Лето Господне. Повести. Рассказы

Ивана Сергеевича Шмелева по праву можно считать православным писателем. Достаточно даже не читать, а посмотреть названия его произведений "Лето Господне", "Богомолье", "Старый Валаам", "Пути небесные" .... Неупиваемая чаша -чудотворная икона. Два ее списка находятся в Серпухове, подлинник же был утерян и дальнейшая его история не известна. Повесть написана замечательным, самобытным языком. Уже много раз признавалась в любви к Ивану Сергеевичу, прочитанное произведение не стало исключением.

Крепостному пареньку Илье Шаронову Господь даровал небывалый талант художника. Душа его тянулась к иконописи. В написанных Ильей ликах святых, узнавались монахи, учителя и дворовые люди, но изображенные рукой мастера иконы приобретали некое особое, высшее значение. Рассмотрев в своем двором настоящий дар, барин отправил Илью на обучение в Италию. Молодому художнику светило прекрасное будущее, слава, почет, деньги, но он выбрал возвращение домой, понимая, что вольная под большим вопросом. У иконописца было огромное желание расписать храм в своем селе, своим талантом помочь близким ему людям.

Книга пропитана любовью к русскому народу, стране, православию, женщине. Вернувшись, Илья наконец-то встретит свою единственную, но у любви той не может быть продолжения. И не только потому, что молодые люди принадлежали к разным социальным слоям, их внутренняя чистота не позволила бы отношениям развиваться иначе. Благодаря этой незапятнанной любви на свет появилась икона Неупиваемая чаша.

Не стоит забывать, что Иван Сергеевич предлагает лишь свою, художественную версию происхождения чудотворной иконы. На самом деле оно, как и то, что стало с иконой после 1919 года, неизвестно.

Чудесные, размеренные воспоминания о детстве автора, проведенного в Замоскворечье в конце 19 века. Глазами маленького Вани - живого, эмоционально-впечатлительного показана жизнь купеческой семьи в патриархальной Москве, удивительный уклад жизни в годовом круге церковных праздников (от Великого поста до Радоницы) и других событий.

Как тревожно и радостно становится от мартовской капели, стук которой слышен сквозь сон?

Как спокойно сидеть и читать Евангелие, когда за окном вовсю весна и поют скворцы?

Какое счастье снимать старые скворечники и обнаружить там «подарки», оставленные птицами: кольцо и серебряный гривенник.

Искренне расстроиться, обнаружив во дворе скорлупки крашеного яйца прямо в страстную пятницу – кто-то не дотерпел, мало того, что пост нарушил, так и яичко пасхальное съел.

Что думалось во время службы в храме на Святую Троицу, когда в окружении молоденьких березок так трудно сосредоточится на молитве?

Как пахнет первое яблочко грушовки снятое в саду на Яблочный Спас?

Как поют звезды морозной рождественской ночью?

Первая поездка к ердани (проруби) на Крещение, где восхищаться мужиками, соревнующимися, кто дольше пробудет в ледяной воде.

А сколько радости катиться с горки, ныряя в глубокий снег, нагребая его полный ворот?

Что ни день, то событие, на всю жизнь остающееся в памяти.
А написано как? Размеренно-тягуче, с огромной любовью к людям, природе, Богу. Чтение этой книги не приемлет спешки. Как сама описываемая жизнь текла незаметно, вроде никуда не спеша, но везде успевая, так и язык книги не пытается увлечь, но и не отпускает.

Ps: читать эту книгу на голодный желудок не рекомендую. Это настоящая энциклопедия блюд и солений истинно русской кухни.

Книга проста, как ломоть хлеба на обеденном столе. И в тоже время в ней столько всего. Ведь в краюхе хлеба тоже собрались: лучики солнца, шум дождя, шелест колосьев, труд хлебороба, пекаря. Оо, можно долго перечислять. Но зачем, ведь это и так всем известно.
То же и здесь. Книга о вере. О том, как нужна она каждому из нас. Как важно иметь веру в сердце, не показную, не для красного словца, а настоящую.

Это книга воспоминаний. Ностальгия о месте, где молодой студент Иван Шмелёв переосмыслил жизнь свою, сам того не сознавая.

После Валаама и Иван стал другим. Там, в святом месте он узнал и прочувствовал, что такое вера. Это было впечатление на всю жизнь.

Светлая, благостная история. Здесь вера сочится из каждой страницы не агитацией, а умиротворением.
Во имя. Во имя Божие.

Одна из самых тяжелых для меня книг. Не моя тема, не моя манера изложения. Еще и отсутствие сюжета и однобокость изложения подлило масло в огонь. Слишком все как-то сахарно. Даже третья часть "Скорби" даже грусти у меня не вызвала. Понятно, что надо помнить об изложении будней тесно переплетенных с верой (и описанием разных кулинарных моментов) от лица маленького купеческого сына. Вся книга разделена по религиозным праздникам и обрядам, но не трогает, не будит желания прочитать дополнительно еще чего-то.
Взялась за книгу, т.к. было указано, что это русская классика, школьная программа. Увы, сейчас очень тяжело воспринимать такое изложение, а про школьный период сомнений не вызывает - бросила бы после первого же рассказа. Было очень странно видеть в повествовании только идеального отца и хозяина, работников, соседей, прочих жителей города, но без других членов семьи (только старшая сестра упоминается и совсем чуть-чуть про матушку).
Отнесу книгу к числу классических произведений, с которыми у меня не сложились отношения и крайне высока вероятность, что никогда не сложатся.

Когда передо мной стоял выбор книги и среди вариантов было Лето Господне – я даже не раздумывая выбрала эту книгу. На памяти – Мельников-Печерский и его В лесах/на горах – о, как я зачитывалась…. Я погружалась в прошлое, просто взахлеб читала, а в реальном мире пересказывала что прочитала родным людям – настолько меня зацепило! И как же я была разочарована….. Я не могла понять – что не так? Книга не шла… Нет, она читалась, но… как-то медленно, тяжело и совсем без желания! Я могла выпасть на каких-то моментах… После прочтения у меня не получилось толком познакомится ни с чем! Ни с праздниками, ни со скорбями…. Интересно, что праздники – аж два раза! Просто праздники и праздники радости! Казалось бы – в чем разница? А есть! В первом случае просто праздники, а во втором – которые радуют. Как не привычно…. Т.е. они отмеччали все праздники! Но не все радовали! Как хорошо сейчас – отмечаем и радуемся :) Нет у меня праздников, которые лично меня не радуют…. То, что не радует – для меня не праздник :) Всё просто! Хотя… К первым праздникам относится Великий пост (ну тут мне понятно – да, не сильная радость), Царица Небесная, но Яблочный Спас? Рождество?! Масленица!! А к праздникам радостям – Говение. Не понятно мне….

Тяжел язык! Слова. Хотя В лесах, так горячо любимые мною, написаны лет на 70 раньше! И шли просто как по маслу, а тут… Очень скучно! Мне не хватило живости в описании! Правда, чтобы читала и была в книге, была в том времени, видела всё то, что пишет нам автор! А я никого не чувствовала: ни героев, ни один праздник. Честно, прочитав про Филиповки, Егорьев день – я не поняла ЧТО ЭТО за праздники! Мне кажется если бы я не знала какие-то основные – Масленица, Рождество, Пасха, Пост и подобные – то после прочтения я продолжала бы также ничего не знать! А книга не галопом по Европам, нет, всё основательно прописано, рассказано… Но ((( Увы и ах…

Когда можно посетить Валаам?

Можно приехать туда, будучи молодым человеком, когда нужно разобраться в своих мыслях, жизненных целях, подумать, а правильную ли стязю ты выбрал. Так ли живешь, туда ли движешься? Так сделал герой Ивана Шмелева (а, как я понял, это было автобиографическое произведение автора).

А можно туда приехать и в сорок лет - время собственной зрелости. Возможно, ты уже добился многих поставленных целей, и хочешь ближе ощутить гармонию человека с Богом, природой, самим собой, как эта гармония наполняется светом любви и счастья. Именно в таком возрасте и была написана повесть, написана с глубокой степенью ностальгии и мечтательности. К сожалению, Шмелеву так и не удастся посетить остров Валаам снова...

Предлагаю и Вам окунуться в эту волшебную ауру, где во всем присутствует дух Божества и Чуда и лирико-философски порассуждать с автором о смысле человеческой жизни!...

Произведение Ивана Шмелёва "Неупиваемая чаша" входит в рамки традиционной для автора религиозной православной тематики и представляет собой достаточно небольшую по размерам повесть об одном талантливом живописце, крепостном мальчике, юноше, который пройдя через ряд духовных и нравственных испытаний, становится одаренным иконописцем. Познав любовь земную к своей барыне и не очернив святой облик своей любимой, очищаяясь через страдания и болезнь, после смерти своей любимой, он отошел сам к Богу, написав по образу её икону Богоматери, которая в народе за свои чудотворные свойства позднее получила название Неупиваемая чаша.

Сюжет довольно прост - талантливый мальчик, возросший в прямом и переносном смысле в грязи крепостных отношений девятнадцатого века, сын маляра, он сам начинает рисовать с младых лет, становится заметен своими работами. От грязи и несправедливости, побоев и прелюбодеяний он находит отдохновение и утешение в тихих прохладных стенах монастыря. Иван Шмелев - православный писатель, поэтому тут и видения, и чудесное заступничество по молитвам Царице Небесной.

Произведение удивительно светлое, чистое. Шмелев, как православный автор, уникален - у него нет нравоучительных пассажей, нет тяжелой догматики, нет навязывания единого знания религиозной правды. Произведения Шмелева - и эта повесть не исключение - это красивые светлые картины русского православного уклада ("Лето Господне"), русского православного характера ("Неупиваемая чаша"), русского православного монашества и православия в чистом его виде ("Старый Валаам").

Я бы рекомендовала читать эту книгу всем, кто немного устал от нашей быстротечной жизни и постоянного стресса, а также тем, кто хочет почитать что-то принципиально для себя новое, светлое, для души. Думаю, что проиведения Ивана Шмелева не будут раздражать даже самого яростного атеиста - так много в них просто нашего русского, настоящего. А православие? А разве может быть Россия Россией, а душа "неизъяснимой" и мистической без Бога?

Как это работает?...

Читаешь книгу – и всё мирское отдаляется на задний план. Сейчас мы находимся на территории Валаамского монастыря. Сейчас мы в другом мире – где всё делается не с разрешения, нет – с благословения!

Самый кайф – это реальность книги. Не придумка автора, а его впечатления от поездки в Валаам! Т.е. мы увидим, услышим, попробуем всё то, что и автор. Мы увидим территорию, красивую, чистую, на которой живут, трудятся, молятся его обитатели. Побываем в трапезной. На кладбище! Нам расскажут про замечательного хозяина, строителя, который многое сделал для Валаамского монастыря из гранита – погреба, лестницы, мосты, обшивка канав-каналов. Погуляем по лесу, расположенном на территории Валаама. И всё это будет невероятно спокойно. Рамеренно. Неспешно. Тихо.

После прочтения полезла в гугл, знакомится – где же расположен? И появилось огромное желание посетить самой это место…

Я очень долго избегала этой книги.
Мое отрочество совпало со временем крушения страны, в которой я родилась, и в течение нескольких последующих лет мне пришлось быть свидетелем печальной диалектики - люди, совсем недавно стоявшие на страже коммунистических идеалов и утверждавшие, что религия - опиум для народа, с тем же пафосом наперебой принялись насаждать духовность и так же истово уверять в наличии высшего разума, как некоторое время назад в его отсутствии. Отчасти лицемерие окружающих, отчасти юношеский максимализм и попытка сохранить собственную личность на обломках великой империи и привели меня тогдашнюю к воинствующую атеизму. Как раз в ту пору начали массово печатать книги, при советской власти не издававшиеся, в том числе и Шмелева, что-то даже включили в школьную программу, но книга с таким названием никак не могла меня заинтересовать.
Теперь, много лет спустя, мой атеизм перестал быть воинствующим, я глубоко уважаю людей, искренне верующих, и не терплю религиозных лицемеров - тех, кто соблюдает все посты и ездит в паломнические поездки, но в повседневной жизни ведет себя отнюдь не по заповедям Христовым. Впрочем, оговорюсь, к Шмелеву это никак не относится.
Если бы эта книга не была выбрана для совместных чтений в клубе "Читаем классику вместе", я бы продолжала успешно избегать ее, скорее взяла бы для чтения "Старый Валаам" - там я была совсем недавно, интересно было бы сравнить впечатления. Но и теперь тянула с прочтением до последнего - знала, что это совершенно не моя литература, боялась, что книга будет меня раздражать из-за моего непростого отношения к религии.
Тяжелее всего мне далась первая часть - "Праздники". Нет, было не скучно, но я никак не могла найти точек соприкосновения с книгой. Никогда я не понимала этой тоски на тему "как упоительны в России вечера". И детство у меня было совсем другое, я росла в нерелигиозной семье, мы разве что яйца на пасху красили, а обе мои бабушки, хоть и ходили в церковь, нас к этому не приучали, суть религиозных праздников мне никто не объяснял так, как Ване, и Москва моего детства была совсем другая - современный многоэтажный город, и Москва-река тоже другая... Было много непонятного - чем занимается отец Вани - и катания с гор, и стройки какие-то, и баржи, и бани, почему не упоминается мать, будто ее и вовсе нет. Слишком умилительными, практически идеальными казались отношения между хозяином и работниками, невольно закрадывалась мысль - ну, а если бы Ваня рос в бедности, были бы праздники для него праздниками?
Если бы вся книга действительно представляла собой "Лето Господне", то есть год из жизни мальчика, данный через описания религиозных праздников, она бы совсем меня не тронула. Потеплеть к книге заставило осознание простого факта - ведь это написано немолодым уже, одиноким, многое потерявшим человеком, живущим вдалеке от родины и пытающимся вернуть время, когда он был счастлив и были живы дорогие ему люди. Ведь не для нас, живущих сто лет спустя, написана эта книга, а для таких же эмигрантов, чтобы поделиться с ними ускользающими воспоминаниями, запечатлеть на бумаге самое святое и бесценное, что хранится в сердце...
Возникшие у меня вопросы разрешились после того, как я заглянула в профиль автора, оттуда же я узнала о судьбе отца Вани. Так что вторую часть - "Радости" - я читала уже совсем с иными чувствами, и печальные намеки не прошли мимо меня, сердце то и дело сжималось тревогой, а уж третью часть - "Скорби" - я дочитывала и вовсе со слезами на глазах...
В своей рецензии Nurcha написала, что такие книги делают людей лучше. Я не льщу себя надеждой, что это относится и ко мне, но я все же рада, что прочитала эту книгу.

Очень щемящая вещь, и там, где радости, и - где скорби. Для 6-7 летнего мальчика, пусть и живущего в патриархальном укладе, в доме, где вера в бога, обычаи православные, истории из Псалтыря или из жизни затрагивают насущную необходимость в этой вере, в светлое, близкое и родное, даже иногда чуть пугающее, для мальчика этих лет видеть это очень непривычно. Но мы забываем, что было это чуть не полтораста лет назад. В семье, которую и от старообрядчества отделяло чуть-чуть поколений, а Москва колокольная и хлебосольная лишь дополняла то, чем жили родные Ванечки. Отец с широкой душой не мог позволить себе лишний рубль - заработанный же! - положить себе в карман, считая, что человек рабочий, потрудившийся для этого, и большее имеет право. Конечно, неудивительно, что при таком восприятии, отец был много должен, и при этом все равно не мог прекратить по своему характеру кормить сирых и нищих, считая, что рука дающего не оскудеет. Это не может не заслуживать уважения, и сдается мне, что в то время так поступали многие совестливые люди, зарабатывающие если не прилично, то достаточно.

Спустя пол-века Шмелев вспоминает о своем детстве, о том годе, когда он особенно отчетливо помнил отца - всегда в хлопотах и заботах, и домочадцев, и просто хороших людей. И все жили в каком-то особом мире. Жизнь, безусловно, была совершенно иной, но читаешь, и проваливаешься в мир, в который сложно даже поверить. Детские впечатления - самые яркие, но оттого не меньше верится, все настолько душевное, где-то даже трепетное, Ванюша сам с поэтической душой, через себя пропускает и все милые пустячки, и серьезные разговоры о жизни, а это то, где вера и жизнь были неразделимы. С какого-то момента печаль настигает нас, особенно тогда, когда вклинивается уже взрослый человек, вспоминающий и печалящийся о том, что будет.

Сам писатель писал эту вещь будучи весьма зрелым и в ней затрагиваются такие вещи, о которых в молодости не задумываешься. Все-таки есть в православии - это я понимаю, прочитав эту книгу - очень разумные вещи, где и отношение к смерти, да и к тому, что мы делаем в жизни с одной стороны удивляет, но если задуматься, вдруг понимаещь, что это самый правильный подход. Даже не представляла, что я когда-нибудь так подумаю и тем более скажу. Но вот - совершенно случайно встретившаяся книга... если еще подумаю над ней, не удивлюсь, если еще какие-то удивительные мысли родятся.

PS. А уж какая это энциклопедия жизни и уклада не только в разрезе семьи по купечески живущей и одаряющей также широко, но и всех праздников и празднеств, разносолов мясных и рыбных и удивительных постных кушаний, обычаев и характерных особенностей того времени. А мальчик-то какой приметливый, все замечает, все впечатления кладет в копилку. Он еще этого не знает, но каким это будет его утешением через пару-тройку десятилетий.