Степные боги

Совершенно мало слов о такой глубокой книжке. Не могу сказать, что это удивительное потрясение или прорыв, но роман хороший, даже не просто хороший, а "качественный" во всех отношениях, что сейчас во времена небрежности и допущений в литературе, когда каждый соревнуется в том, чтобы быть оригинальнее других, но при этом зачастую забывает об основах, — редкость. Да, действительно, во многом "Степные боги" напоминают лучшую литературу советского периода и вовсе не потому что в качестве временного периода выбран промежуток сразу после Великой Отечественной. Если так подумать, то и стиль написания не слишком схож с тем временем, но что-то неуловимое старое присутствует, может быть, это и есть пресловутый дух времени? Язык же, по сравнению с советскими произведениями про село, войну, мальчишек (выбирайте любое из трёх, здесь всё присутствует) явно другой, нет лакировочности и приглаженности, когда смотришь на фразы и понимаешь, что простота в них нарочитая и искусственная, а вот здесь, здесь и здесь этот бородатый пьяный мужик обязательно бы ругнулся, да не просто так, а хитроумно и заковыристо. Ещё один плюс в том, что никакой агитации, красного патриотизма и прочего нет подчистую — равно как нет и антисоветской пропаганды, что примерно так же может набить оскомину. И этот девственно чистый от политики рассказ не может не притягивать внимание, потому что всё, что происходило в тот период описывается, как правило, только с полярных точек зрения.

Геласимов нетороплив в повествовании, он отлично знает то, о чём пишет (поэтому в добавлении рассказов "Разгуляевка" мы видим, откуда растут ноги и все остальные органы не только у самого Петьки, но и у доброй половины героев "Степных богов"). Мальчик, который очарован войной, мечтает стать героем и, конечно, убить главного злодея Гитлера, поэтому очень переживает, что война кончилась. Вот это мальчишка, так мальчишка, настоящий до кончиков ногтей: со своими секретиками, уловками, обидами, потрясениями, болячками, в конце концов. Мы все, конечно, старше и мудрее, понимаем, что войну любить невозможно, но не можем при этом и не понять его со своими играми в войнушку (сравните, например, с "Песнями мёртвых детей" Литта, там дети играют в войну совсем по-другому, так что сразу их осуждаешь, хотя поначалу они и не делают ничего плохого). Так же понятен и любой другой персонаж, промелькнувший перед нашим читательским взором: безобидный пьяница, горланящий похабные частушки ни к селу ни к городу; молодая женщина, потухшая и отчаявшаяся из-за всеобщего осуждения; гулящая дама, которая получает от мужа поленом и все это понимают и не вмешиваются... Шолохова напомнил не только стиль, но и описания бурления казачьей крови в Петькином роду (как в самом романе, так и далее в рассказах). "...русского человека так просто голыми руками не возьмёшь. Это немца можно, румынца там какого-нибудь, а русский человек — его много. Он ведь почему буйный? Да потому, что он в себя целиком не помещается. Немец — тот не только в себя уместится, там ещё человек пять войдёт. А русскому в себе тесно, вот и рвётся наружу. Сильного много русского человека. Оттого и бушует". Вот и Петька такой, бушующий. По малолетству просто как чертёнок, а там, хорошо бы уму-разуму набрался да направил эту неуёмную энергию в какое-нибудь русло, не то бы ведь так как его родитель и спустил на шалопутство.

А в противовес кипучей русской душе — традиционное японское благородство и спокойствие. Рассказы Хиротаро о своей семье, наследстве предках, о том, чем он гордится. Его поступки тоже говорят сами за себя. Вообще, если так разобраться, то большая часть сюжетной линии вертится именно вокруг старого японца, а вовсе не мальчишки, который просто живёт и шалит. Это японец отыскивает причину того, почему люди в степи погибают, это у него есть потрясающий злейший враг, да и погружения в прошлое тоже занимают немало места. Но всё равно этот кипучий Петька умудряется выплыть на первый план. А больше всех в романе, кстати, мне понравилась не грустно-трогательная финальная сцена (кстати, жуткая провокация в аннотации, что это "история дружбы", я-то думала, что они всю книгу будут дружить, ан вовсе нет), а та, когда злейший враг Хиротаро беспокоится за него и сообщает солдатам, что его нет уже несколько дней.

Приятно было читать. Флэшмоб 2011, спасибо за рекомендацию Sullen .

Почему-то эта книга уж очень привлекла мое внимание, и прочитать ее мне показалось очень хорошей идеей. При том, что знала я о ней - что речь пойдет о необычной локации, забайкальской деревне Разгуляевке, расположенной через речку с Китаем. И что-то, связанное с Японией - может, сэнсей там какой или самурай...
Только абсолютно ускользнуло от моего внимания, что время действия у нас - 1945й год, пара месяцев после Великой Победы. Хотя я и почти всю книгу недоумевала - ну и зачем? Если пацаны, которые встретят читателя - в частности, главный герой Петька и его друганы - ну чисто мальчишки из 90х, и порой мне казалось, что я читаю что-то вроде Эдуард Веркин - Друг апрель или Андрей Подшибякин - Последний день лета . Ну верит Петька в высшие силы в лице товарища Сталина и маршала Жукова - а в остальном...
Ну и - японцы тоже есть. Может, в этом и был смысл 45го года, потому что японцы здесь - пленные, после Халкин-Гола. И среди них Хиротаро - травник, который в свободное время занят летописанием своего рода чуть ли не до айнов, чтобы об этом не забывали потомки.
И - как-то так. Петька живет своей жизнью - безотцовской, словно былинка на ветру. Бегает в лагерь таскать надзирателям спирт, мирится и ссорится с пацанами, приглядывается к взрослым своей особой, еще детской острой оптикой. Кто ему там Валерка - друг? Так вот - болеет этот Валерка, как-то тяжело и необъяснимо. Ну а Хиротаро - пишет... Японскую летопись... Спасибо, конечно, но я читала "Сёгуна" не так давно - и мне пока достаточно. Прям его дневники были какой-то набивкой - просто куски японской истории.
Где-то до середины эти две ветки вообще идут очень сильно параллельно. И очень много времени потребовалось, чтобы Петька перестал быть функцией и стал хоть немного персонажем, личностью. Автор, конечно, пишет... Даже подобрать эпитет не смогу - изо всех сил. А сил у него достаточно - филолог там серьезный, переводчик. Да его биография оказалась интереснее, чем книга! Такое ощущение, что книга, как меха аккордеона, разворачивается от Валентин Распутин - Живи и помни с этим ощущением войны на кончиков пальцев до Веркина и обратно. Автор может завернуть метафору с Овидием или очень странный магический реализм, где предлагает герою посмотреть на себя же как бы отстраненно, словно в теле паучка... Не спрашивайте - я сама не поняла) Но начинает книгу - с такого уже мата-перемата. Причем - какого-то грязного, некрасивого, ненужного...
По ощущениям - книга завернулась тогда, когда только начала разворачиваться. Только Петька стал личностью в моих глазах, только они встретились с Хиротаро, только что-то интересное стало происходить - и все, эпилог. Пронзительный, конечно - но чего ж так стремительно-то??? Поэтому если и могу посоветовать - то только любителям и искателям книжной экзотики. Или - может, среди нас найдутся любители русского реализма, который любит макнуть читателя в суровую провинциальную действительность, да еще и сверху навалить?;) Свет, конечно, забрезжит - а ты стоишь такой... в этом всем...
Ну и - поняла я, почему 45й год. Просто - чтобы увековечить память некого родственника, думаю, деда. Звали его Васька Геласимов - очень подозреваю, не просто так. И один абзац про него и его гибель выглядит так, что ради него книга и писалась. А... читать ее тоже ради этого?

Данный роман стал для меня полнейшей неожиданностью, как и самые положительные впечатления от него впоследствии.
Дело в том, что я уже как-то пробовала послушать произведения автора и оказалось совершенно мимо. А тут практически не с первых, но со вторых строк точно рассказываемой истории удалось заинтересовать меня как читателя. После чего появилось желание что-то ещё послушать у современного отечественного автора.

Действие здесь происходит во второй половине 1945 года, когда война с Германией закончена, но Вторая мировая ещё нет. Через Забайкальский край вовсю идут эшелоны на восток, поближе к границе с Японией.

В затерянном селе Разгуляевка живёт Петька, обыкновенный мальчишка тех лет, растущий без отца и всё основное время проводящий на улице среди друзей и недругов. Неожиданно судьба сводит его с пленным врачом-японцем Хиротаро. Эта встреча становится знаковой для каждого из её участников, а читатель вынужден наблюдать как причудливо порой переплетаются людские жизни, меняя их привычное течение.

В книге, помимо основной линии, связанной с Петькой и его окружением, которое периодически расширяется в силу возраста и неугомонного характера главного героя, есть ещё другая, не менее важная и интересная.
Тут на первый план выходит Хиротаро и его таинственные тетради, где он записывает древнюю историю своего рода в надежде сохранить это в памяти для сыновей, потомков .
Рассказываемые истории переносят читателя в другую страну, в другие эпохи, даря незабываемые ощущения сопричастности и протянутым сквозь расстояния нитям, а также важности сохранения той самой памяти о прошлом, без которого невозможно ни будущее, ни настоящее.

При чтении чувствуешь атмосферу каждой страны и разницу между ними, а также национальный колорит, хорошо и точно переданные писателем, ощущение того времени и прекрасно схваченные характеры персонажей помогают прочувствовать происходящее.
Интересные находки и неординарные персонажи, хороший язык и дух того времени - всё это делает чтение запоминающимся, которое хочется советовать и другим. Что с удовольствием и делаю.

Какая настоящая книга!!!
Из тех, которые не читаешь - которыми живешь.
И правда, такое ощущение, что я и букв-то не видела, а главное - абсолютно не ощущала авторского пота и старания: знаете, бывает, что читаешь - и так и чувствуешь, как автор подбирал слова, пытался поразить, удивить, зацепить...
Здесь нет этого - здесь возникает ощущение, что перед тобой не текст, а сама жизнь.

Как только я поняла, что главный герой - мальчик Петька из послевоенного времени, сразу решила дать эту книгу моему папе. Они ровесники. И я от папы слышала сотни подобных рассказов о тех же проблемах, о тех же радостях, в которые ты окунаешься с первых же страниц.
И папа подтвердил: "Да! Книга про нас!".
(Но вот сцены излишней жестокости мальчишек его покоробили. Уверял, что это чересчур, что не было такого. Однако я объяснила этот факт "аномальностью" территории, как объяснял и Хиротаро).

О книге хочется думать и говорить много. Нехватка времени вынуждает остановиться на главном.
А главное - повторюсь - в настоящести этой книги.
Уверена, что этот роман со временем включат в галерею русской и советской классики. Хочу этого.

О, боги! - пусть даже не степные, а какие-нибудь другие - думал я, дочитывая эту книгу. Главное, что чудо произошло, и в руки мне попала качественнейшая беллетристика от - О, боги! - современного российского автора.
При том, что господин Геласимов филолог по образованию и мог бы спокойно накропать не читаемый никем, кроме кучки фанатиков филологический роман с напиханными там и тут по делу и без дела диалектизмами (в этом романе они присутствуют, но в меру), огромными предложениями на полстраницы (как это делаю сейчас я), с нечитаемыми лингвистическими конструкциями и т.д., и все равно бы получить какую-нибудь премию.
На деле же, мы имеем интересный, динамичный, легко читаемый роман, пусть и без особой глубины, но - повторюсь - поразительно качественно сделанный.
Поэтому, когда глаз зацепился за пару первых страниц романа, оторваться уже было невозможно. И все дождливые выходные пролетели в погружение в солнечное забайкальское лето - первое послевоенное лето 1945 года. Страшное лето в деревне Разгуляевке - где даже само название говорит о бурной, бойкой и почти диковатой жизни. Война выиграна, а жизнь продолжается, да и жизнь ли, когда ты маленький голодный выбляденок, получающий тумаки от собственной бабки и от местной шпаны, а на войну тебе уже не успеть?! И не брать тебе Берлин, не получить звезду героя из рук самого товарища Сталина, не найти и не прищучить Гитлера - как бы самому не быть прищученным.
А лето все идет своим чередом: дети в деревне уже играют в совсем не детские игры; возвращаются раненные солдаты; замученные матери и жены все также тянут лямку и ждут, просто ждут; вагоны с военными идут все дальше на восток в места, где рождается солнце; а пленные японцы все также тихо умирают на шахтах, где растут странные мутировавшие цветы.
И только жаворонки, как маленькие солнечные боги, зависли в звенящей синеве и наблюдают эту бескрайнюю степь, бескрайнее небо, бескрайнюю жизнь.

Если бы я наверняка не знала, что эта книга была написана всего 3 (!!!) года назад, то после прочтения ни за что бы в это не поверила. Абсолютно не похожий ни на что в современной российской литературе роман. Он очень честный, очень прямой, очень откровенный. Совсем как лучшие образцы советской литературы о войне. Она не пафосная и, несмотря на обилие неприятных моментов (читай - бл***ва и несправедливости), совсем не пошлая. Она даже, наверное, слишком прямолинейная, не боящаяся обличать и говорить все в глаза. Не боящаяся попрекать, а, напротив, ставящая в укор главным героям все то, что в их поступках противоречит общепринятым моральным ценностям - терпимости, верности, долгу отчизне.

Почему-то и в аннотации, и в рецензиях пишут, что эта книга - история дружбы русского мальчика Петьки и пленного японца Хиротаро. Но, имхо, это скорее паутинка судеб разных, ничуть не связанных между собой людей, которых судьба свела в одно время и в одном месте. Людей с разными ценностями, разным воспитанием, разной верой и разными взглядами на жизнь, которые смогли набраться сил и мужества бросить вызов смерти и отвоевать у нее, пусть и ненадолго, молодую жизнь.

И ни в коей мере не соглашусь с прозвучавшими в адрес Геласимова упреками в несправедливости к своим героям - Валерке и Хиротаро. Автор не может быть не справедлив к своим героям. Он их отец и их Бог. Он их создал и их судьба - только в его руках. Иначе, каким бы творцом он был, если бы в угоду потребительским настроениям развернул сюжет в диаметрально противоположную сторону? Ведь тогда это была бы уже абсолютно другая история...

P.S. Долго вспоминала, что вызвало у меня относительно недавно очень похожие ощущения - веру в то, что и среди современных авторов есть не-Михалковы, которые могут писать/снимать о войне и послевоенном периоде без пафоса, но с тем же надрывом, как и те, кто только что вернулся с фронтов. Это был относительно свежий фильм "Брестская крепость" абсолютно никому не известного режиссера Александра Котта. И хотя я понимаю, что сравнивать фильм и книгу, которые мало того, что никак не связаны между собой (ни сюжетом, ни автором сценария, ни даже временем, когда происходили события), абсолютно нет смысла, почему-то очень хочется поставить их на одну полку - и диск, и книгу...

Книжный вызов 2011

Чудесная книга!!

Автор чем-то напоминает Чехова.

Такая вся русская книга. О русской деревне в первые месяцы после ВОВ.

Здесь о мальчике-безотцовщине и военнопленном японском докторе.

Но в то же время автор печальную правду войны показал.

Деревня Разгуляевка.

В полный рост пьянство, бл@дство, беспризорники... Возвращение воевавших мужей и встреча с неверными женами...

И на этом фоне весь такой правильный японец. Он и друг хороший, и солдат верный, и врач, сдержавший клятву Гиппократа(когда была возможность , он не уехал в Японию, а остался в деревне вместе с раненными японцами, чтоб оказывать помощь).
Гуляя , а точнее убегая из-под караула, случайно натыкается на мутировавшие цветы, и тут уже вспоминает , что видел бурятские охранные талисманы-зеркала на домах. Пытается предупредить командование о вреде шахты, что ее нужно закрыть. Спустя время там находят уран.

Понравился дневник японца, который он писал для своей семьи, но:

А вот Петьку в двух словах описать почему-то не получается. Милый забияка-обормот. И в то же время чуткий сын, верный друг.

Рада, что автор закончил эту книгу хэппи эндом для Петьки и его мамы.

Думаю, для меня проект "Читаем Россию!" в первую очередь стал значимым потому, что именно здесь я открыла для себя прозу Геласимова. Это нечто настолько изумительное, что мне ещё надо немало времени, чтобы сформулировать, чем меня так очаровали его книги.

Что касается именно этого романа, то у меня от него осталось ощущение, как от раннего утра в лесу, прихваченном первым заморозком. Не подумайте, что я впала в это настроение в связи с несколькими хокку, написанными японским врачом Хиротаро, пытающимся вылечить умирающего мальчика в степной деревне, возле которой военнопленные японцы работают в шахте и умирают во множестве.

Нет, скорее это ощущение вызвано самим главным героем книги - десятилетним Петькой Чижовым. Это настолько изумительное и чистое восприятие мира, при том, что мальчишка живёт в месте, где

Вокруг и пьянство, и беспорядок, и сложности в общении с другими пацанами, поскольку он "выблядок", да ещё и лучший друг болен, и на войну фиг попадёшь, потому что пока вырастешь, уже всех победят... Он настолько искренен в своих порывах, что готов жизнь отдать, если понимает, что только сейчас и только так нужно поступить. Я могу тут долго распинаться про то, как здорово написаны его мысли, но лучше цитатами:

Книга безоговорочно достойна прочтения. Всем советую, от души.

У войны бывают разные лица. Андрей Геласимов не пишет о боевых действиях, подробностей окопной войны не приводит. Его война лишь в эхе лета сорок пятого и в эшелонах, идущих на восток. И герои в этой книге - сопливый мальчишка, которого в селе зовут в глаза "выблядком", и японский пленный, для которого война закончилась в 39 и долг заставил остаться в плену с ранеными.

Для Петьки война звучит голосом Левитана, сводками о потерях, о взятых городах. Мечтает он поймать в зарослях полыни сбежавшего Гитлера и получить звёздочку героя, тут то и кончится она проклятая... И тут же, глупая башка, грезит о начале новой, где быть ему геройским солдатом, а лучше всего погибнуть. Плывут пароходы — привет Мальчишу! Пролетают лётчики — привет Мальчишу! Всю ночь царапает ржавым гвоздем стену сараюшки, пишет слова матерные, чтобы утром из черной тарелки слышать лишь хорошие сводки с фронта.

Только вот дружок его единственный, Валерка, болеет, капает юшка из носа... И за то что Петька старательно жмурится, прикрывая глазливость руками, за то как упорно тащит Хиротаро по пыльной улице, за последнюю надежду на басурманское зеркальце, отгоняющее духов, за то что не может ударить первым - этого балбеса легко простить, ведь подглядывал с интересом за чужими мучениями.
И за волчонка, которого прикрывал собой от охранников, и за белую юбку, для того чтобы мать была счастлива. Да и за недетскую мудрость о не нужной, чужой ему крови.

А Хиротаро пишет тайком в своей тетрадке. Пишет в будущее сыновьям, в Нагасаки...пишет , не зная «что пишет послание из мира мертвых в мир живых», но оказалось наоборот. Вспоминает историю своей семьи, свое детство, годы учебы - мечтает, что когда закончится война, передадут его дневник родным. Стремление увековечить память, соблюсти японскую традицию почитания предков, преодолевает все опасения. Неторопливый рассказ о обрядах, обычаях, о военных событиях на Халхин-голе заносится на сероватые странички в клетку.

Статуэтка Каннон, многорукой богини, чья сила может изгнать злых духов и не дать помереть Валерке, милосердная покровительница, единственная надежда для отчаявшегося Петьки. И старый японец, один только понимающий отчего болен мальчишка, отчего умирают военнопленные, работающие в шахте, сам начинает верить в ее силу. И кружится в ритуальном танце, нараспев читая текст классической пьесы Но, в предрассветной степи. Бесполезный доктор, изгоняющий злых бурятских духов...

Такие разные верность и дружба. Между Петькой и Валеркой. Между Хиротаро и Масахиро. Такие схожие, такие разные.
Такие разные руки-символы. Руки больного друга - как умирающие птицы. Руки матери - неживые, бессильные, отчаявшиеся. Линии предначертанной судьбы на ладони.
И васильки - опять же символ, теперь уже смертельной болезни самой земли Разгуляевки.
Последняя глава кратко официально подтвердит читателю причину. Смертельную причину, которая не секрет для нас изначально.

Когда на рассвете ты просыпаешься по привычке, чтобы вставить соску начавшему ворочаться и повизгивать сквозь сон ребенку, и тебя посещает мысль, что, может, ну его это досыпать еще два часа, если можно втихую пробраться на кухню и дочитать книгу, хотя в нелюбви ко сну обвинить тебя уж никак нельзя, то книга, поверьте мне, отменная! И с Геласимовым и его "Разгуляевкой" было именно так. Слава богу, что собственно "Степных богов" дочитала накануне, а то ведь точно встала бы и пошла бы читать...

А потом утром долго взахлеб рассказывала мужу о том, какая это книга классная. Но когда услышала вопрос: "Так о чем книга?", замолчала на полуслове, как застреленная в полете птица.

Сюжет? Не знаю. Не могу описать. Нету у книги сюжета, как, например, в детективе обычном, где кто-то совершил преступление, а кто-то его ищет, а на фоне у всех идет жизнь. Потому что у этой книги сюжетом - сама жизнь, а на ее фоне совершаются преступления и наказываются виновные, грешат и искупают грехи, казнят и милуют. А жизнь идет своим чередом, ступает босыми ногами с загрубевшей на пятках кожей по степи, дергая за хвост волчат, задирая юбки бабам, макая тельники в спирт, убивая, воскрешая, смешивая грешное с праведным, а японское с русским, матерясь и выводя надтреснувшим голосом трогательные песни о наболевшем.

Геласимов любит своих героев. Боже! Как же он их любит! Потому что, если не любил бы, то как бы, скажите, как вынудил бы меня полюбить этих нечесаных, грязных пропойц и матершинников, редко знающих, как поступить по-божески, не гнушающихся поднимать руку на всех подряд? И от этой его любви они меняются, расцветают на глазах, и сквозь их покрытую коростой кожу начинает лучиться нежнейший свет, облагораживая их и исцеляя.

И что бы ни творилось, как бы ни обходилась с ними всеми жизнь, но они смогли, сумели забраться тебе в самую душу, окопаться там и остаться. И теперь ты точно знаешь, что если вдруг там у тебя задумает поселиться хоть на минутку Гитлер, они его найдут и обезвредят - и быть тебе теперь честнее и правдивее. И не денешься уже никуда.