The Memory Keeper's Daughter

Неоднозначные впечатления от истории. Вроде и читается легко. Текст простенький, но красивый. Но вот сюжет.... Несмотря на то, что в центре событий драматическая история, эмоционально она меня совершенно не зацепила. Во время чтения еще как-то сопереживаешь героям, но послевкусия вообще не остается. Закрыла последнюю страницу и забыла.

Больше всего увлекает даже не судьба близнецов, а личность Каролины. Понятно, что времена были другие. Но взять на себя ответственность за чужого больного ребенка? Будучи не замужем? Для этого надо иметь немалую силу воли в любые времена. Хорошо, что в итоге судьба ее вознаградила и милой дочерью и хорошим супругом.

Вообще тут нет отрицательных героев. Поступок отца вполне понятен как логически, так и психологически. Да, он все равно остается козлом. Но, жизнь его вполне наказала. Прожить энный кусок жизни, обманывая любимую женщину? И все равно же правда в итоге вылезла наружу, а его дочь отцом называет другого человека.

Не самая увлекательная книга, но прочитать один раз вполне можно. Особенно, если нравятся мелодраматичные истории.

То, что для гусеницы - конец света, для бабочки - день рождения.
Рождение ребенка с синдромом Дауна в одной семье в конечном итоге приводит к развалу данной ячейки общества (несмотря на то, что глава семейства избавился от дочери как раз для того, чтобы семью сохранить). А одинокая женщина появление того же самого больного ребенка в ее судьбе сделала отправной точкой для начала своей новой счастливой жизни. Это мое видение того, что хотел сказать автор.

А еще я считаю, что название книге дано неправильное, ибо книга о ком угодно, но только не о Фебе, хотя из-за нее-то все и случилось.

Такая обыденная (но не банальная) и жизненная история длиною в целую жизнь. О выборе, который делаешь однажды из, казалось бы, благих побуждений, который в конечном итоге разрушает одни судьбы, перестраивая другие и вовлекая третьи, которые в иной жизни никогда бы не возникли на нашем пути, если бы однажды не... Сколько таких судьбоносных решений мы принимаем за свою жизнь? Десятки, сотни? Дэвиду Генри хватило одного. С каждым годом снежный ком катился, вминая в себя года и рос клубок недомолвок и последствий хранения секрета, в котором признаться - проще умереть. Благими пожеланиями вымощена дорога в ад, как известно, жаль, что все простые истины постигаются слишком поздно.

Когда рождается ребенок, вместе с ним рождается надежда. Надежда на то, что он будет счастливей, удачливей и успешней, чем мы, его родители. И мы готовы пестовать, вкладывать, учить и любить, подсознательно ожидая, что всякое зерно, зароненное нами, даст свои плоды. Но как растить, понимая, что ничего этого не будет? Что радость от маленьких успехов неизбежно померкнет перед неумолимым и скорым увяданием. Если все, что остается родителям, это любить и… ждать. Это не моя мысль, но однажды я прочитала эти слова в статье об особенном ребенке, и они поразили меня в самое сердце.

Это сейчас всем известно (да и всем ли?), что люди с синдромом Дауна вполне могут прожить долгую и счастливую жизнь. Что они обучаемы, по-своему талантливы и очень добры. А в том далеком 1964-ом этот диагноз был практически равен приговору и обещанию скорой гибели. И доктор Дэвид Генри решается одним махом оборвать узы, связывающие мать и только что родившееся существо, не осознавая, что тем самым он наносит смертельную рану своей семье.

Книга Ким Эдвардс о том, как можно от большой любви так испортить жизнь любимому человеку, что мало не покажется. Сама не ожидала, что такое напишу, но будь Дэвид побессовестнее, для семейства Генри все могло бы сложиться намного удачней. Сделал выбор, так держи марку злодея до конца, вычеркни из своей жизни «отбракованного» ребенка, раз уж ты возомнил себя тем, кто вправе решать, кому жить под крылом любящих родителей, а кому гнить в интернате. Но нет, доктор любовно пестует свое чувство вины. И в результате все его благие намерения по спасению неумолимо разрушающегося брака оборачиваются сплошным абсурдом, типа как же я могу попрекнуть жену изменой, ведь я так виноват перед нею!

И все-таки первую половину книги я читала, молча удивляясь ее низковатому рейтингу и искреннее собираясь слегка его подправить в лучшую сторону. А вот ближе к концу я попросту от книги… устала. Устала от ее ненавязчивого морализаторства, от разделения на «хороших» (которым непременно воздастся!) и «не очень» (которые, судя по тому, как обстоят дела у Пола, будут в опале до какого-то там колена), от той стены непонимания, которую неутомимо возводят между собой главные герои. И пусть книга заканчивается на позитивной ноте, но я все же не могу отделаться от мысли: а нужна ли была кому-нибудь эта такая долгожданная встреча?

Сколько не давай себе твердого обещания не особо доверять красивым аннотациям, а все равно, рано или поздно, наступаешь на знакомые грабли. "Дочь хранителя тайны" я заприметила несколько лет назад, ее сюжет, как мне казалось, сулил совершенно невероятную социально-психологическую драму, но, как назло, ни в бумажном, ни в электронном виде этот роман невозможно было достать, а мне так не терпелось ознакомиться с ним! Теперь понимаю, насколько мне повезло, что я не смогла найти его в бумаге, так как было бы жаль потраченных денег. Он не так уж хорош, как обещает аннотация, она сама по себе куда интереснее самого творения Ким Эдвардс.

В каждой семье есть свои если не скелеты, то одна-две кости в шкафу. А у доктора Генри и вовсе живая дочь и не в воображаемом шкафу, а за пределами его семьи. И это, кстати, не спойлер, а констатация факта. Одним махом он решил не только свою судьбу, но и судьбы своей жены, дочери и сына. Он сделал как лучше - уберег семью от страданий, а получилось как всегда. В ночь, когда родились его дети, Дэвид благими намерениями, как он сам думал, совершил обычную выбраковку - решил отдать новорожденную дочь с синдромом Дауна в спецлечебницу, чтобы никто и не догадался, что она родилась на свет. Дико, не правда ли? В оправдание доктора Генри можно заметить, что сделал он это из любви к жене и в память своей сестры, страдавшей подобным недугом и умершей в двенадцатилетнем возрасте, но оправдание ли это? Своим поступком он перечеркнул свою семью, стараясь оградить ее от одного большого горя, не смог уберечь от сотни мелких и значительных последствий содеянного. За все надо платить.

В принципе, Ким Эдвардс выдала интересную задумку в плане сюжета, но ее воплощение вышло каким-то уж очень американским, точнее и не скажешь. А действующим лицам не хватило живой искорки, им вроде бы сопереживать надо или злиться, к примеру, на Дэвида, а не получается. Нет ощущения, что это живые люди и что где-то могла произойти такая трагедия. Плоско. Слишком плоско.

По книге "Дочь хранителя тайны" снят одноименный фильм, его даже можно найти на трекерах, но история настолько разочаровала, что вряд ли у меня возникнет желание посмотреть экранизацию.

"Впрочем, тайны есть у каждого из нас, и мы о них никому не рассказываем."

По обложке так особо и не скажешь, какой смысл несёт в себе эта книга. Насколько тяжёлой она оказалась. Он типично зимняя, ведь основополагающее событие произошло зимой, в сильную метель. И б другое время обложка как никогда точна.

Молодая счастливая семья Нора и Дэвид ждут ребёнка. Так случается, что в день, когда начались роды, была сильная метель. Доктор попадает в аварию и не может приехать. Давид принимает роды сам (он врач). В 1964 году не было такого оборудования, как сейчас. И появление на свет двойни для родителей нередко было сюрпризом. Так и сейчас. Первым родился мальчик. Здоровый и красивый. А потом неожиданно родилась девочка. Отец сразу определил синдром Дауна.

И здесь следует отметить, что сам Дэвид жил с родителями и больной сестрой, которая умерла в детском возрасте. Он помнил свою боль, помнил, что мама так и не смогла оправиться. Он решает, что малышка долго не проживёт и решает огородить свою семью от беды, отдав девочку в приют. Тем самым воздвигая невидимую стену между собой и женой с сыном. В приют малышку Фебу повезла медсестра Каролина, которая увидев условия интерната, решает оставить девочку себе.

Вот так книга началась. Быстро, интересно. А потом повествование резко замедляется, становится ровным, размеренным. Порой оно мне напоминало волны - то вверх, то вниз. То есть сразу автор поддерживает какой-то интерес, потом все затухает и снова вверх.

Книга рассказывает нам о жизни двух семей. На протяжении 25 лет. Повествование ведётся от третьего лица и мы поочередно оказывается то в одном доме, то в другом.

Дэвид. Я думаю, стоит остановиться на нем подробнее. Его поступок чудовищный! Я даже не представляю, как можно было такое совершить. Но все мы горазды осуждать, пока сами не оказались в такой ситуации ( не дай Бог, конечно). Ведь воспитание ребёнка дауна это непосильный труд. Это отчаяние с переменным успехом. Это усилия, это терпение. Эта книга наглядный тому пример.

Но самое для меня непонятное, так это то, что Дэвид молчал о своём поступке. Да, его правда разрушила бы семью, но ведь семья и так разрушалась. А молчать и внутри съедать себя - это глупо. По сути он сам и виноват во всем том, что случилось с его семьёй, в его отношениях с семьёй, в том, что с ним случилось.

Но что мне не понравилось, так это затянутость. Как я уже писала выше, повествование неровное. И многие моменты были лишними. Объём все же больше, чем нужно. Но в любом случае читается книга легко и сравнительно быстро.

Если вам нравятся истории о преодолении трудностей. О неполноценных детях, их жизни, об испытаниях судьбы, то я советую вам ознакомиться с этой книгой.

Грустно. Очень грустно и как-то тоскливо. Вот такие ощущения подарила книга - спокойная, местами меланхоличная, но при этом все-таки дарившая надежду на лучшее, веру в людей.
Перед читателем разворачивается картина жизни обычной молодой семьи - супруги живут в ожидании рождения ребенка. Но детей рождается двое и один из них - особый ребенок, лучезарная малышка Феба с диагнозом "Синдром Дауна". И вот тут горе-папаша Дэвид заваривает кашу, разрушившую жизнь его семьи - он отдает Фебу, своего ребенка в абсолютно чужие руки, а Норе, супруге, говорит что дочь умерла. С этого момента я не могла заставить себя испытывать к этому моральному выродку никаких добрых чувств - ни его эмоции, ни переживания, вообще ничего не могло оправдать его отказ от собственного ребенка, постыдный и поспешный, малохарактерный и такой не мужской. "Он хотел только одного: чтобы шаткое здание их жизни выстояло и все осталось как есть. Чтобы мир не менялся и хрупкое равновесие между ними ничего не нарушало". Но, как давно известно, люди хотят одно, а получается зачастую, совсем иначе. Своим слабохарактерным поступком Дэвид определил жизнь своей семьи на много-много лет вперед, его метания и им самим воздвигнута стена отравили всю жизнь Норе, Полу, да и самому Дэвиду. Жаль было мальчишку, которого не долюбили, не добаловали, но возлагали так много надежд, как будто хотели получить отдачу за двоих детей. Жаль Нору, которая будучи уверенной, что малышка умерла, мучилась как любая мать, потерявшая дитя: "Ей было больно осознавать, как далеко они с Дэвидом ушли от любви. а виноваты оба. После смерти Фебы она так замкнулась и так страшно боялась всего на свете. Но те годы канули в небытие, уплыли, не оставив ничего, кроме воспоминаний". И единственным счастливым человечком, которому повезло при таком раскладе, стала сама Феба, получившая решением отца новую семью, надежду на будущее, маму, которая не оставит ни при каких обстоятельствах, лучшую жизнь, возможность полноценно развиваться со своим диагнозом, жить, любить, быть любимой, получать от жизни то, что многие абсолютно здоровые и полноценные люди не могут и не умеет - свет, солнечный свет, который наполнял всю ее жизнь, радость, искры смеха и крепкий тыл, который ее всегда поймет, защитит, убережет от любой беды. Вот говорят - на чужом несчастье счастья не построишь. А книга опровергла эту истину - на несчастье четы Генри (впрочем, ими же и сотворенное), Феба с Каролиной обрели счастье - друг друга, семью, возможность бороться за интересы друг друга, настоящие семейные ценности. И пусть все доставалась непростой ценой, через борьбу и бесконечные препятствия - читать о том, как можно все преодолеть ради любимого человека, было наслаждение.

Иногда с высот современности, когда читаешь даже про середину 20 века, время, когда родились мои родители, поражаешься, насколько же ускорился технический, медицинский, научный и пр. прогресс после войны и какая гигантская пропасть разделяет нынешнюю жизнь и ту, что была тогда. Трагедия героев романа "Дочь хранителя тайны" именно в этом: в середине шестидесятых синдром Дауна был еще малоизучен, считалось, что у таких детей почти всегда проблемы с сердцем и до совершеннолетия они не доживают, поэтому родители в большинстве случаев сдавали таких малышей в специальные приюты. Вдобавок не было скрининга, узи, люди не то что пол и болезнь ребенка узнать не могли, а даже сколько младенцев в утробе. Сейчас все было бы совсем по-другому, и не разделила бы героев ужасная тайна.

Главный герой, доктор Дэвид Генри, из-за метели вынужден принять у своей жены роды сам. Младенцев рождается двое, сын и дочь, вот только сын здоров, а у дочери при первом же взгляде на нее Дэвид видит признаки синдрома Дауна. Памятуя о своей сестре, которая отставала в развитии и умерла в двенадцать лет от болезни сердца, а также о горе матери, которая до конца жизни так и не забыла о своей потере, Дэвид решается на страшное: сдать ребенка в приют, а жене солгать, что дочка родилась мертвой. И поедь он в приют сам, возможно, ему удалось бы довести план до конца, но Дэвид доверяет отвезти девочку в приют своей помощнице, медсестре Каролине Джил. А та приходит в ужас от того, в каких скотских условиях живут там бедные дети, и решается сбежать с девочкой в другой город и вырастить ее как свою дочь.

Далее автор показывает нам жизни обеих семей через разные промежутки времени. Ложь подточила брак Дэвида и Норы, каждый из них все больше уходил в себя, Дэвид увлекся фотографией и делал много снимков девочек возраста его сына, пропадал на работе до ночи, Нора же бесилась и впоследствии начала изменять мужу... Тяжело хранить такую тайну, да и если не признался сразу, как о таком сказать спустя несколько лет? К тому же, как и многие родители, Дэвид возлагал на сына большие надежды, которые не оправдались, и в этом смысле тоже был разочарован и спустя годы хотел все же повидать дочь, но сначала так и не осмелился отослать письмо, а потом дала заднюю Каролина. На фронте Каролины все было спокойнее, ей повезло устроиться сиделкой к пожилому ученому, на протяжении многих лет она была гражданской активисткой по борьбе за права людей с синдромом Дауна, утверждая, что они вполне могут учиться в обычной школе, просто им требуется больше времени на освоение материала. Вот палка о двух концах: с одной стороны Феба действительно отставала в развитии, но со временем научилась и ходить, и говорить, и считать, и читать, во взрослом возрасте замечательно работала на работе, где не требуется супер-ум, и даже замуж хотела. С другой же как организовывать инклюзивность образования, как обеспечить безопасность ребенка (ведь дети, хоть сколько им не объясняй, все равно будут травить тех, кто отличается от большинства), вопросы, вопросы...

Не знаю, смогла бы Нора вырастить Фебу так, как сделала это Каролина, учитывая истерический характер Норы и ее припадки, да еще и дружбу с алкоголем. Точно знаю то, что если бы Феба осталась в родной семье, все ее члены стали бы в будущем совсем другими людьми. В отличие от многих детей, которых сдавали в приюты, ей повезло с любящей приемной семьей, так что решение Дэвида до конца жизни лежало тяжелым грузом на его совести.

В обычный сюжет семейной истории автор вплела много интересных подробностей и методов воспитания и обучения детей с синдромом Дауна, информация подается дозированно и ненавязчиво и призывает задуматься.

Практически все повествование Ким Эдвардс с осуждением смотрит на главного героя – Дэвида Генри – и грозит ему пальчиком, со словами: «ай-я-яй! так делать было нельзя…».

А поступил Девид вполне «по-мужски»: столкнувшись с проблемой и осознав, что не сможет ее решить, – он попытался от нее избавиться. Если конкретнее: Девид отдал свою новорожденную дочку-дауна медсестре – чтобы та отвезла ее в приют. Но «бега с передачей эстафетной палочки» не вышло: медсестра, Каролина, оказалась на редкость порядочной и чадолюбивой, поэтому вырастила ребенка сама, в то время как Девид и его жена, Нора, пытались утешится воспитанием второго, здорового младенца – мальчика. Это завязка истории. Далее сюжетные линии двух семей текут параллельно, не соприкасаясь на протяжении двух десятков лет.

Нора, которой сообщили, будто дочка умерла при родах, почти всю жизнь чувствует ее присутствие в доме, а так же безуспешно пытается понять отчуждение со стороны Девида. Тот в свою очередь мучается совершенным поступком, но изменить уже ничего не может, да и не пытается. А вот у Каролины все начинает складываться чудеснейшим образом – и новый дом, и даже муж. Одно плохо – взвалив на себя заботу о больном ребенке, она так и не родит – своего, кровного, от любимого мужчины. Эх!..

Морализаторства в книге похвально мало. Просто рассматриваются два явления: обоюдное недоверие в семье и неоднозначное отношение к людям с синдрома Дауна. Так что читать нотации и я на сей раз не стану. Думаю, вам и так все понятно: то, что построено на лжи – рано или поздно развалится. И хорошо, если в этот момент никого не окажется под обломками…

Резюме: "Дочь хранителя тайны" не привела меня в восторг, но и антипатии не вызвала.

Вы не замечали, что у современных книг прослеживается определённая тенденция: чем привлекательнее кажется обложка и аннотация, тем более разочаровывающим оказывается содержание? Такой проверенный временем маркетинговый ход: завернуть невкусную, кое-как слепленую и переслащённую конфету в максимально красивый фантик, авось кто и купится. Надо ж как-то сбывать издательствам тонны литературного мусора.

Вот и «Дочь хранителя тайны», покорившая меня с первого взгляда своей обложкой и завлёкшая аннотацией, оказалась очередным разочарованием. Впрочем, не то чтобы совсем уж разочарованием, прочитала-то я книгу с интересом, и за жизнями персонажей было интересно следить, но общее впечатление таково: автор взяла несколько серьёзных тем, но так и не сумела раскрыть ни одну из них, и даже, к сожалению, не смогла сплести их в цельную, логически завершённую историю.
В книге поднимается тема нравственной ответственности перед детьми с синдромом Дауна, показывается на конкретном примере, как разрушается семья под воздействием лжи и недомолвок и куда приводят благие, но отнюдь не благородные намерения. Всё бы хорошо, но подаётся это в такой демонстративной, отшлифованной и выхолощенной форме, с заботливо расставленными акцентами и по-американски примитивной моралью, что лично меня под конец книги коробило уже от всех персонажей разом. Ну, разве что за исключением Фебы. Зато все остальные...

Про них я буду говорить много, эмоционально и со спойлерами

Возьмём, например, Дэвида. В начале книги автор довольно резко осуждает его поступок, удивляясь, как можно было отдать родную дочь, пусть и тяжело больную, в специнтернат. Но тут же находит оправдание: в детстве у Дэвида была сестра с пороком сердца, которая рано умерла, что совершенно подкосило их мать. То есть Дэвид просто хотел оградить любимую жену от такой же боли, тем более, что у них родился ещё и сын, совершенно здоровый. А вот как бы он поступил, интересно, если бы родилась только одна больная Феба?..
Но вот проходит время, мы видим, как ложь подтачивает семейное счастье: сначала сдаётся сам Дэвид, с головой уйдя в работу и отгородившись от жены и сына стеной отчуждения, а потом и не нашедшая покоя Нора, которая вообще пускается во все тяжкие - алкоголь, измены, бесцельные метания по всему штату и, наконец, новая работа, в которую она по примеру мужа уходит с головой. Пол, их общий сын, варится в своём собственном музыкальном мирке, подмечая и странную отчуждённость отца, и периодические загулы матери, и что со свойственной подросткам категоричностью относит на свой счёт удивительно, что при таком раскладе с ним не произошло ничего ужаснее угона машины и украденного сыра.
И всем этим автор как бы снова подводит нас к мысли, что за безнравственные поступки обязательно приходится расплачиваться, что Дэвид своей страшной ложью фактически разрушил свою семью. Но тут же снова обеляет его, подчёркивая, как фанатично он кидался помогать незнакомым людям, открыл клинику для всех нуждающихся, спас жизнь какой-то бродяжке вся эта линия с Розмари и её ребенком явно именно для этого была втиснута в сюжет и смотрится там как у телеги пятое колесо. В общем, предстаёт эдаким благородным рыцарем, спасителем обездоленных. Ах, да, он же ещё отсылал Каролине деньги на содержание Фебы! И даже счёт отдельный завёл для дочери, чтобы она могла рапоряжаться своими деньгами, не дожидаясь совершеннолетия. Ну кто же теперь его осудит за ошибку молодости?
А между тем, он ни разу не захотел увидеть родную дочь. Каролина сама писала ему письма, рассказывала об успехах Фебы, присылала её фотографии, а этот благородный и глубоко раскаивающийся папаша даже не соизволил пару строк написать в ответ, расспросить о девочке или покаяться в своём поступке. То есть банально откупался от проблемы. Но он же всю жизнь мучился угрызениями совести! - снова вклинивается автор, исчерпав список оправданий. Ах нет, не исчерпав, там ещё козырь припрятан в рукаве - Дэвид всю жизнь, оказывается, фотографировал девочек на разных стадиях взросления, как бы пытаясь примерить эти наблюдения на свою выброшенную из семьи дочь ну да, нормальное такое увлечение для стареющего мужика. И вообще он рано умер, не вынеся угрызений совести, а тайну свою унёс в могилу вот здесь оправдания у автора точно закончились.
И тут, кстати, возникает хороший вопрос: почему Дэвид в итоге так и не рассказал правду ни жене, ни сыну? Хотел ли он снова оградить от боли Нору? Или же это было лишь оправданием собственной трусости, таким же, как вышеупомянутые конвертики с деньгами для дочери и лицемерной припиской "дайте мне ваш адрес"? Почему-то я склоняюсь к последнему варианту.
Что мы получаем в сухом остатке? Какой-то хаотичный набор плохо сочетающихся между собой черт характера, который никак не складывается в цельный образ Дэвида Генри. Я так и не поняла, каким хотела показать его автор и как она сама в итоге отнеслась к его поступку. С другой стороны, я вспоминаю историю поэта Гумилёва, отдавшего в приют родную дочь просто потому, что она мешала ему писать стихи, или историю Марины Цветаевой, чья дочь умерла в приюте от голода, и описанный в книге Ким Эдвардс персонаж уже не кажется мне таким неправдоподобным...

А теперь поговорим о Норе. Да-да, то самой, что так и не смирилась с утратой дочери, считая её мёртвой. Той самой Норе, которую автор сначала описывает как скромную девушку, желавшую вырваться из слишком правильной, распланированной жизни и мечтавшую прожить яркую, насыщенную жизнь, полную путешествий и приключений. Заметьте, не о тихом семейном очаге она мечтала, не домохозяйкой, посвятившей всю жизнь своим детям себя видела. И ведь в итоге она реализовала свою мечту: построила идеальную карьеру, нашла нового мужа себе под стать, уехала путешествовать, сохранила хорошие отношения и с сыном, и с бывшим мужем, и с сестрой-бунтаркой. Чего ещё желать?
А теперь представьте, что у неё была бы дочь с синдромом Дауна. Карьера, путешествия, насыщенная личная жизнь - забудьте! Это огромная ответственность и колоссальное испытание для родителей даже в наше время, что уж говорить про 1964 год. С учётом того, что муж постоянно пропадал на работе, срываясь по вызову даже среди ночи, ей пришлось бы посвятить себя больному ребёнку, не забывая при этом ещё и про второго, здорового. Сумела бы она со всем этим справиться? Не думаю. Конечно, материнское сердце способно на чудеса самопожертвования, но судя по поведению Норы при здоровом-то сыне, с больным ребенком она бы точно не справилась. И в итоге, как ни печально это признавать, всё могло бы закончиться именно так, как оно и началось - сдачей девочки в интернат для умственно отсталых. Только тогда уже вряд ли нашлась бы такая самоотверженная Каролина, вырастившая ребенка в любви и заботе.

И раз уж я заговорила о Каролине - её поступок в конце книги поразил меня больше всего. До этого я ещё как-то сводила сюжетные концы с концами, пытаясь объяснить поступки героев пусть не с точки зрения логики, но с точки зрения эмоций, но Каролина окончательно выбила у меня почву из-под ног. Всю книгу автор рисует образ сильной духом, самоотверженной женщины, не побоявшейся кардинально изменить свою жизнь и сделать именно то, что могло оказаться не под силу Норе - посвятить свою жизнь больной девочке. Причём чужой девочке, а не собственной дочери. Да, с Алом ей повезло, но она и без него неплохо справлялась. Ей хватило мудрости не отказываться от присылаемых Дэвидом денег, хотя в ней кипела задетая женская гордость и за отвергнутую им любовь, и за воспитание брошенной им дочери. Но интересы девочки она ставила выше собственных, потому что искренне её любила.
Я всю книгу восхищалась этой женщиной и думала, что вот он - единственный в романе цельный, не противоречивый персонаж. И тут вдруг, как гром среди ясного неба - приход Каролины к Норе с фотографиями и рассказом о жизни Фебы. Как, зачем, почему?! Столько лет молчать и скрывать свой адрес, хранить эту тайну, не рассказывая ничего ни настоящей матери ребёнка, ни самой девочке, и когда всё уже устаканилось, дети выросли, а родители устроили свои жизни - взять и вскрыть старые раны. Кому это нужно? Для Норы уже слишком поздно что-то менять, ей такая новость ничего, кроме боли, не принесёт. Для Пола это просто какая-то чужая странная женщина, с которой ему теперь придётся непонятно как общаться. Для Фебы... А вот здесь мне хочется завопить в лучших традициях Станиславского: "Не верю!" Не верю, что девочка, пусть и умственно отсталая, могла вот так равнодушно отреагировать на новость о том, что она приёмная дочь, что где-то у неё есть мать и родной брат, а также умерший отец, который присылал деньги на её содержание и который, вообще-то, отказался от неё в роддоме и хотел сдать в приют. Спасибо хоть автор не стала ударяться в другую крайность и рисовать розово-ванильные картины взаимных объятий, прощения и слезливого воссоединения семьи, это бы окончательно убило книгу. Но и в те настороженные объятия на свадьбе я тоже не верю.
В конце-концов остаётся вопрос, зачем всё это нужно было самой Каролине? Она пожертвовала карьерой ради этого ребёнка, посвятила ему всё своё время и силы, вырастив как родную дочь, а потом вдруг усовестилась и с чего-то вдруг решила, что настало время родственного воссоединения. Тогда, когда оно уже никому не было нужно. Где логика, где здравый смысл?..
Самым адекватным во всей этой истории выглядит Пол, что неудивительно, учитывая его невовлечённость во всю эту тайну. Нормальный парень, с такими понятными подростковыми проблемами и увлечениями, с совершенно естественной реакцией на происходящее.

Подводя итог всему вышенаписанному, хочу добавить ещё одну ложку дёгтя - это крайняя затянутость романа. Бесконечные описания кто что ел на завтрак, кто в какую сторону повернулся при разговоре и какого цвета были обои в гостиной начали утомлять даже раньше, чем я добралась до середины книги. Как, впрочем, и неестественная везучесть героев романа, которая едва не заставила меня бросить книгу ближе к концу. Даже без спасённых котят не обошлось. Ну, а про всё остальное я вроде бы написала выше, добавить больше нечего.
Задумка была хорошая, но вот воплощение подкачало, видно, что это дебютный роман автора.