Острова в океане

Хэмингуэй писал книгу о себе. Он не был художником живописцем, но попытался показать, что искусство применения слова и "наложение красок" в живописи имеют общую основу. Можно отметить некоторую растянутость эпизодов и их некоторое архаичное построение. Все это следствие того, что всю подготовку к изданию книги вела его четвертая жена Мэри Вэлш Хэмингуэй уже после его смерти. Она попыталась сохранить все, написанное в неизменном виде. Естественно, Хэмингуэй редактировал бы многиое из написанного, и были бы сделаны сокращения и внесены изменения. Это вполне можно предположить сравнивая стили написания его произведений начала 50-х годов. Но мне нравится эта его "нетронутая" проза! Его самого понимаешь и ощущаешь в большей степени. Хочется раскрыть и его тайну, о которой он говорил, созерцая картины знаменитых художников в испанских галереях искусств. Это возвратит нас к началу моей небольшой рецензии, но поможет раскрыть и понять истоки шарма применения слова великим писателем. Тайна состоит в том, что применение слов и красок имеет общую основу. Из отдельных, но соединенных мазков складывается сюжет картины и произведения. Обратите внимание на употребление союзов и сюжетных построений Хэмингуэя, на их связность. Это как полотно художника, на котором выполняеются все замыслы художника. Применение таких простых приемов создает непередаваемый эффект присутствия, живости восприятия!

Отличный роман, в котором всё - от первой и последней строчки - правда. Хем переживал очень сложный период своей жизни, когда писал это произведение, что наложило отпечаток на этом творении. Роман учит мужеству, жизнестойкости, умению противостоять превратностям судьбы и суровым поворотам жизни, как и все остальные шедевры Хемингуэйя. Тем, кто знаком с биографией автора сразу поймут, что прообразы героев мастер позаимствовал из своей собственной жизни - так, Томас Хадсон - сам Хемингуэй, его жена - Марлен Дитрих, остальные как я понял собирательные образы друзей Хемингуэйя. Все-таки чувствуется, что сам мастер устал от борьбы с жизнью, а лечение в клинике уничтожило всякую надежду на выздоровление.

Жаль, что роман неокончен, все-таки мне хочется верить, то Хадсон выжил. А финальная фраза стала для меня крылатой - "Не умеешь ты понимать тех, кто по-настоящему тебя любит".

...
– Я все никак не могу успокоиться из-за Дэвида, – сказал Роджер Томасу Хадсону. – Не должны мы были до этого допускать.
– По-моему, он уже оправился, – сказал Томас Хадсон. – Во всяком случае, спит с вечера крепким сном. А если кто и виноват, так не ты, а я. Мое дело было вовремя прекратить это.
– Нет. Ты положился на меня.
– Я отец, я и виноват, – сказал Томас Хадсон. – Я не имел права перекладывать на тебя свою ответственность. Есть вещи, которые передоверять нельзя.
– Но я эту ответственность принял, – сказал Роджер. – Я не думал, что он пострадает. И Эдди так не думал.
– Знаю, – сказал Томас Хадсон. – Я и сам не думал. Мне казалось, что тут важно другое.
– И мне так казалось, – сказал Роджер. – А теперь я себя чувствую эгоистом и скотиной.
– Я отец, – сказал Томас Хадсон. – Вся вина на мне.
– Свинство, конечно, получилось с этой рыбой, – сказал Бобби, пододвинув к ним два стакана, а третий оставив себе. – Ну, давайте выпьем за то, чтобы в следующий раз попалось еще побольше.
– Нет, – сказал Роджер. – Еще побольше я даже видеть не хочу.
– Что с вами такое, Роджер? – спросил Бобби.
– Ничего.
– А я решил написать эту рыбу. Дэвиду на память, – сказал Томас Хадсон.
– Вот это здорово. Думаете, выйдет?
– Постараюсь, чтобы вышло. Она у меня перед глазами, и мне кажется, я сумею с ней справиться.
– Конечно, сумеете. Вы все сумеете. А любопытно, что за публика там на яхте.
– Слушай, Роджер, это ты, значит, прогуливал свою совесть по всему острову?
– И босиком, – сказал Роджер.
– А я вот свою принес сюда, с заходом на пристань к капитану Ральфу.
– Мне свою не удалось разгулять, а размачивать я и пытаться не буду, – сказал Роджер. – Хотя эта штука очень вкусная, Бобби.
– То-то, – сказал Бобби. – Сейчас приготовлю вам еще порцию. Лучшее средство против угрызений совести.
...

В каждой книге есть такая фраза\ монолог\ диалог, который является ключевым, в котором скрыт "тайный" смысл..
Данная книга - второе произведение писателя, которое было прочитано.. но оно также не нашло отклика в душе..
Сюжет развивается медленно, напоминая больше бразильский сериал, язык повествования напоминает школьный или речь мальчика с улицы.. не чувствуется того знаменитого классика, кто был легендарной и даже культовой фигурой..
НО.. "СКОЛЬКО ЛЮДЕЙ, СТОЛЬКО И МНЕНИЙ"