Сердце-зверь

Автор: лауреат Нобелевки по литературе 2009 года. Премия дана за высокохудожественное описание жизни "униженных и оскорбленных" в тоталитарных странах.

Добавим, что сама автор - эмигрантка из Румынии (в Германию). Данная конкретная книга про то "как всё там у них плохо" :) , разумеется, написана на примере Румынии (книга очень автобиографична) времен Чаушеску, и это типичный антисоветский "ужастик" для т.н. цивилизованных европейских стран.

Книга ужасно НЕ понравилась: 1) она мега-депрессивная и беспросветная, энергетику сажает в ноль :((( Я бы таких авторов пролечивал разноцветными пилюльками, и уж точно не давал бы нобелевки за выплеснутые на человечество персональные душевные потёмки;

2) я не прочувствовал в книге какого-то уникального стиля и/или языка (правда, м.б. грешит перевод). Напротив, всё показалось каким-то вычурным и искусственным :( Читалось тяжело, образныя ряд был каким-то тяжелым и мерзким, что ещё больше усиливало депрессивный эффект текста.

PS Все больше разочаровываюсь в т.н. "нобелевских лауреатах" (неважно, в какой области). Всё сильнее ощущение, что нобелевка оценивает не столько талант автора, сколько его идеологическую "правильность". М-да :(((((

Румыния периода Чуашеску. Царит страх. Многие бегут из страны - чаще всего такие побеги заканчиваются смертью. Бесконечные слежки и общение с органами. Люди вокруг не лучше: один из героев работает на скотобойне и наблюдает каждый день, как рабочие пьют кровь животных. В такой обстановке невозможно жить, если ты находишься в здравом уме. Неслучайно на страницах книги встречаются и сумасшедшие. Смерть смотрит на героев и из прошлого: отцы были солдатами-эсэсовцами, они разводили "в городах и селах кладбища, а потом быстро уходили из этих городов и сел". С этими кладбищами внутри они вернулись с войны. Зеленые сливы на обложке - знак смерти из детства, героиня кушала их в большой количестве, чтобы умереть, но не умирала, потому что отец не смотрел, как она ела...
Книгу и хвалят, и ругают. Мне роман понравился. Ещё бы почитала Герту Мюллер.

Что я знала о жизни в Румынии времен Чаушеску? Примерно все и ничего. Все - потому что независимо от страны и имени жизнь в таких местах была одинаковой, и ничего - потому что до этого ничего не попадалось на эту тему.
Эта книга сначала адски раздражала стилистически - обилие уменьшительно-ласкательных суффиксов и язык реально заставляли меня думать, что повествование ведется от лица умственно-отсталой девушки. Поэтому была изрядно удивлена, обнаружив ее через четверть книги вполне себе защитившимся и работающим переводчиком на предприятии. Уж не знаю, заслуга это автора или переводчика, но чуть было не бросила читать из-за такого (кстати, в названии от уменьшений избавились, что добавило еще больше сумбура - везде в тексте речь идет о зверьке, типа "зверек твоего сердца", что наводит на мысли, что не только меня раздражали эти суффиксы).
Но если перетерпеть эту первую четверть, дальше то ли суффиксов меньше, то ли иммунитет вырабатывается, в общем, дальше можно читать. Каково это - жить при диктаторе, когда ты выбиваешься из общей массы, когда ты под постоянным колпаком, и при этом не то, чтобы даже какой-то революционер, так, всего лишь позволяешь себе немножко думать.
Специфическое чтение и точно нерадостное, только для подготовленных.

Не скажу, що був зачарований книжкою. Я взагалі не любитель письменницької манери, коли автор ніби сидить у потязі і описує все, що послідовно і швидко пролітає за вікном, так що текст має присмак поверхневості і випадковості, всі асоціації і порівняння звучать сирувато і необов'язково – коротше, зараз це прийнято називати прозою «повітряною» або «атмосферною». До речі, стиль нагадав манеру свіжого нобелівського лауреата - Патріка Модіано, якого я якраз нещодавно прочитав. Натомість я люблю прозу, яка виглядає монолітно, як скала, де кожне слово настільки міцно вбито в текст, що виникає відчуття, ніби весь текст було повністю створено одномоментно, відразу.
На додачу, кульгає і переклад. Все ніби нічого, але є така професійна хвороба – мову перекладачка знає, але відчуття мови бракує і у пошуках правильних слів часто вона хибить. Тут би міг допомогти редактор, але ця професія, здається, потроху зникає з видавничої реальності. Звідси сирі знахідки типу «оппивки», повторена десяток разів сумнівна «родная сторонка», кожне з яких збиває ритм, непропорційна кількість зменшених форм (прям, як з мови пацанів – Петровочка), де цілком вистачило б звичайних.
Рятує роман сама тема. Герті Мюллер вдалося вхопити сам дух життя в тоталітарному суспільстві і – тут якраз не уникнути цієї характеристики – створити відповідну атмосферу.

Книгу в аутсайдеры...
написана сплошняком, без глав, скучным неинтересным языком. Подарили, пришлось читать.
На задней обложке покоится "эпитафия"к данной книге, выраженная автором. Цитирую: «Литературе я ни полслова не должна, все слова я должна самой себе. Себе одной, ведь это я хочу высказать то, что меня окружает».
Один вопрос к мировой общественности: За какие заслуги человеку дали Нобелевскую премию по литературе? Чем Вы руководствовались? Неужели это, пардон, г*вно, вообще могло кому-то понравиться? Ни проблематики, ни связи с реальностью, ничего... набор психоделических детских воспоминаний... не тронула ни одна страница... Всем рекомендую эту гадость не читать!
Спасибо за внимание!

Прочитав эту книгу, сделал для себя для вывода. 1. Нобелевский комитет любит не только авторов из тоталитарных (или шире - несвободных) стран, но больше тех, кто пишет о таком опыте. 2. Книга на замусолинную тему должна быть написана по-новому, необычно, с нетипичным подходом. У Мюллер все это сошлось. И Нобелевская премия, думаю, присуждалась в першую очередь за эту книгу.
В отличие от ее же "Качели дыхания", в этой книге читатели из постсоветских стран найдут уйму новых деталей, фактов, описаний. Того, что не разглядели писатели наши, или того, чего у нас не было.
Советую эту книгу прочитать. Именно с нее начинать знакомство с автором.