Требуется героиня

Это обыкновенный производственный роман. Только вот производство необыкновенное. Небольшой провинциальный драматический театр. Актёры со своими проблемами и бедами, которые не спрячешь и не утаишь — в театре все всё знают! Да ладно бы только в театре. Городок небольшой, все на виду. А уж актёры особенно. Здесь нет страшных подковёрных интриг, злобных завистников и негодяев, готовых ради роли на всё. Здесь всё очень обыденно: у Юрия после развода трудности в отношениях с сыном, у Наташи — выбор между ребёнком и ролью Джульетты, у Ляли, наоборот, грудная дочь и невозможность сосредоточиться на работе... А ещё выезды в отдалённые деревни. А там — пустые залы и промёрзшая сцена. И производственные собрания. Куда же в советской прозе без них?! Ощущение серости, пустоты, тоски. Как же не похож мир закулисья на жизнь, которая на сцене при ярком свете.

Зоя Евгеньевна Журавлева. Еще недавно это имя мне ни о чем не говорило, сегодня я знаю превосходного автора, как выяснилось, производственных романов. Умная, тонкая, психологическая проза, читая, я, как будто, попала в декорации давно накатанного спектакля, так препарировать человеческие чувства, с достоверностью, до мельчайших подробностей, окунуться в описываемый материал, под силу только, действительно, талантливому писателю!

Да... Тяжело писать отзыв на эту книгу. Это как выворачивать себя наизнанку - посмотрите здесь у меня печень, здесь селезенка. Хлестко и больно ударила повесть по самолюбию, чем мы готовы пожертвовать ради роли? Беру выше - ради театра... Многим. Вот так... Наверно далекому от театра человеку этого не понять, да и объяснять, оголяя самое сокровенное, не всегда хочется, дабы не обесценить многословностью такую хрупкую вещь, как актерское самосознание.

Хочется привести авторское предисловие, из которого следует, что с таким трепетным отношением к своему делу, априори не может получится заведомо неудачный роман. Я с огромным удовольствием продолжу знакомство с данным автором.

"Мне нравится влезать с головой в другие профессии. Но наслаждение, которое я испытала, забравшись в театр со служебного входа, пожалуй, острее всех впечатлений последних лет. О театре написано немало, но мы все равно почти ничего не знаем о повседневном актерском труде, мучительном и благородном. Как почти ничего не знаем о повседневном труде рядовых газетчиков, хотя все читают газеты и судят о них вкривь и вкось. По напряженности пульса между театром и газетой удивительно много общего. Поэтому наш Петрозаводский театр всегда будет для меня свят, как первая газета".

"Вся наша жизнь - театр, а люди в нем - актеры".

Есть особый вид историй. Они жизненны, искренни, безыскусны. И вроде бы обычны. Слушаешь такую историю о какой-нибудь знакомой знакомой и понимаешь, что это могло вполне произойти с тобой. Такие истории, при всей своей ординарности, трогают до глубины души. Так вот история, рассказанная Зоей Журавлевой именно такая. Но понравится она не всем, не потому что относится к категории тяжелого артхауса, все дело в ее простоте. В центре внимания – актеры провинциального театра. Обычные люди. Я сразу отбросила скучную приставку «советские», потому что это просто люди со своими радостями и горестями, утратами и открытиями. Их штормит по полной шкале человеческих чувств. От патетики до мелочности, от благородства до подлости, от мужского начала до мелкой женской истерики. Потому что у художника душа тонкая, а известно - где тонко, там и рвется. В общем, здесь жизнь как она есть. Люди едут, отменяют спектакль, репетируют драму на сцене и переживают ее в жизни, ссорятся, находят друзей, круто меняют жизнь, мирятся, ненавидят, живут, играют, живут…