Собрание сочинений в 20 томах

Санкт-Петербург. Лето. Белые ночи. Одинокий человек совершает привычную прогулку и не находит знакомые лица. Петербург пустеет — господа разъезжаются по дачам. Предаваясь грустным мыслям и мечтам, главный герой неожиданно встречает девушку. Так в повествовании появляется Настенька. Молодые люди сближаются. Они встречаются белыми ночами, беседуют, затрагивая историю своей жизни. В одной из таких бесед Настенька рассказывает о бывшем постояльце, что квартировал в их с бабушкой доме. Тогда-то девушка и влюбилась в него. Любви не суждено было вылиться во что-то большее, ибо постоялец съехал, обещав вернуться через год. Ровно столько он отвёл себе для улучшения финансового благосостояния. Прошёл год, бывший постоялец в городе, но с Настенькой так и не связался. Молодой человек, сам изнывая от любви к девушке, вызывается помочь той, дабы разрешить сложившуюся ситуацию.
P.S.  Совсем не моё произведение. Мне не понравились герои. Их внутренний мир. Описание словно в белой поспешной горячке. Может в 1848 году это и был шедевр. Только Питер прекрасен в этом описании на сто процентов.

В свои 26 лет Достоевский начал посещать встречи петрашевцев и стал участником деятельности других схожих кружков. Если что, быть участником значило лишь разговаривать и обсуждать (намерения были самого широкого спектра - от безобидных вроде "освобождения крестьян" и свободного книгопечатания до переворота). Но тайная полиция довольно быстро прикрыла эти разрушающие скрепы (такие уж ли они скрепы, если из века в век шатаются?) разговоры, и участники, в том числе и Фёдор Михайлович, отправились на каторгу. Их, правда, сначала приговорили к «смертной казни расстрелянием», но это Николай I так пошутил: осуждённых уже вывели на эшафот, потомили ожиданием в несколько минут, а потом "милостиво" отпустили на каторгу кого куда. Достоевского - в Омск.

И вот результатом четырёх лет каторги и стали "Записки из Мёртвого дома". Это художественное произведение неопределённого жанра, повесть и рассказы, собранные воедино вымышленным рассказчиком – Александром Горянчиковым. Но материал для рассказов Достоевский имел чудесную (в смысле редкую для писателей) возможность собрать из собственных наблюдений. Да и публика, прочитавшая потом эти "Записки" весьма ошеломилась, – никто дотоле не изображал жизнь каторжных. Так что в XIX веке все были вроде бы не в курсе (как и сейчас, впрочем).

Горянчиков - дворянин, убивший из ревности жену, сам признавшийся в преступлении. Попав же на каторгу, он, во-1, оказывается один на один с мужиками, во-2, лишается дворянского сословия, естественно. Но бывших дворян не бывает, – и ему (Горянчикову aka Достоевскому) постоянно об этом напоминают каторжане. Не принимают. Не воспринимают на равных, обходят стороной, смеются над барскими замашками. Почти буллинг. Это проблема номер раз.

Проблема номер два – насколько же сложно дворянину, человеку образованному, погрязнуть в этом насильственном каторжном труде (в отличие от крестьян, по мнению Ф. М.)! Попрание свободы воли, запрет досуга и чтения, принуждение к распорядку, отсутствие элементарных удобств, нары эти, вынужденное житьё в одном помещении с не всегда приятными в общении людьми, – ужас!

Но я знаю, от каких причин произошло моё такое насмешливое иногда восприятие: записки из "заживо мёртвого дома" я читала сразу после "Архипелага ГУЛАГ". И по крайней мере на первый взгляд сравнение уровня страданий весьма идёт "в пользу" более прогрессивного XX века. Но потом понимаешь, что глупо мериться страданиями (хотя, как в каком-то из романов заметил Достоевский, человеку бывает ужасно обидно допустить, что кто-то более несчастен, чем он сам). Да и очевидно, к тому же, что и сотую долю пережитого и увиденного в остроге Достоевским не хочется допускать в собственную жизнь. Кажется, что не вынести.

Если всё же попытаться оторваться от контекста (исторического XIX-XX-XXI веков + контекста всех прочитанных до того романов Достоевского), то "записки" - сборник самых различных личностей, судеб, характеров, насколько это возможно для взгляда со стороны глубоко увиденных и точно переданных. Люди по разным причинам на каторгу попали, по-разному там и живут: жизнь ведь не останавливается на срок каторги, сознание просто так не переведёшь в автономный режим до освобождения. Так что каждый справляется с действительно тяжкими условиями, как может. И как может потом этот опыт перерабатывет: события, люди, мысли, привезённые из каторги, – воплотились не только в "Записках из Мёртвого дома".

Довольно странный получился у Достоевского роман. Беспорядочный он какой-то, тяжёлый для восприятия, именно из-за формы, путаницы внутри самой истории – "Бесы" по наполнению гораздо сложнее были, а читались быстрее и легче. Критические статьи немного помогли в понимании и осмыслении, но лишь немного. На своё умение понимать сложные тексты я не жалуюсь, сколько их уже было прочитано, в том числе и самого Фёдора Михайловича. Но этот скорее не сложный, а непонятный, перегруженный, даже для Достоевского, разными персонажами, деталями, темами, в некоторых местах, по-моему, просто не нужными. При том что событий-то почти и не происходит, в основном весь роман – рефлексия Аркадия.

И вот с ней проблема. Я люблю, когда персонажи рефлексируют, обдумывают свои чувства и поступки, размышляют над большими и серьёзными проблемами, я с удовольствием включаюсь и размышляю вместе с ними. Но Аркадий тот самый подросток, который бестолково и хаотично мечется по жизни, путаясь безнадёжно в своих идеях, целях, чувствах, отношениях с людьми, вообще во всём. Вот и сам роман вышел такой. Хаотичная путаница. Я так и не поняла этого мальчика полностью, как и его отца, уже далеко не подростка, а тоже не умеющего с самим собой определиться совершенно. Вообще неприятные они все, мутные какие-то, ни к одному привязаться не удалось, искренне посочувствовать.

Разве что немного Аркадию в те моменты, которые его отношений с отцом касаются. На самом деле это история про одинокого ребёнка, которого отвергли и отец, и мать, выбросили из родного дома, поручив его воспитание совершенно чужим людям. И вот он даже сам толком не знает, кем является, отчаянно ищет дорогу к себе... и к отцу. Ему просто нужен был отец. Ребёнок вырос, но остался одиноким и тянущимся к теплу, любви, семье, одновременно и стремящимся к людям, и отталкивающим их от себя. Бедный потерянный запутавшийся мальчик.

Все проблемы идут прямиком из семьи. Эту идею романа я поняла, остальные как-то не слишком получилось. Из всего мной прочитанного у Достоевского именно "Подросток" меньше всего зацепил и оставил скорее равнодушной.

“У меня свой, особенный взгляд на действительность , и то, что  большинство называет почти фантастическим и исключительным , то для меня иногда составляет самую сущность действительного”    Ф. М. Достоевский

Что же, вот и окончилось мое долгое чтение этого произведения Достоевского. Почему долгое? После  “Преступления и наказания” меня буквально увлек стиль писателя, глубина проникновения в душу героев, одновременно  философский и психологический анализ происходящего (разумеется, вышеупомянутые черты так же характерны “Идиоту”). Но композиция “Преступления и наказания” была хоть и необычной - кульминация почти что в начале романа,  зато читатель ожидаемо шел по цепочке, приводящей  к  расплате за убийство, параллельно имея возможность менять мысли и отношения к  героям и т.д.  Здесь же все произведение размерено идет к трагическому финалу, предварительно делая множество намеков на такой конец. Поэтому, лично для меня,  трудно было проходить с князем его путь, зная как в литературе до этого относились к  Прекрасному человеку и как это “должно” кончится.  Если же говорить  конкретно о князе, его действительно можно считать отдаленным подобием Христа (приблизительно так же, как многих персонажей произведения можно считать отражениями друг друга - некоторые черты одинаковы, некоторые абсолютно непохожие  и т.д.), гениально же проработана история жизни самого героя (хотя бы помещение в клинику Шнайдера в Швейцарии, чтобы избежать влияния среды и сформулировать  чистый характер и убеждения  князя) . Жизни этому образу предает  также автобиографизм (та самая сцена казни, эпилептические припадки, поведение на приеме в семье  Корвин-Круковских и многое другое...).  Далее, чтобы расшифровать “Идиота” полностью, необходимо быть осведомленным  в  настроях пореформенного времени, в котором писался роман, в биографии Достоевского, философии, созданной им, прочесть письма, которые он писал в процессе , и русские газеты, которые  читал заграницей, создавая книгу (о чем и говорит цитата в начале рецензии...)Я же ближе к мысли,  пронизывающей светлой нитью последние страницы произведения...Когда появился первый проект завершения романа, в нем писалось: “Идиот видит все бедствия. Бессилие помочь. Цепь надежды...” Цепь надежды! А это, как ни странно, Евгений Радомский, Вера Лебедева и Коля Иволгин. То есть, я убеждена, что такие как князь - уникальны, но они, отображая в себе только положительные стороны человеческой души, не  изменят присущие  обществу порядки, станут его посмешищем, не смогут существовать в этом испорченном мире как полноценная его часть...Но они все же найдут более приспособленных единомышленников,  которые уже так или иначе являются и новым поколением и последователями мыслей князя, поэтому смогут влиять на общество в целом. Если избежать проектирования на грядущие исторические события  и просто искать в произведении ответы на вопросы, мучающие думающих людей в современном обществе, то с большими усилиями  и проникновением  в произведение, их все же можно найти.

Довольно интересная но не до конца раскрыта линия некоторых главных героев. Например мотивы Рогожина мне не понятны, потому как не ясно как он вырос и почему он настолько ревнив. Поэтому без учёта его базовый линии поведения тяжело судить о его поступках. Складывается мнение о том, что он просто душевно больной, неадекватный человек. Как бы это не звучало грубо, но основывался я только лишь на его поступках. Сидеть над спящем Ипполитом, красться и выслеживать князя, ну не знаю.

Больше всего мне жалко Аглаю, на которую оказывают повсеметное давление. Так по мимо этого напряжения, которая она испытывает почти каждый день, в конце она становится жертвой морального решения князя. Она как птица, заперта в клетке, а когда выбирается, то не знает как ей жить на свободе

Также князь на мой взгляд показался человеком, которого просто не поняло общество. Да и называют его идиотом лишь потому, что он не такой как все русское общество, полностью прогнившее сплетнями. А Лев Николаевич добрый, отзывчивый, искренний человек, идеальный во всех отношениях, поэтому он удостоен быть идиотом