Страсти на кухне.
Первое знакомство с Барнсом состоялось на отлично . Его интересные рассуждения о кулинарии наполненные тонким английским юмором и заботой о поварах- любителях, таких же как и он сам, затронули струнки моей души и нашли самый живой отклик в сердце.
В книге есть один главный герой- Педант и наблюдаются следы Той для Которой он готовит.
Легко и остроумно Барнс ведёт беседу о сложных отношениях с авторами кулинарных книг, допускающих преступные неточности в рецептах и использующие постановочные фотоиллюстрации.
"Бывает, мой гнев изливается на поваренные книги — те самые, на которые я так полагаюсь. Их педантичность не только понятна, но и необходима: любой кулинар-самоучка, судорожно листающий эти страницы, ищет именно четких указаний. И разве кулинарная книга не должна быть так же точна, как учебник хирургии? (Впрочем, это мы робко надеемся, что учебники хирургии точны. Вполне возможно, что некоторые из них сродни поваренным книгам. "Введите каплю анестезии, удалите лишнее, дайте крови стечь, выпейте с коллегами пива, зашейте разрез…") ... "
"Несколько страниц назад я с упоением рассказывал, что фотографии — это сплошной обман, и рекомендовал никогда не готовить блюдо, купившись на соблазнительную картинку. Наверное, еще и бросил пару резких слов в адрес фотографов, которые умеют сделать еду особенно аппетитной для глаза."
У автора есть любимые книги в его кулинарной библиотеке. Без них он на кухне как без рук. Это основа его гастрономического творчества, его лучшие друзья, да и у каждого из нас такие конечно же есть.
"Джейн Григсон не просто была замечательной сама по себе, она была исключительной. “Блюда из овощей” начинаются с эпиграфа из Роберта Льюиса Стивенсона: “Всякая книга — это, по сути, письмо друзьям того, кто эту книгу написал”. Это так, но лучшие из книг убеждают даже незнакомых с автором читателей в том, что и они его друзья... "
Он делится своими чувствами, мыслями, идеями , которые он испытывает являясь непрофессиональным кулинаром. Так же как и мы простые смертные, он ведёт борьбу с ненужным хламом, и он нисколько не стесняясь рассказывает нам про специальный ящичек, в котором хранит вещи, которыми не пользуется годами, но и не выбрасывает их.
"Собрав волю в кулак, я выкинул орешек, таинственные металлические детали и приборы с авиарейсов (слишком уж они в стиле восьмидесятых). И на этом процесс застопорился. Следовало бы, конечно, выкинуть три из четырех пробок, но каждая была по-своему мила. Я сократил количество палочек, поскольку приготовить китайскую еду на десять с половиной человек не представляется возможным. Остальное же нужно было либо скопом выбросить, либо тем же скопом убрать на место. Я предпочел последнее..
Причиной тому была не только постыдная жалость к очевидной рухляди, но и оптимизм кулинара — а вдруг пригодится?"
Ещё Барнс делится с читателями полезными советами, я вот один точно взяла на вооружение:
"Когда количество не определено, кладите побольше того, что вам нравится, поменьше того, что вам не очень нравится, а то, чего вы терпеть не можете, вообще не кладите."
"Единственная вольность, которую я себе позволяю, — это добавить побольше того, что особенно люблю. Но и тут я не застрахован от ошибок — помню, как я испортил блюдо, для которого требовались скумбрия, мартини и панировка: гости скорее напились, чем наелись."
После прочтения невольно задумываешься о скудности и однообразности ежедневного меню.
Хотя, любое экзотическое блюдо может стать повседневным:
На моего друга, мастера путевых заметок Редмонда О’Ханлона, все это никакого впечатления не производит: для него крокодил — такая же повседневная пища, как для нас лосось. По его пищевому тракту за многие годы путешествий прошли кайманы, капибары, крысы, агути, армадилы, обезьяны, вараны, личинки мух, гусеницы и прочие живые организмы. В свою очередь это нисколько не впечатляет сына О’Ханлона, Галена. Когда отец в очередной раз задумчиво перечислял всю гастрономическую экзотику; которую ему довелось попробовать, подросток Гален перебил его, сказав: “Папа, у тебя же вкусовые сосочки отсутствуют, поэтому совершенно неинтересно, что ты ел “.
"В мою жизнь внезапно ворвались ризотто и топинамбур"- пишет автор после прочтения очередного кулинарного шедевра. В моей жизни тоже произошли изменения после прочтения этой книги: ворвалась жажда экспериментов, открылись новые горизонты, ушло чувство беспомощности. Спасибо автору за доброту, интеллигентность, юмор и прекрасную атмосферу.
87 понравилось
