Рассказы о любви

Ничем особенным не выделяющийся рассказ, но тем не менее с первого же абзаца оторвал меня от реальности и я унеслась - таково действие любимого мною Германа Гессе. Немного уже увядающая итальянская вдова, миловидная и все еще сохранившая свои прелести и округлости, которые с годами стали пухленькими округлостями, приезжает на курорт в Европу со своей молоденькой малокровной дочкой, страдающей плохим аппетитом и практически просвечивающейся из-за своей тонкой худобы. Намерения маман очевидны, т.к. привычка жить не по средствам не оставила за дочкой никакого приданного: надо найти хорошего жениха, который бы обеспечил ей достойное безбедное существование. Но дочь влюбилась с первого взгляда в молодого загорелого красавца, приехавшего на короткое время с Цейлона, с чайных плантаций. Мамаша всячески противится встречам влюбленных, но соглашается на помолвку, потому что жениху необходимо вернуться на три года на Цейлон, а по истечении трех лет, думает итальянка, мало ли что случится, кто еще подвернется. И вот тут очень тонко подмеченное Гессе. Тоненькая воздушная девочка успокаивается. Вернее, не так. Ее участь решена, она удовлетворена, нет причин страдать, портить себе нервы и здоровье. Писатель нашел такое хорошее слово - "довольство". Дочка больше не занимается теннисом, хорошо кушает, пропал плохой аппетит и куда-то подевалось малокровие, годы идут, мамины пухлые гены дают о себе знать... По истечению срока, маман уже и не думает о другом женихе. ибо как же его, другого, теперь отхватить. Дочь отправляют на судне к жениху на Цейлон. Забавно, как будто в начале 1900 было мало толстых людей - пассажиры называли молодую итальянку не иначе как "наш Колосс", всячески передвигали ее вместе с шезлонгом и незлобно подшучивали над ее телесами. Жених же повел себя...хм...во-первых, - букет цветов он вышвырнул за борт, когда разглядел свою суженую, разозлился; во-вторых, - они таки поженились. Одни любят картинку, другие не придают ей значения. Думала ли девочка, что молодой человек полюбил ее душу? Или девочка была так молода и неопытна, что не думала вообще ничего? Что думал 26-летний парень? Что девочки остаются как заспиртованные до самой старости березками и что "принцессы не какают"?

Хороший рассказ, который делает вид, что он про историю несчастной любви, но сердцевина его заключает мудрость, касающуюся осмысленности слов, слов чужих и собственных. Необходимость думать, что ты говоришь, только кажется простой, а по сути требует оценки обстоятельств, в которых ты ведешь диалог, состояния собеседника и контроля собственных эмоций. Все мы разные, поэтому кто-то приобретает такие навыки достаточно быстро и легко решает разного рода коммуникативные задачи, а кому-то для общения с подавляющим большинством людей требуется приложить усилия, иногда просто невероятные.

Но все мы должны осознавать, что слова обладают силой, и Гессе в Мраморной мастерской отлично показывает, какие последствия могут быть у разных высказываний, а вместе с ними и у замалчивания отдельных фактов. Причем эти последствия по ходу повествования возрастают от пустяковых до трагических. Читателю остается только наблюдать за развитием событий и размышлять на тему ответственности за слова. Редко эта ответственность носит привычный юридический характер (административная, уголовная и т.д.), чаще приходится оставаться один на один с собой, и не всегда очевидно, что из этого страшнее. Отрефлексировать, переосмыслить и отпустить ситуацию, конечно, желаемый финал, но переживания, самобичевание, попытки заглушить совесть и прочие муки – неотъемлемая часть нашего существования.

Поэтично, мелодично, утонченно

Снова взявшись за творчество любимого писателя, я была в предвкушении восхищения, катарсиса и незабываемых впечатлений. И я не ошиблась! Герман Гессе повествует нам о людях, познавших самое прекрасное чувство на Земле. Превращаясь то в сказочника, то в человека, наученного жизненным опытом и повидавшего многое на своем веку, герои его рассказов делятся удивительными историями из своей жизни – реалистическими, а порой и фантастическими, лирическими и шуточными, не без оттенка иронии. Герой этих историй – мужчина-поэт, подаривший свое сердце образу Прекрасной Дамы. Совсем еще юный, только вступающий на жизненный путь любви и страстей.

Юноша долго смотрел вверх и ничего не видел, видел только бледную волну и ощущал вокруг себя чистые, свежие прохладные потоки воздуха, слышал неслышимые низкие голоса, словно бушующие далекие бури, и вдыхал мягкий воздух иного мира. Нагнувшись, он стоял у окна и смотрел, ничего не видя, как ослепленный, и перед ним простиралась неясная и мощно раскинувшаяся страна жизни и страстей, высветленная жаркими стрелами молний и затененная темными душными облаками

И мудрый, уже переступивший эту черту человек. Центральным образом становится то воспеваемое, утонченное и божественное существо – Женщина. Она – душа Вселенной, она – центр мироздания, она – олицетворение природы, она – сам мир. Это источник жизни и вечная мать, все понимающая, все принимающая и все прощающая, под теплотой и заботой которой укрывается любое странствующее, беззащитное дитя. Сила ее любви настолько велика, что даже самый гордый и независимый мужчина рядом с ней понимает бессилие этой гордости и превращается в ребенка. Красота и прекрасное вокруг нас, говорит нам писатель, стоит лишь приглядеться:

счастье, о друг мой, везде – на горе, на земле, в кристалле и цветке

Красота – в естественном и простом, добром и светлом, искреннем и чистом, как слеза ребенка. Снова проводя параллель между духом, разумом как мужским началом и искусством, чувством как началом женским, писатель все же отдает предпочтение второму. Даже несмотря на то, что героини его рассказов такие разные: это благородная Туснельде и доверчивая Берта, несчастная Елена и порочная Элизабет, чуткая Анна и бессердечная Лиза, легкомысленная Мария и недосягаемая Хелена, добродушная фрау Агнес и преданная Паула, безжалостная Саломея и, наконец, по-матерински заботливая Тина. Это подруга детства или таинственная незнакомка, имя которой герой придумывает сам. Грустные и забавные, со счастливым финалом и с трагическим. Сентиментальные и романтические с самого начала, реалистичные и философские в конце, они захватывают тебя полностью, унося в волшебный мир грез. Языком-песней порой напоминают сказки и притчи, красочным описанием природы в пантеистическом стиле – картины импрессионистов, а образностью, утонченностью и своеобразием восходят к творчеству прерафаэлитов, упоминают которых не раз… В строках и меж строк, по страницам и в заглавиях разлита музыка, она становится лейтмотивом и воплощением вечной женственности, вечной красоты. Она становится песней, жестом, танцем – замирая в этом вечном движении, подобно скульптуре великого мастера, оставаясь на бумаге волшебным сочетанием слов, эмоций, чувств.