Китай глазами внимательного художника.
Под этой обложкой спрятано множество небольших отдельных зарисовок. Впечатления, размышления собраны во время путешествия Моэма по реке Янцзы в 1919-1920 годах. Иногда это описание узких городских улочек или Великой Китайской стены, иногда чьей-то столовой или бедной комнаты в гостинице, писатель не прошёл мимо монастыря или опиумного притона, но всё же чаще внимание автора останавливается на человеке. Моэм присматривается к своим героям/героиням, ловит их взгляды, читает по этим взглядам, опознавая желания, воссоздавая характеры, рассуждая о прошлом и будущем. Если речь идёт о человеке, то чаще это соотечественники Моэма. Писатель сам признаётся, что ему проще их понять, испытать симпатию или антипатию, посочувствовать или тонко высмеять, вообразить их жизнь. Чаще других в зарисовках с натуры встречаются чиновники, живущие в Китае десятки лет, но даже не думающие, что можно изучать местный язык (есть же переводчик), относиться с сочувствием к кули (это вьючное животное, а не человек), интересоваться культурой. Они проживают годы, но так и остаются чужими в этой стране. О китайцах писатель говорит мало.
Но все эти люди чужды вам, как вы чужды им. У вас нет ключа к их тайне.
Но именно мини-новеллы о коренных жителях больше всего и затронули моё сердце. Оно откликнулось болью на страдания кули с багровыми рубцами и язвами от коромысла, так как они таскают груз из поколения в поколение уже две тысячи лет (Вьючный скот), оно содрогнулось, узнав о башне младенцев (Городские достопримечательности), с высоты которой сбрасывали в яму младенцев, оно участливо забилось о тех малышках, которых растят в детском приюте монахини-испанки... Около 200 девочек жили в приюте и количество их пополнялось: 20 центов платили тем, кто приносил живого младенца. Не перестаю удивляться, насколько разные народы населяют нашу планету.
63 понравилось
