Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли? Лучше бы я остался дома

Америка, годы Великой депрессии, миллионы безработных, неприкаянных, голодных, не находящих своего места в этой жизни. Они готовы на все. Есть предложение - есть и спрос. По всей стране устраивают развлечения с этими несчастными, например, танцевальные марафоны. Танцуй, пока хватает сил, проигравший не получает ничего. Все очень просто.
Но я не о тех, кто в центре танцевального круга, я о тех, кто на трибунах. Что это, скажите на милость? Какие человеческие черты надо задавить в себе, чтобы получать удовольствие от мучений других? Это полная деградация общества? Или это было свойственно человечеству всегда - гладиаторские бои, цирки уродов, да и сейчас с каким азартом заглядывают люди через спины других после аварии и спрашивают - "Что, насмерть?" - и только обострилось в тяжелое время? Но факт есть факт - на трибунах полно зрителей. И это такие же бедолаги, как и те, что в центре танцзала, только на данный момент чуть более везучие и могущие заплатить лишнюю пару долларов, чтобы посмотреть на тех, кому еще тяжелее.

Драма на танцполе ... она закономерна. И название повести совсем не метафорично. Жизнь оставила им совсем мало человеческого

Мне сейчас сложно вспомнить, когда впервые по советскому телевидению показали фильм, созданный по этому произведению Сидни Поллаком с Джейн Фондой в главной роли. Картина после долго обсуждалась в кругу друзей, а ее заглавие вошло в обиход и фраза "загнанных лошадей пристреливают" стала применяться нами по поводу и без. Прошло уже много времени, эпизоды танцевального марафона всплыли в памяти, а вот финал помню плохо.

1935 год, Великая депрессия. Молодые люди, чтобы получить довольно достойный по тем временам приз в 1000 долларов, ввязываются в танцевальный марафон. Роберт мечтает стать режиссером, а Глория уже снималась несколько раз во второстепенных картинах. Приз может стать хорошим подспорьем в решении многих проблем. В 20-е-30-е годы подобные реалити-шоу прокатились по всей Америке, люди танцевали месяцами с небольшим перерывом на отдых и личные надобности, такие танцы тогда окрестили "кровавыми". Довольно безнравственное мероприятие и мне с моими заскорузлыми взглядами точка зрения пуританского общества матерей ближе, чем организаторов и зрителей подобных шоу, которые сейчас трансформировались и размножились в неимоверном количестве.

Хорасу Маккою не удалось в романе передать всю трагедию марафона так, как это сделал Поллак. Не будет спойлером (с этого и начинается книга), если я напишу, что Роберт в итоге помогает Глории уйти из жизни. Великая депрессия, безработица, голод, безысходность. Это было тогда, сто лет назад. А что сейчас заставляет людей участвовать в подобных мероприятиях, как не падение нравов. Стоит пересмотреть фильм еще и по той причине, что, по-моему, финал все же отличается от книжного. Да и вообще, лучше посмотрите экранизацию, она, однозначно, лучше.

Мир денег, славы, страстей, блистательный Голливуд едут покорять провинциалы со всей Америки. Ральф Карстон и его знакомая Мона, как раз из этого числа. Молодые люди работают статистами на киностудии и мечтают о карьере артистов.

Ральф, сын фермеров, наивный южанин, уверен в своем таланте. Роман похож на историю "она приехала в столицу поступать, но повалилась на экзамене, а в деревню возвращаться не захотела". Карстон пока ничего не добился, но уже шлет домой заверительные письма, что карьера его продвигается успешно, а со звездами он на короткой ноге. Есть у молодого человека немаловажное достоинство для актера, он чертовски красив. Однако, такого "добра" здесь предостаточно, чтобы тебя заметили и дали хоть какую-то мало-мальски значимую роль необходима протекция. Кому-то, действительно, везет, и он добивается славы исключительно за счет своих данных и его величества Успеха, но таких единицы на десятки тысяч соискателей.

Судьба сводит Ральфа с одной богатой дамочкой, миссис Смитерс, светской львицей преклонных лет, вращающейся в кинематографических кругах, устраивающей приемы для звезд кино, писателей, людей искусства. Ее дом-дворец утопает в роскоши, гости пьют дорогие вина, едят из золотых приборов, в бассейне плещутся обнаженные нимфы и это все в период Великой депрессии. Сама же леди Смитерс, образец распущенности и пороков.

До чего же притягательна красивая жизнь, как хочется славы, денег. Перед Карстоном встает дилема либо стать альфонсом, мальчиком на побегушках у богатой дамочки и тогда возможно достигнуть всего о чем мечтает, либо вернуться домой к родителям и прослыть лжецом и неудачником.

"Я скорее умру, чем вернусь ", решает главный герой. Почему бы не попытаться и не сыграть роль юноши, влюбленного в женщину, которая в матери годится? Ведь большинство мечтало бы оказаться на моем месте, убеждает себя Ральф . И, признаться, он не так и далек от истины. Чтобы достигнуть успеха на фабрике грез, надо принимать установленные правила, а если ты не готов, то "лучше оставаться дома."

Сколько сил и энергии потрачено ради иллюзии, ради мнимого счастья. А счастье-то было рядом, руку протяни, но Карстон его профукал.

Выражение «хлеба и зрелищ» чаще всего ассоциируется у нас с Древним Римом, хотя история знает немало красочных воплощений этого явления. Возьмем, к примеру, 1930е. После «Черного вторника» Америку накрыло колпаком Великой депрессии. И одним из неизбежных последствий всеобъемлющего кризиса стала безработица. Голод гнал людей с места на место. Отчаяние заставляло хвататься за любую возможность, как за соломинку.

Однако, на фоне финансовой катастрофы многие, стараясь скрасить унылую повседневность, стали искать дешевых и будоражащих впечатлений. И как известно «спрос рождает предложение». И вот уже кто-то весьма сообразительный изобрел «Танцевальные марафоны». Марафоны, в которые записываются молодые неприкаянные люди, в отчаянной надежде на главный приз – тысячу/полторы долларов. Главное, что помогает выживать на этих воистину гладиаторских аренах – физическая выносливость и хорошие отношения с организаторами. Для многих подобные марафоны становятся и домом, и профессией, поскольку пока ты танцуешь – тебя кормят и одевают. А в те времена, это уже кое-что.

Главный герой вляпывается в эту авантюру случайно. И постепенно втягивается в марафонный ритм жизни. Эта повесть – исповедь человека, который пытается выжить, не потерять разум, а главное свою мечту в удушающих объятиях реальности. С обезоруживающей откровенностью, Роберт рассказывает о своей жизни, желании снимать кино, попытках понять и помочь своей партнерше по марафонному забегу – Глории. И все это под пристальным наблюдением публики, которая только и ждет, чтобы кто-то споткнулся, подставил подножку или устроил драку. Толпе нет дела до личности, сбивающей ноги в кровь в центре зала, главное, чтобы это было красиво.

ИТОГО: Горькая повесть, о том, как катастрофы ожесточают людей и превращают их из человечества в кровожадную беснующуюся толпу на скамьях Коллизея.

Дамы и господа!

Приветствую вас на нашем танцевальном марафоне! Посмотрите на собравшихся здесь прелестных участников - парни и девушки, прекрасные, сильные, смелые и уверенные в себе пары! Да-да! Они верят, что смогут протанцевать дольше, чем все остальные. И кому-то это действительно удастся! Три, два, один - поехали!

Итак, познакомимся поближе с одной из пар - это очаровательная Глория и ее партнер Роберт. Они кружатся в танце и переговариваются между собой. Давайте же попытаемся подслушать, о чем они говорят:

Да... Что-то наша Глория хандрит. Эй! А это что? Неужели наша любимая пара начала переругиваться с другими участниками? Почему? Безусловно, Глория девушка открытая, ей интересна жизнь других, но зачем же лезть в нее, зачем давать советы? Ну вот! Уже и Роберт подключился к ее переругиваниям и даже лезет в драку. Ай-ай-ай, как некрасиво...

Постойте! Что это за звук? Выстрел? Что там произошло? Кого-то ранили? Где? В баре! Нет-нет, не толпитесь! Мы сами разберемся.

Извините, дамы и господа! Кажется, наш марафон придется прервать...

...Еще раз. Снова этот звук. Звук выстрела...

Голливуд, 30-е годы. Великая депрессия для страны только что закончилась, но для людей будет продолжаться еще очень долго. Роберт приезжает в Голливуд, чтобы стать режиссером и снимать кино о простых людях; Глория приезжает после неудачной попытки суицида просто потому, что больше нечем заняться, и совсем немного для того, чтобы стать актрисой. Попасть в массовку практически невозможно, хотя многие продолжают верить в Американскую мечту, особенно здесь, в Голливуде, где вчерашний электрик может стать успешным продюсером, а то и вторым Эйзенштейном. Роберт и Глория решают принять участие в изнуряющем танцевальном марафоне в надежде на хлеб, зрители сюда приходят за зрелищами, потребность в которых неисчерпаема во все времена, и особенно – в тяжелые. Что может быть увлекательней, чем десятки пар, неделями танцующих на паркете с десятиминутными перерывами на еду, личную гигиену и подобие сна? Изможденные лица, сведенные судорогами ноги, обмороки, купленные за сто долларов фальшивые свадьбы и настоящие смерти – the show must go on. И конечно, дерби. Ежедневные скачки по кругу, где вместо лошадей – люди, которые точно так же сходят с дистанции, особенно на пятом месяце беременности. Самое удивительное, что даже представители пуританской Лиги, выступающей за закрытие марафона, каким-то образом представляются лишь зеркальным отражением все тех же зрителей, а акции протеста для них – такое же шоу, удовлетворяющее потребность в зрелищах, а в довесок позволяющее ощутить сладость собственного морального превосходства. Но даже здесь в краткий десятиминутный перерыв можно испытать самый важный момент в своей жизни, просто раскрыв запертые двери и увидев закат над морем. Грустная и депрессивная книга, если не по форме, то по содержанию, в каком-то смысле срез истории целого поколения, где дерби на танцевальном марафоне с бегом по замкнутому кругу становится аллегорией самой жизни, в уздечке которой перемалываются мечты, и люди превращаются в загнанных лошадей. А загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?

– Этой мерзостью я сыта по горло.
– Какой мерзостью?
– Жизнью.

Невероятно захватывающая книга, прочитала на одном дыхании. Особо не вникая в смысл слов "танцевальный марафон", я всегда представляла весёлое развлечение, увлекательный танцевальный конкурс. На самом деле это уже не танцы. Это борьба. Борьба на грани человеческих возможностей. Американская Депрессия толкает людей на отчаянные поступки. Неважно кто они: актёры, врачи, фермеры, все превращаются в беспрекословных подчинённых, скаковых лошадей. И они несутся, отчаянные, жаждущие, готовые на всё ради победы в этой сумасшедшей гонке.

Для Глории вся жизнь как гонка. Гонка за смертью.

Она становится язвительной пессимисткой не от хорошей жизни. Наивность, чувственность, надежда на будущее - это не про неё. Она сломлена и загнана в угол. Всё заканчивается очевидно. Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?

8 из 10

Что может быть страшнее полного отчаяния и безысходности, когда ты никому не веришь , но готова польститься на солидный денежный приз, ради крыши над головой и еды принять участие в изнуряющем танцевальном марафоне, забирающем не только физические, но и последние моральные силы, хотя… есть небольшая надежда, что в этой толпе тебя вдруг заметит режиссер или продюсер и предложит ту самую роль, которой ты достойна, ведь те другие, играющие в кино ни сколько не лучше тебя. А марафон все продолжается, и вот уже протянута тонкая ниточка, связывающая тебя с партнером, но ожесточенное сердце настолько остыло, что его уже не оживить. А для пущего интереса организаторы еще устраивают дерби, и вы как безумные бежите по кругу, только зачем… Как жаль, что нет сил бороться, что нет смысла бороться. Интриги, зависть и полное душевное опустошение, есть ли выход из этого? Да… загнанных лошадей пристреливают…
Небольшой по объему, но сложный по содержанию роман об Америке 30-х годов, время депрессии и в экономике и в людских судьбах. И фильм, с великолепной Джейн Фонда в главной роли, очень достойный.

Ох, ничего себе.

То есть сама книга, вообще-то, написана посредственно - в ней совершенно нет характеров героев, они какие-то статисты и не более. Да и о самом явлении танцевальных марафонов можно было написать куда глубже, учитывая... масштабы п*ца.

НО! Это единственная книга, написанная на эту тему! Единственная. Единственная, дающая современному человеку возможность узнать о прошлом. О совершенно невероятном прошлом.

США 20-30-х годов. Великая депрессия. Толпы безработных, буквально готовых умереть от голода прямо на улице. И... это.

Марафоны длились неделями и месяцами, танцевать нужно было круглосуточно. В течение первых ста часов участникам обычно позволялось отдыхать 15 минут каждые два часа, иногда был также включён двухчасовой сон. В течение следующих ста часов давалось 15 минут каждые три часа, и так далее. Даже есть нужно было танцуя – тележки с едой выкатывались прямо на танцпол. Успеха добивался тот, кто мог дольше всего удерживаться на ногах сам и удерживать партнёра; сам танец был не важен – можно было просто топтаться на месте. На некоторых марафонах позволялось меняться партнёрами, если твой собственный не мог больше передвигать ноги.

Рекордным за всю историю танцевальных марафонов стал “Million Dollar Steel Pier Marathon” в Атлантик-Сити, проводившийся с 6 июня по 30 ноября 1932 года (в общей сложности 4152 часа и 30 минут – без остановки). 166 дней. Дней, Карл. Пять с половиной МЕСЯЦЕВ.

Несколько участников марафонов умерли на танцполе, но это не останавливало ни участников, ни зрителей. Часто танцоры начинали галлюцинировать, что тоже развлекало публику. Ещё большее количество танцоров умирало после марафонов. Длительное отсутствие сна брало своё, и люди впадали в кому, а поскольку они были слишком бедны для того, чтобы о них кто-то заботился, то они просто из этой комы не выходили.

Это ведь, если подумать, даже куда больше за гранью, чем рабовладельческий строй! Ради бесплатной еды и сумеречной надежды получить сумму, равную +/- одной средней месячной зарплате, люди по полгода беспрерывно танцевали, делая перерывы на 15-минутный сон каждые два часа, ну и двухчасовой там через пару месяцев. Кстати, сходить в туалет, переодеться или помыться - тоже входило в эти "свободные минуты" - на выбор.

А еще было "дерби", не особо красочно описанное автором. Протанцевав до потери пульса, нужно было еще бегать на перегонки. То и дело. Последняя пара - на вылет.

Про рабов или крепостных крестьян много всего написано в литературе и снято в кинематографе. И мы ужасаемся. Про танцевальные марафоны существует одна книга и один фильм. Фильм не видела. Книга как бы та себе. Но она - единственная в этой нише, само существование которой сложно представить, осознать, понять.

Месяцами. Не днями, даже не неделями. Месяцами.

пи.си. В сюжет включено еще убийство редкостной самки собаки Глории и интригующий суд, течением которого озаглавлены этапы участия героя в танцевальном марафоне. Вообще считаю, что следовало убрать этот натянутый голливудский экшен, и больше внимания уделить участникам марафона, их мыслям, их физической форме, происходящему на танц-поле, и протестному движению, весьма вскользь упомянутому фоном последних глав. Потому что это... это же... Почему об этом явлении так мало пишут и снимают?!

1001 books you must read before you die: 276/1001.