Экзистенциальный театр

Журналист Гарсэн, интеллектуалка Инэс и красотка Эстель оказываются в гостиничном номере. Там нет ни зеркал, ни окон, да и дверь заперта. Могло бы быть началом детектива, но герои пьесы уже мертвы, а номер оказался адом. Их персональным адом, из которого нет выхода. Они друг другу – и палачи, и раскалённые сковороды.
На первый взгляд герои не грешники, не преступники – Гарсэна расстреляли, Инэс отравили газом, Эстель умерла от пневмонии. Но они попали в ад за то, что в жизни мучали своих близких и теперь обречены расплачиваться за содеянное. Журналист приводил домой девиц, а его жена приносила им кофе в постель. Инэс была одержима супругой своего брата. Из-за детоубийцы Эстель покончил с собой её любовник.
В намёке на любовный треугольник раскрывается сущность персонажей. Эгоистка Эстель хочет Гарсэна, язва Инэс хочет Эстель, Гарсэн хочет, чтобы его не считали трусом. И по мозгам ему ближе Инэс. Не зря именно эту троицу собрали в одном замкнутом пространстве. Они могут причинить страдания друг другу. Герои навечно связаны бесконечной пыткой.

«За закры́тыми дверя́ми» «За запертой дверью», «Взаперти», «Нет выхода» - названия все одной и той же Huis clos.
По настоящему гениальный экзистенциальный мысленный эксперимент! Да, в реальности такое провернуть вряд ли бы удалось — заточить троих уже мертвых человека в одну общую запертую комнату и оставить там на вечность. Три человека этих не должны быть предварительно знакомы и у всех троих должна быть незавершенная проблема реализации свободы в земной оборвавшейся жизни. Для упрощения понимания атеист Сартр вложил в уста героям слово «Ад» для обозначения места и ситуации в которой они оказались. Цель эксперимента — наблюдать за испытуемыми во время того, как они осознают тленную неизбежность своего положения. В ходе эксперимента удается наблюдать постоянную рефлексию участников, которые уже не способны что-либо изменить в своем существовании (жизнь то уже оборвалась — сушите весла)

И да, самый яркий пример рефлексии представляет сам Гарсэн — у испытуемого есть шанс сделать кои таки свободный выбор и удрать от двух обезумевших дамочек, но он на это не способен. Видимо по причине того, что после смерти Сартр хочет показать персонажа неизменным, так как свобода — явление реализуемое исключительно в деятельной сфере жизни.
В итоге эксперимент Сатртра выдался на славу! Зрителя пробирает до слез, волнения, его вообще охватывает наимощнейший эмоциональный всплеск. Эти двое женщин и мужчина так пронизывающе и постепенно выкладывают свои грехи, что у зрителя невольно возникает узнавание своих самых темных сторон.

Они упиваются ими, своими сковывающими волю поступками, не жалеют о них и так оказываются взаперти ловушке, созданной их собственными выборами. Под конец наш выше упомянутый зритель уже готов вскочить и осыпать испытуемых и автора бурными аплодисментами. Все как в великолепной театральной постановке — Вы не находите?

Что возникает в вашей голове, когда вы слышите слово "ад"? Сборище чертей, которые лупцуют грешников розгами, сковородки, обильно промасленные для лучшей прожарки умерших? Тогда почему в нашей обыденной жизни мы часто употребляем это слово: "Я побывал в аду", "адские мучения" и тд. Получается, не только с загробной жизнью связано это слово, но и с каким-то тяжело переносимыми условиями и обстоятельствами. Сартр идет дальше всех этих объяснений. Он говорит: "Ад - это Другие".
И сразу начинаешь понимать, что все эти возможные послесмертные мучения - еще не самое страшное. Своя совесть страшнее, люди страшнее. Герои Сартра легко могли бы оказаться в образном раю, легко могли бы выйти за закрытую дверь. Если бы захотели. Но человек сам творит для себя и рай, и ад, именно поэтому герои и не могут забыть своих проступков, именно поэтому с удовольствием терзаю себя и других, именно поэтому они никогда не выйдут за закрытую дверь.
К Сартру всегда относилась более чем скептически, памятуя мучительную для меня "Тошноту", но этим произведением он меня порадовал. Возможно, стоит к нему присмотреться повнимательнее
Контактный флешмоб
1/16

Особенно хочется отметить "За закрытыми дверями", эта пьеса ничуть не уступает прекрасным творениям театра абсурда, остальные две понравились меньше. Если коротко - то это сжатое изображение постулатов экзистенциализма, воплощенное в театральном сюжете. Здесь и "Ад - это Другие" и "настоящая свобода начинается по ту сторону отчаяния". Блестяще получается окунуть читателя в различные временные обстановки, тут и Древняя Греция, и Ад, и Америка. Но, справедливости ради, стоит отметить, что рядом с Ионеско или Бэккетом все эти пьесы выглядят немного тускловато.

Хорошая пьеса, сложная. Настолько, что даже для того чтобы понять, почему именно она сложная, приходится задуматься.