них больше из предисловия к книге, нежели по ходу развития сюжета. Последний с многочисленными экскурсами в прошлое, разбросанными там и тут, аморфен и утомителен.
Общее впечатление – равнодушное. Возможно, с книгой и автором мы повстречались не в то время.