Записки замоскворецкого жителя

Глумов. И притом, все бумага и форма. Целые стены, целые крепости из бумаг и форм. И из этих крепостей только вылетают, в виде бомб, сухие циркуляры и предписания.
Городулин. Как это хорошо! Превосходно, превосходно! Вот талант!
Глумов. Я очень рад, что вы сочувствуете моим идеям. Но как мало у нас таких людей!
Городулин. Нам идеи что! Кто же их не имеет, таких идей? Слова, фразы очень хороши.

Да, мы куда-то идем, куда-то ведут нас; но ни мы не знаем — куда, ни те, которые ведут нас. И чем все это кончится?

... пишет-то, как слон брюхом ползет...

Сами обманывать не умеют, так людей нанимают.

Уж это первое дело – долг отдать, петлю с шеи скинуть, – последнего не пожалеешь. Бедно, голо, да зато совесть покойна, сердце на месте.

Поди вот с бабами! Хуже, чем дивизией командовать.

- Где уж мне! Был конь, да уездился! Хе-хе-хе! Пора и молодым дорогу дать.

• Нынче и молодежь-то хуже стариков.

В гости ехать, говорит, одеваться надобно; а приедешь — разговаривать нужно.

А ты вот как говори: не родись умен, а родись счастлив… вот это, миленький, вернее. Правда – хорошо, а счастье лучше!

Барабошев. Никандра, наши обстоятельства в упадке, в таком кризисе будь в струне!