Туманность Андромеды

Всем романтикам и мечтателям посвящается...

Она расцветает - хрупкая, недостижимая, манкая - в нашем "безвыходно материальном мире", несмотря ни на что. Проклевывается в головах и сердцах, душах. Растет вопреки осуждениям и неверию. Требует немногого - всего-то отдать за нее все (так ли уж велика цена обещанного небывалого счастья?!). Тоненькая, недостижимая мечта. Чем недостижимее, тем чаще прекраснее. Прорастающая из крохотной идеи, посеянной когда-то в подсознание, растущая из желания сделать мир чуточку лучше, насколько это в принципе возможно. Она согревает в моменты сомнений и отчаяния: когда есть, к чему стремиться, у тебя есть лишняя причина вставать засветло и бежать навстречу этому будущему, которое обещает мечта. Она тревожит и не дает покоя, обиженно свербит изнутри, напоминая о себе в дни праздности иль скуки. Забытая и похороненная на дне души, она непременно напомнит о себе в конце пути, коли не сделал всего того, на что был когда-то способен...

Научно-фантастический роман Ивана Ефремова стал в итоге для меня книгой о "мечтателях космоса", которые каждый день творят новое будущее для людей Земли, открывая звезды, планеты, новые источники энергии, новые расы, контакты с иноземными обитателями... Вдуматься только: самые фантастические идеи становятся реальностью, если действовать упорно, разумно, творчески, сообща и во благо окружающих. Самые невероятные замыслы становятся нашей с вами обыденностью благодаря именно им - отважным, целеустремленным исследователям и первопроходцам. Идти до конца и не сдаваться, рисковать собой, не сожалеть о вынужденных утратах на пути к знанию и всегда оставаться ее, мечты, верным рыцарем-защитником, оберегая ее, такую воздушную и летящую, от взглядов скептиков, консерваторов и просто завистников. Идти своим путем, ошибаться и признавать ошибки, пробовать снова, бросать на кон самое дорогое в надежде получить самое высшее и ценное - для человечества, Земли и истины...

Для человека, твердо стоящего на земле и не помышляющего никогда о дальних рубежах галактики, мне все космонавты, астронавты, звездолетчики кажутся людьми с другой планеты. Лететь до далекой звезды 150 земных лет, без надежды на возвращение домой? Для меня - страшный сон. Для них - за радость, без лишних раздумий. Ведь есть малюсенький шанс открыть что-то новое, сделать нужное для потомков - разве можно его упускать?

Роман Ефремова начинала читать как историю о людях будущего, а заканчивала как будто о наших с вами современниках. Научно-технический прогресс, к счастью, не затронул души: чувства нельзя (да и ни к чему это) усовершенствовать. Как и триста лет назад, как и пятьсот лет вперед, мы чувствуем одно и то же. В древней хижине или на борту космического корабля. Восторг от отлично проделанной работы, когда вдруг отчетливо понимаешь, что все эти лишения и жертвы (полученные раны, изгнание с руководящих постов) были не зря - были для чего-то, чего-то важного, нужного, полезного, для всех; грусть от разлуки с близким другом, одиночество, если действительно остался один (да еще перед лицом космоса), азарт, когда хочется немедленно проверить свои догадки и теории, в обход всевластного Совета Звездоплавания, ревность, сожаления об упущенных возможностях, страх за девушку, доверившую тебе - опытному начальнику многочисленных экспедиций - жизнь, не всегда предполетные испытания готовят к тому, что увидишь там - на затерянных планетах, окруженных Железными звездами...

И потому роман о людях будущего читался настолько современно: антураж корабля не заслоняет простого, душевного, человеческого. Восхищалась их умом и эрудицией, удивляясь, насколько же мы все внутренне похожи. Дивилась их вере в дело их жизни, когда не раздумывая подчиняют собственную жизнь таинственным и опасным разгадкам космоса или прошлого Земли...

Мне чертовски понравилось увиденное глазами советского фантаста будущего, не в пример того же Уэллса, показавшего людей грядущего изнеженными существами. Не то у Ефремова - сильные, гордые, смелые, бросающие вызов силам природы, непознанному, людской глупости или тщеславию. Почти всегда побеждающие в этой схватке, если, конечно, победа зависит от их усилий, а не от случая.

Много-много - неисчислимо много! - пар горящих глаз, вспыхивающих при виде того, как осуществляется или готовится воплотиться в жизнь мечта. Невиданной системы звездолет - как удержаться и не обследовать, с ума вы сошли там все, что ли?! Неисследованная планета, чьем запоздалое - на всего-то 20 000 лет - сообщение ты получил сегодня - разве можно остаться в стороне не попробовать решиться на опасный эксперимент? А если схватит цепкими когтями за горло эта страшная болезнь, разрушающая до основания личность, зовущаяся равнодушием - в рудники, на археологические раскопки в степь, в Сибирь, в Южную Америку. Куда угодно, чтобы вновь почувствовать в себе этот загорающийся огонек, эту жажду деятельности, эту радость от каждодневных открытий и попыток преобразовать мир и бытие - твое и прочих, оставить след в памяти и сердцах...

Красивая и вдохновляющая получилась у Ефремова история о радости научного поиска и открытий, о работе на благо людей, о фантазиях, которые мы воплощаем в жизнь, если по-настоящему в них верим. Сменяла вместе с героями локации - одна нереальнее другой! - залы заседаний, каюты кораблей, бороздящих космические просторы, подземелья с их тайнами прошлого, но никогда не теряла веры в человека - человека будущего и настоящего: в компании персонажей книги это попросту невозможно.

Сегодня самое время вспомнить об одном самых значительных советских фантастов - Иване Антоновиче Ефремове. Круг своих интересов он делил между фантастикой и наукой, Ефремов был довольно известным советским палеонтологом, основателем одного из разделов этой науки - тафономии, изучающий закономерности процессов захоронения и образования местонахождений ископаемых остатков организмов, и за успехи на этом поприще был удостоен в 1952 году Сталинской премии второй степени.

Повесть "Звёздные корабли", написанная в 1946 году, находится на стыке интересов писателя - фантастики и палеонтологии. Есть такая книга Майкла Бейджента "Запретная археология", в которой автор собирает разные археологические находки, которые не находят объяснений в современной науке, например, черепа животных, обитавших миллионы лет, как будто пробитые пулей, или такая же древняя порода, на которой отпечатался чей-то доисторический ботинок.

Вот, и в повести Ефремова перед главным героем - ученым Шатровым и читателями предстает находка китайского палеонтолога - череп динозавра, пробитый пулей. А жил этот простреленный динозавр 70 миллионов лет назад. Это первый посыл, а потом появляется и второй - к Шатрову попадает тетрадь его ученика, сгоревшего в танке во время войны, в которой тот доказывает, что как раз 70 миллионов лет назад Солнечная система была невероятно близка к другим галактическим системам.

Это наталкивает Шатрова на мысль о том, что 70 миллионов лет назад Землю посещали инопланетяне, упрочению этой гипотезы помогают данные геолога Давыдова, исследующего древнее "кладбище" динозавров, погибших одновременно. Так у Шатрова начинает зреть идея, что инопланетяне спровоцировали на юной планете атомный взрыв, погубивший гигантских рептилий.

В этой повести Ефремов постулирует одну из основных своих идей о том, что жизнь во Вселенной появляется и развивается по единым законам, что, в свою очередь, говорит о том, что любые разумные существа должны иметь гуманоидное строение. Автор уверен в обязательном существовании у мыслящего существа головы, с расположенными на ней органами чувств, а также конечностей для передвижения (ноги) и работы (руки).

В то же время, считает автор, количество очагов разумной жизни ничем не ограничено, но развитие каждого из них происходит по схожему с земным сценарию. А трагизм заключается в том, что схожие цивилизации гуманоидов разделены во Вселенной не только гигантскими расстояниями, но и временными барьерами, так что встреча оказывается крайне маловероятной, и о существовании собратьев по разуму можно догадаться только по случайно обнаруженным артефактам.

Повесть оставляет познавательное послевкусие и побуждает к научной деятельности, недаром академик Денисюк признавался, что именно "Звездные корабли" побудили его приступить к работам, которые в результате привели его к открытию трёхмерной голографии.

И это при том, что образы главных героев не лишены некоторой ходульности и схематичности, а заодно и большой доли пафосности. Но это не мешает им вызывать интерес к их деятельности и открытиям. Кстати, считается, что в образе геолога Давыдова Ефремов вывел самого себя, а прототипом Шатрова стал друг автора, врач, биолог и художник Алексей Быстров, который и придумал для Ефремова облик гуманоидных пришельцев. Вот так жизнь переплелась с выдумкой.

Не избегайте никогда того, что кажется сначала бесполезным и необъяснимым. (И. Ефремов)

Хотелось бы сказать, что это просто ура-патриотическая книжка про идеальных людей будущего. Хотелось заметить, как смешны эти наивные выпады против Америки. Хотелось авторитетно заявить, что не могут все люди работать с такой самоотдачей в совершенно разных сферах. Хотелось…

А потом я прочитала биографию автора и такие желания пропали… Этот человек работал на Тихом океане, в Сибири, пустыне Гоби и на Дальнем Востоке. Палеонтолог, биолог, фантаст… Человек, для которого слова «мечта», «идея», «самоотдача» - не пустые звуки и не абстрактные понятия. Эту книгу написал Человек.

Основная ошибка при чтении книг Ефремова - неверие. Ведь в 99% случаев, читая фантастику, мы вовсе не верим, что такое может произойти. Погружаемся в мир, живем книгой, но закрывая ее не проецируем написанное на реальность. Мы не станем проверять небосвод на наличие новых звезд, а кончики пальцев – на искорки магии. А жаль.

Вот и «Туманность Андромеды» можно оценить только в том случае, если поверить в нее. Поверить, что наступит эра красивых умных людей без страха и упрека. Что Землю возродят после бессмысленного истощения. Что люди в сущности своей стремятся к совершенству.

И все бы ничего, вот только не могу я в это поверить. Возможно, когда-то так и будет, но сейчас никто к этим идеалам не стремится. Зайдите в младшую школу и спросите детей о будущей профессии. Уж поверьте, о космонавтах вы не услышите. А что еще обиднее – не услышите о учителях, археологах, моряках… Прав был Брэдбери, когда писал, что современное общество не хочет лететь к звездам, оно хочет пиво и новый телевизор.

В конечном счете «Туманность Андромеды» не заставила меня сменить профессию. Скорее всего, я не стану терпимее к утопиям и никогда до конца не смогу их понять. Возможно, я никогда не перечитаю эту книгу. Но какая-то часть меня навсегда останется чуть романтичнее, немножечко смелее в своих мечтах. Ведь какое красивое все же имя: Андромеда…