Цитаты из книги Реаниматор

Только слабый ум торопится объяснить уникальное и сложное примитивным замыканием на сверхъестественном.

И мне все мнится тот день, когда они восстанут над прибрежными бурунами, чтобы унести в своих вонючих когтях остатки ничтожного, утомленного войной человечества.

Силы зла могут заставить людей поверить в такие вещи, которых не существует в действительности

На этот раз внезапность случившегося лишила меня не только сознания, но и подсознания.

Чем больше отдалялся он от людей своего круга, тем прекраснее становились его грезы: но напрасны были все его попытки доверить бумаге свои мысли.

Во время нашей учебы Уэст уже был достаточно известен благодаря своей странной теории о природе смерти. Он полагал, что смерть можно искусственно победить.

Сейчас уже никто не может сказать, что именно гудок следовавшего встречным курсом парового сухогруза или жуткий вопль, донесшийся с нижней палубы первым нарушило мирное течение жизни на судне. Возможно, оба прозвучали одновременно, но сейчас это уже не имеет никакого значения.

О друг и возлюбленный ночи, ты, кому по душе собачий лай и льющаяся кровь, ты, что крадешься в тени надгробий, ты, что приносишь смертным ужас и взамен берешь кровь, Горго, Мормо, тысячеликая луна, благоволи принять наши скромные подношения!

Ее уста также не произносили ни слова, молчали и мои губы — лишь кровь в наших телах вела между собой оживленный разговор.

«Идем прямо сейчас… не надо ждать, когда станет поздно; лучше покаяться и получить прощение, чем упорствовать и стать проклятым!» Тогда я попытался применить противоположную тактику: сказал ему, что он обезумел, – этому жалкому ничтожеству. Но он был непреклонен и воскликнул: «Если я обезумел, то это милость! Да сжалятся боги над тем человеком, который сможет сохранить рассудок до самого жуткого конца! Идем, и еще не поздно сойти с ума, пока Он призывает, будучи склонным к милости!»

По мере того, как лестница и коридор становились  шире, я  все яснее
различал новый звук жалобную и жалкую пародию на флейту, и вдруг предо  мной
развернулась грандиозная  панорама  внутреннего  мира:  обширное  побережье,
сплошь  покрытое   поганой  порослью,  озаряемой  столпом  огня  нездорового
зеленоватого  оттенка,  извергающимся  из  недр  его,  и  омываемой  широкой
маслянистой  рекой,  струящейся  из каких-то  ужасающе  невообразимых бездн,
чтобы слиться с чернейшими из пучин древнего, как мир, океана.

"Тайна притягивает тайну."

"В забытьи я оглянулся на происшествия последних недель и увидел, как меня постененно, шаг за шагом, коварно и исподволь обольщает и завлекает некий гуль, злой дух древнего нильского чародейства, что был в Египте задолго до того, как появился первый человек, и пребудет в нем, когда исчезнет последний."

По сути, это был ключ – указатель путей и способов перехода в иные миры за пределами известных нам трех измерений, предмет заветных мечтаний всех мистиков с тех времен, когда человечество было еще юным.

Весьма странные крики вырываются порою из недр этого шумного столпотворения и вплетаются в чудовищную органную литанию пароходных гудков, исполняемую под аккомпанемент равномерного биения покрытых мазутной пленкой волн о мрачные причалы

Если я безумен, это милость! Да сжалятся боги над человеком, который в заскорузлости своей останется нормальным до жуткого конца! Идем, и будь безумен, пока ОН зовет в милости!

...с его рук, ног и груди раскаленными докрасна крючьями были содраны большие куски живой плоти. В свежие раны налили жидкого свинца и кипящего масла. Весь воздух на площади был отравлен запахом жженой плоти.

Эмоции не властны надо мной, но увиденное в электрическом свете вызвало сильное изумление.

Читателю лучше не принимать написанное здесь на веру, ибо когда события выходят за рамки естественного порядка вещей, они неизбежно становятся субъективны и нереальным продуктом перенапряженного рассудка.