Свежо предание

Когда-то я очень любила семейные саги и истории, рассказывающие практически полностью жизнь героя, наполненную всевозможными трагическими событиями. Когда-то — но сейчас прочитанное скорее навевало лишь тоску и желание закончить побыстрее. И если бы не "Долгая прогулка", то ни читать ни тем более писать рецензию я бы не стала. Потому что ворчать я готова от всего: от блеклого главного героя, который буквально теряется в мешанине из различных эпизодов жизни, между которыми книга порой скачет, пропуская важные смысловые куски, до попыток в морализаторство, навязывания авторской точки зрения читателю и выделению "положительных" персонажей, вокруг которых много отрицательных. Тоска, причем тоска ради того, чтобы "показать читателю истину". Нет, не готова я морально сейчас читать книги, в которых очень ярко, до навязывания, проявляется лишь однобокий взгляд на ситуацию, а в слоге автора явно чувствуется боль, тоска и обида на определенное историческое время. Т о с к а.

Не спорю: книга затрагивает важные темы и раскрывает много проблем описываемого исторического периода. Это важно, книга важна, и своего читателя она найдет. Антисемитизм, революция, коллективизация, доносы, репрессии, война, сведение людей с ума и безжалостная система, которая ломает судьбы. Не всему уделен равный книжный объем, но серьезных социальных тем, о которых стоит говорить, поднято немало. Все же ведь любят "пронзительно правдивые исповеди", о том, как на самом деле кому-то жилось плохо?

Этой книге нужен свой читатель, который хочет чего-то "жизненно-разоблачительного" и который готов продираться через сюжет и композицию. Потому что само повествование порой очень странно расставляет акценты: в моей электронной книге роман занимает около трех сотен страниц, из которых больше ста пятидесяти рассказывается о детстве героя. А далее сюжет рвано скачет от эпизода к эпизоду, ту же войну, например, затрагивая буквально парой абзацев. Зато длинные идеологические диалоги — пожалуйста, вот вам несколько страниц, а потом еще! А после переворачиваешь страницу и думаешь: это файл попался битый или и правда между строк пролетело несколько лет, а сразу это и не поймешь.

Стиль и язык повествования довольно приятный, диалоги живые — правда, их иногда слишком много. Но они живые и читаются очень приятно. Так что если действительно хочется почитать книгу с именно таким сюжетом, нравится думать, анализировать, нравится неспешное повествование и не имеете ничего против явно пропихиваемой авторской оценки событий — то да, книгу можно рекомендовать. Она не разочарует.

Сложно писать рецензии на такие книги. Вроде бы все просто, но очень горько в своей обыденности.
Пожалуй, самое яркое впечатление от этой книги - это удивление от того, как в такой небольшой объем можно было уместить происходящее таких масштабов. Ощущение, что это не частная история, а отражение глобальных процессов, очень сильное. При этом судьба конкретного человека не скрывается за этой завесой, а наоборот находится на первом плане.
Из этого вытекает второй важный для меня момент. Так получается, что все происходящее затрагивает Константина по касательной, косвенно. Да, вокруг постоянно происходят какие-то значительные события, а его задевает по сути не напрямую. Не скажу, что несущественно, но так, что физическое существование его не прекращается. А вот психика постоянно испытывает удары. И вот этот конфликт изначальной безусловной убежденности в правильности глобального пути и фактической реализации этих идей в итоге приводит к печальному концу.
Отдельно интересен калейдоскоп людских характеров, который возникает вокруг Константина. Очень яркие, живые, разнообразные персонажи. И многие очень хорошо узнаваемые.
Непростое чтение, которое заставляет задуматься.

Книга, к чтению которой приступала с тяжкими предчувствиями, но которая меня пленила и заполонила с первых же строк.

Настолько легкий слог, а математический склад ума прослеживается за стройностью фраз, которые не могут не радовать своей гармонией и энергетикой. Текущих сквозь тебя, как будто так и надо. А ведь были в жизни мальчика, юноши, мужчины очень нелегкие времена, но автор не зацикливалась на них, только призывала нас будто запомнить, что это было в жизни Константина Левина, но осталось глубоко у него внутри.

А как же было интересно читать те места, которые раньше отнесли бы к производственному роману! О молодых инженерах, чья мысль работала интенсивнее и усердней по мере установки труднодостигаемых целей. Каким энтузиазмом, молодостью, верой в будущее веяло от этого!

И уже хотелось вздохнуть облегченно - интересная работа, друзья, счастливая семья, сын родился... Но тут с грохотом всей своей глыбой обрушился еврейский вопрос. Ох, и недаром и не раз, и не два по сюжету предлагались нам объяснения всей этой ситуации в целом, и не только возникшая острая волна антисемитизма на границе 40-50-х годов. И сколько она уничтожила тем или иным способом людей! Тут же вспоминается и дело "врачей-вредителей".

Становится совсем нехорошо, когда это читаешь. Как закрутилось и обрушилось. И без надежды. Мы понимаем, что тогда были такие времена, и людей корежили так ли, эдак ли. Страдали все - и кого зашибло этой дубиной, и мимо кого она пронеслась. А что сейчас? Сейчас другое, но тоже иногда задумываешься, особенно, когда попадает в руки такая книга. Никто ни от чего не застрахован. И в наше время тем более.

Когда в самом начале книги автор подчеркнула, что она русская по национальности, меня это очень удивило. Вроде как что в этом такого? Русская и русская. Не писать же всем французам-авторам, что они французы, а китайцам, что китайцы. Вроде и так из текста будет видно, о чем мечтала, чем сердце успокоилось. Но вот в чем дело - после таких книг сердце успокоиться не может по определению. Оно рвется на части от ужаса и непонимания.

Хотя от них и мозг рвется на части после обычного осознания окружающей действительности. Но то такое - лирическое отступление.

Главный герой книги - Костя Левин. Вот такое классическое имя, которое принято ассоциировать с насквозь русским человеком - героем "Анны Карениной". И этот Костя Левин - такой же русский, именно так же - до мозга костей. Но с одной особенностью - он еврей. Его дедушка еврей, еврей - отец, еврейка - мать. Отец и мать - рьяные революционеры, из тех, которые мотались по тюрьмам, агитировали, пылали, а сам Костя - ребенок Октября, родившийся в 17-м году. Его мама пришла в революцию не сколько по идейным соображениям, сколько по личным - ее близкие погибли во время еврейского погрома. И вот ей казалось, что после победы над царизмом народы возьмутся за руки и вместе пойдут в светлое будущее, забыв о предрассудках и разногласиях. То есть она боролась за то, чтобы всем было все равно, еврей ты или нет.

Даже не вдаваясь в подробности биографии книжного Кости Левина, мы с полной уверенностью можем заявить, что надежды его мамы оказались напрасными. И уже после того, как стали известны зверства фашистов, после того, как во всем мире евреи гордо несли венец жертв, получая почет и сочувствие, быть евреем в СССР было очень неудобно и плохо, если говорить иносказательно, а если прямо - просто опасно.

И. Грековой удалось рассказать нам краткую историю антисемитизма в России в очень простой и увлекательной форме, которая только подчеркнула весь ужас описываемого. Книга из тех, которые я бы рекомендовала всем к прочтению. При чем не только ненавидящим евреев (для разубеждения) или уважающим их (для утверждения в собственном мнении), но вообще всем, кто хотя бы краем мозга допускает, что можно не любить кого-то по национальному признаку (или потому, что кто-то живет в другой стране). Хочется верить, что после каждого прочтения этой книги мир будет становиться лучше и добрее.

Роман начинается взглядом ребенка на радужный солнечный зайчик, счастливым смехом и в конце его на нас опять смотрят самые честные глаза – глаза ребёнка. А между ними целая человеческая жизнь, страшная быль для многих людей. Герой романа уцелел в довоенной мясорубке «врагов народа», пережил войну, блокаду, но сгорел в топке послевоенной ксенофобии. В романе ксенофобия и национальная (еврейский вопрос) и научная (гонение кибернетики). Что заставляет бояться и ненавидеть другое, чужое, непонятное, непостижимое, а поэтому опасное и враждебное?
"...нужно иметь врага... Ненависть надо культивировать... Нужно кого-то ненавидеть, чтобы оправдать собственную мизерность..." Это на мой вопрос отвечает один из героев Умберто Эко. Страшное это явление, но факт, что и сейчас многие продолжают культивировать, разжигать, оправдывая собственную мизерность.
Роман может сейчас показаться наивным - факты, изложенные в нем, мы давно знаем; известны и все возможные их трактовки. Однако научная точность и честность, прозрачность и увлекательность, которыми И. Грекова изображает своих героев и их переживания - сложные, тонкие, банальные и трагические – притягивают и не отпускают.

Люблю Грекову за то, что, берясь за одну тему, она не упирается в неё в каждой строчке. Просто вплетает её в повествование, в обычную жизнь обычных людей. Так было в Кафедре, в Хозяйке гостиницы. Так получается и здесь, уже когда начинает мелькать на страницах тетя Дуня со своими некрасивыми, непристроенными дочерьми. Когда пропадает куда-то в самое нужное время Исаак Левин, когда уезжает, рассуждая о чем-то неясно, Клава.

У молодых революционеров рождается сын, растет, слушая рассказы о страшном времени до революции, когда цари стравливали народы, и наблюдая зачарованно горение примуса. Разрываясь по жизни в первый и стопервый раз между верностью и справедливостью, воспитывая сестренку. Маршируя со всеми в ногу, упоенно читая слова на братских могилах на Марсовом поле, твердо веря в Великую революцию, в справедливость советской власти. Удивленно слыша впервые в свой адрес "жид пархатый", с ужасом слушая о деле Бейлиса. Спина к спине с незнакомым мальчишкой давая отпор ватаге хулиганов, впервые влюбляясь, теряя близких. Пытаясь не потерять человеческого в себе в блокадном Ленинграде, защищая диссертацию, создавая семью, занимаясь интересным делом. Живя.

Но мальчик родился в 1917 году.
Однажды я зашла в комнату, а мама смотрела какой-то советский фильм, по паре кадров было ясно, что там идет война.

• Что за фильм? О чем?
• О жизни
• Про войну?
• И про войну тоже. Такое время получилось, что в каждую жизнь война попала.

Жизнь под знаменами двадцатого века. Жизнь, в которую этот век мог вторгнуться в любую минуту. В постоянном подсознательном напряжении. Всё хорошо, всё нормально, всё идет своим чередом, но... Но однажды он всё же ворвется, прокатившись по тебе всеми колесами. И ты не выдержишь. У тебя больше не останется ничего, а для всего, что есть, ты представляешь опасность. Чувствовать себя прокаженным, за что? За отчество. За человека, с которым с самого детства не поддерживал отношения. За то, что не можешь или не хочешь говорить с трибун все те слова, что так отвратительно слышатся в зале. За то, что толпе нужен козел отпущения. Всегда. Всем.

Читать эту книгу - как рассматривать старые, черно-белые фотографии. Вглядываться в застывшие навеки лица и пытаться угадать, как жили, о чем думали люди, на этих фото запечатленные.
Книга полностью погрузила меня в атмосферу тех времен - революционные, послереволюционные, военные и послевоенные годы. И хотя в ней исторические события упоминаются лишь вскользь, фоном, то, как они меняют людей, создаёт более живую и объёмную картину, чем просто сухие факты или описание военных действий или репрессий, которых и так хватает в других произведениях.
Не могу сказать, что история Константина Левина меня как-то зацепила или впечатлила. Я бы даже не назвала ее необычной или выдающейся. Простая история рано осиротевшего мальчика-еврея, из семьи «тех, кто делал революцию» и жившего в советское время. Его судьба предсказуемая и трагичная, но все равно очень душевная. Ласковое прозвище матери - Пустякинишна, любовь и преданность сестре, первая влюбленность (о как реалистично была описана эта девочка-гимнастка), верный друг (который смог подняться над советской пропагандой и трезво оценивать происходящее), заботливая жена...
И есть какая-то недосказанность в истории жизни главного героя, прям целые годы и десятилетия выпадают из повествования, и это меня невероятно печалило - все-таки мне бы хотелось больше узнать о его первой жене, которую он вспоминал с такой нежностью, о том, как проходили военные годы, тогда бы произведение казалось бы более целостным, а не каким-то обрывочным.

Редкий случай, когда я никак не могла приступить к отзыву. Мне долго надо было остывать от этой книги! Она меня слишком переворошила и взбудоражила. А ведь я такой опытный читатель! Стреляный воробей, тертый калач, прошедший по страницам текста огонь и воду, съевший пуд печатной соли... Недавно мой сын сказал мне с укоризной: ты опять бросила книгу, не дочитав? И я ответила, что мне было скучно... Что все чаще и чаще я думаю на первых же страницах: это было, было, было... Но Грековой удалось пронять меня до самых печенок и первой моей реакцией после прочтения был внутренний крик: Сволочи! Уроды! Гады! Довели, замучили! Уморили Человека!

Конечно, из такого крика отзыва не сделаешь и мне пришлось подождать и успокоиться. Понять, что "Свежо предание" стоит в ряду классических произведений, которые свидетельствуют: хорошему человеку трудно не сойти с ума от нашей земной жизни. У меня до сих пор не хватает духу писать что-нибудь на эту тему дальше: почему, от чего и что можно с этим делать. Слишком грустно.

Я хочу только написать о мастерстве Ирины Грековой: от ее прозы я испытывала настоящее гурманское удовольствие. Не все ее книги написаны так душевно, так ярко и с подробностями. И хотя мне понравились все, которые я у нее читала, эта показалась самой выразительной и красивой по слогу. Многие абзацы мне хотелось выучить как стихи. Это было по-настоящему здорово. Видимо, как раз поэтому, потому что читать было очень приятно и я впитывала строки всей душой, финал так ударил по сердцу. Но тут не вина автора, а вина страшных времен, которые были именно такими, какими описывает их Грекова. "Свежо предание" - правдивый и выразительный документ эпохи. Единственное, о чем бы я мечтала, чтобы он и правда стал "преданием", а не новой действительностью.

Пронзительная история жизни маленького человека в большом Государстве. Косте Левину не повезло родиться не в то время и не в том месте, хотя всё относительно, учитывая, что он мог родиться в Третьем рейхе.

Можно спорить до хрипоты о том, где и когда жилось или живётся лучше или хуже, солнце светило или светит ярче и трава зеленее, но в этой книге обыденно и страшно показана изнанка прелестей советского государства. Да и пожалуй, не только советского. Это лишь исторический фон. Любая подобная СССР громада перемалывает немногих, ради, так сказать, благополучия и счастья многих и вопрос лишь в том, что каждому в отдельности нужно оказаться среди многих.

Ну а нашему Косте не повезло. Он родился евреем в СССР и пронёс печать неугодности только по причине национальной принадлежности через всю жизнь, которую он старался прожить честно, в любви к семье и преданно служа своей стране, которая его отвергала.

Эта книга оставляет комок в горле и непроизвольно заставляет сжать кулаки от чувства собственного бессилия, но если вдуматься, мы не так уж бессильны. Да, изменить историю уже не получится, но если каждый попытается справиться с предрассудками в своей голове и не поддаваться низкопробной пропаганде, то будущее станет лучше. Жаль, что люди не извлекают уроков из истории...