Миргород

Эту повесть я слышал еще в детстве, лет в 8-9. Помню, читали ее по радио, субботним утром. Сказать, что она произвела на меня сильное впечатление – значит, ничего не сказать. Она напугала меня настолько, что, кажется, еще пару недель я боялся заглянуть в темный угол комнаты.

Прочитать я ее сам отважился только уже учась в 5 классе. И до сих пор считаю одной из самых страшных мистических повестей Гоголя, наравне со «Страшной местью».

В чем же секрет этой повести? Думается мне, в том, что автор взял архетипический сказочный сюжет и, убрав традиционный «хэппи-энд», оживил историю правдоподобными персонажами, вставными повествованиями, историческими деталями. Все это и сделало «Вия» потрясающе правдоподобной и жуткой книгой.

Самое любопытное, что, несмотря на общую трагичность сюжета, повесть содержит немало комических эпизодов, которые удались автору не хуже, чем страшные. Чего стоит только неудавшийся побег Хомы Брута – я хохотал до слез, когда его окликнул над ручьем «догнавший» его козак! А описание нравов бурсы, полное настоящей гоголевской иронии? А путь козаков и Хомы к сотнику? Да, это все тот же живой мир сказочной Украины, что и в «Вечерах…» Пожалуй, «Вий» и «Тарас Бульба» - это последние повести Гоголя, не тронутые мрачным абсурдом и бытовой скукой современности, романтические в полном смысле.

Дальше... (спойлеры!)

Что еще делает «Вия» такой страшной повестью? Гоголь мастерски умеет нагнетать атмосферу – явления нечистой силы с каждым разом все страшнее, если первая встреча Хомы с ведьмой выглядит сверхъестественным, но все, же не слишком страшным событием, то первая же ночь над гробом – это уже настоящий ужас. Ведьма все страшнее, она то ходит, то летает, и, в конце концов, вызывает чудовищ; но во вторую ночь чудовища не успевают явиться, царапаясь в окна и двери церкви; и читатель уже уверен, что уж в третью ночь они точно доберутся до Хомы. Подробного описания чудовищ нет, но уже отрывочные картины их сверхъестественного безобразия, сюрреалистического, иномирного, дают представление о том, как они выглядели: более подробные сведения убавили бы таинственности. Сам же Вий и узнаваем, мифологичен, и в то же время совершенно враждебен человеческой реальности – в его внешности соединились и живое, и мертвое, и что-то механическое. Отдельно вспоминается железное лицо – для Гоголя, по моим наблюдениям, железо вообще является чем-то пугающим, видимо ассоциирующимся с орудиями пыток. Ср.:

Именно это железное лицо и железный палец, вместе с длинными, до земли, веками и свисающими с рук и ног клочьями земли (вызывающими ассоциации с корнями деревьев) складываются в образ страшного, подземного существа, явившегося из мира мертвых, враждебного человеку, мира разрушения и разложения.

Все же, в отличие от «Страшной мести», «Вий» не может похвастаться сложной философией – мораль произведения лежит на поверхности – Хому убили не бесы, а его собственный страх. Хватило бы ему веры и силы воли – и получилось бы, как и должно было получиться в народной сказке. Иногда напрашивается мысль - а не справедливо ли он был наказан – ведь убил все же человека, пусть и ведьму. Хотя, не убил бы он ее – кто знает, что было бы с ним самим, немало народу успела панночка отправить на тот свет.

Да и к чему тут сложная философия – главное здесь – сверхъестественный, мифологический ужас перед чудовищами загробного мира, «темной» частью славянского пантеона, о которой осталось так мало легенд, перемешанных с христианскими апокрифами и позднейшими суевериями. Напоминание людям, что рядом нами может существовать иная, страшная сила, и иногда ее интересы могут пересекаться с человеческими. В свое время именно эта повесть вызвала у меня интерес к славянской мифологии и фольклору.

Итог: одна из лучших повестей Н. В. Гоголя, и, безусловно, одна из самых страшных и «меметичных», оставившая заметный след в истории российской фантастики.

Рецензия написана 13.05.2011.

-Поднимите мне веки: не вижу!
Давно хотела прочитать эту книгу. Помню еще в школе хотела прочитать, но посмотрев фильм, поняла что почитать я ее не смогу. Могу сказать, что и сегодня я ее прочитала - прослушала с трепетом в сердце, так сказать посмотрела страхе в лицо. Я вообще ужасная трусишка, но прочитав, поняла, что и не настолько было страшно, как мне казалось.
Сюжет знаком каждому со школьной скамьи, да и в описании все очень подробно написано. Для меня как то не сильно обыграно появился этот Вий, остался ли он в церкви, после восхода солнца или успел сбежать?
Очень интересно наблюдать за героем, за становлением его веры. На самом ли деле, если бы не испугался, то был бы жив?

Несомненно, к одним из самых животрепещущих мистических произведений русской классики относится грозный и мрачный «Вий». Здесь язык и фантазия Гоголя, яркость и глубина его образов безупречна и несравнима ни с чем иным.
Никто не предполагал, что заплутавшие в ночи три бурсака во главе с философом Хомой Брутом забредут на ночлег именно на хутор к старухе-ведьме. Подобная встреча не сулит ничего доброго, в особенности положительных эмоций. А уж последствия плачевной ночи закинут Хому в ещё более страшную передрягу: он должен отпевать дочь сотника три ночи подряд. Явная взаимосвязь гнетущих событий сеет тёмное нехорошее предчувствие в душе Хомы. Но ему уже некуда деться…

Страница за страницей вмещает в себя великий эмоциональный контраст, используемый при описании. Каждую сцену не только представляешь, а чувствуешь её живой, объёмной и в звуковом оформлении. Так руки старухи ловят в воздухе Хому, и сверкают странным блеском её страшные глаза. Слова без звука шевелятся на губах, но зато они стонут и плачут, когда панночка читает свои заклинания. Ожившее бормотание и всхлипывающие звуки, заставляет леденеть в жилах кровь. Как и визжащие крылатые чудовища вместе с явлением самого «виновника торжества», с виду приземистого и коренастого, но с железными пальцами и длинными веками до самой земли... Вий.

Конечно же самым несоразмерным разочарованием было то, что нечисть прослушала главное: спасительный петушиный крик. Великая несправедливость, ведь при правильном раскладе биография Хомы Брута окрасилась бы в совершенно иные тона, влекущие незамедлительную победу…

Данное издание является подарочным, очень качественно оформлено с прекрасными иллюстрациями Эдуарда Новикова. Перечитываешь и наслаждаешься не только колоритом и слогом Гоголя, но и тем, как художник пропустил через себя каждый кусочек произведения, увековечив его в туши и карандаше.

Є разюча відмінність між першою і другою редакціями твору.
"Украйна" в оригінальній версії 1835 року таємничим чином перетворюється на "первобытную Россию" у 1842. Звичайно, фразочки на кшталт "святая православная русская земля" у першій редакції відсутні.
Неймовірна повість. Велич і сила духу, любов до Батьківщини, питання зради, взаємини батьків і дітей - кліше, що встигли декому нав’язнути в зубах ще в школі. Однак, я гадаю, це проблема подачі твору. Ну і взагалі освітньої системи, але то таке.
Та особливо потішили теги "русское", "русская классика" тощо. :)

Благодаря слогу Гоголя, я готова читать про кого угодно, и что угодно. 

А учитывая, что у меня казацкие корни, читать было вдвойне интересно. 

Очень сложно оценивать поступки персонажей с колокольни нашего века. 

Я не могла сопереживать Тарасу, но зато всему ему окружению - вполне. 

Повесть читается как былина, легко строятся яркие картинки в голове, ты чувствуешь запах сена и хмеля.  

Тяжело мне читать про время, где нормализовано насилие и убийства. Вера против Веры. Мир против Мира. Смерть ради смерти.