«– Вся беда литературы в том, – сказал Джон Риверс, – что в ней слишком много смысла. В реальной жизни никакого смысла нет»
«В книгах есть связность, в книгах есть стиль. Реальность не обладает ни тем ни другим. По сути дела, жизнь – это цепочка дурацких событий, а каждое дурацкое событие – это одновременно Тэрбер и Микеланджело, одновременно Мики Спиллейн и Фома Кемпийский. Характерная черта реальности – присущее ей несоответствие»
«– Странная штука, но ближе всего к действительности оказываются как раз те книги, в которых, по общепринятому мнению, меньше всего правды»
« Возможно, истинная действительность всегда слишком неблагородна, чтобы ее запечатлевать, слишком бессмысленна или слишком страшна, чтобы ее не олитературивать»
«– Отчего бы и не устроить маленькую оргию воспоминаний в честь одного из твоих редких визитов»
«– А это и есть дурман, – ответил он. – В воспоминания уходят с головой, как в джин или амиталат натрия»
«Из барахтанья в прошлом может получиться неплохая литература. Но мудрости не будет и помину»
«Раз уж ты хочешь жить моментом, как он есть, тебе придется умереть для всех остальных моментов»
«Умирание – это искусство…Элен постигла искусство умирать, ибо постигла искусство жить»
«Пламя литературных соблазнов еще жарче, чем сексуальных»
«– А твоя матушка когда-нибудь говорила тебе, что самый чудесный свадебный подарок, какой юноша может преподнести своей суженой, – это его девственность?»
«Смерть нужна детям, чтобы испытать особый, отталкивающе-восхитительный трепет. Нет, это не совсем верно. Она, как и все прочее, нужна им для того, чтобы придать особую форму трепету, который в них уже имеется»
««страх – это смешанное с опаской наслаждение»
«Ad majorem hominis degradationem»
«Каждая преходящая мелочь в каждый момент запечатлевает себя в вечности именно таковою. Смысл ее заключен в ее собственном бытии»
«Не судите, да не судимы будете. Но природа языка такова, что не судить мы не можем»
«любовь всегда сопровождается какими-то процессами в нервных окончаниях, коже, слизистой оболочке, железах и пещеристой ткани. Те, кто умалчивает об этом, – лжецы»
«Безумие ослепляет»
«Чего он искал в орудиях смерти – так это дополнительной муки, болезненного напоминания в разгар прочих страданий, что когда-нибудь потом, еще очень и очень нескоро, ему тоже придется умереть»
«В конце концов человек повисает на одной только ниточке – и эта ниточка с каждой минутой делается все тоньше, тоньше»
«могу шутя любую трудность одолеть»
«Спасенный утопающий запоминает лишь своего спасителя, а не зевак на берегу»
Читать далее