Долгая прогулка

Мы продали себя, мы обменяли свои души на банальность.

Мы все психи, иначе бы нас здесь не было.

Мы будем топтать ногами звёзды, и свесимся вниз головой с луны.

Гэррети чувствовал, как от него волнами исходит запах страха, и запах этот был подобен аромату спелого, свежеразрезанного лимона.

"Гаррати почувствовал внезапную острую боль в левой стороне груди и всё же не мог перестать кричать, хотя и понимал,что находиться на самом краю катастрофы."

Впереди у дороги стоял микроавтобус с названием службы теленовостей на боку. Как только группа подошла ближе, лысеющий мужик в блестящем костюме направил на них объектив массивной кинокамеры. Пирсон, Абрахам и Йенсен отреагировали немедленно: каждый взялся левой рукой за яйца, а пальцем правой принялся ковыряться в носу. Гаррати пришел в некоторое замешательство от столь синхронного выражения презрения.

- Уходи. Тебе платят за то, чтобы ты в меня стрелял, а не глазел.

Иди или умрёшь - вот мораль Прогулки.

Надеюсь, там не будет темно... Только этого я хочу... Не хочу вечно идти в темноте, и не знать, кто я и что здесь делаю... Не знать даже, ждет ли меня впереди что-нибудь другое...

Гаррати дважды откашливался, но так и не сказал ни слова. Ему пришло в голову, что чем дольше идёшь в молчании, тем труднее его нарушить.