Мучения члена

Неплохая такая классическая порнушка, очень в стиле Колонны Пабликейшнс. Написано со вкусом, я бы даже сказала, изящно. Явная заслуга переводчика в том числе, но у Колонны всегда переводы хороши, тут даже бессмысленно что-то обсуждать.

Повести предваряет крошечная статья, поясняющая, что за "Мучения" такие, и чем они знамениты, да и в принципе, кто таков Франсуа-Поль Алибер - довольно известный в своё время поэт и дружок Андре Жида . Вселенная очевиднейшим образом склоняет меня к чтению сего французского романиста, и да будет так.

Алибер вообще написал так-то три повести: "Мучения члена", "Сын Лота" (опубликованы в этой книге) и таинственный "Терновый венец", весь тираж которого был зверски уничтожен в конце 30-х годов. И если первые две до нас с горем пополам добрались, то насчёт последней отсутствуют даже крохи надежды на успешные поиски. Каждое новое знание об утерянных в тумане истории произведениях навевает мне меланхолию. Трагично, одним словом, особенно когда то мог оказаться невыразимый шедевр. Я сейчас имею в виду всю утерянную литературу, а не какого-либо автора в частности.

В Мучениях мы сталкиваемся с особенностями теневой жизнедеятельности лиц, имеющих вполне конкретные нетрадиционные наклонности. Во, как я лихо закрутила! Хорнет в 20-е годы прошлого века ещё не изобрели, поэтому знакомства с целью конечного потного времяпрепровождения носили довольно забавный характер на взгляд человека современного. Короче говоря: никогда не подсаживайтесь к одиноким мужчинам на лавочку в парке и не заводите разговор о погоде.
Главный персонаж сего маленького сочинения, Альбер, встречает таинственного незнакомца. Во время утех вдруг выясняется: размер достоинства незнакомца в три раза больше ослиного. Сами понимаете, подобные масштабы создают огромное количество проблем для несчастного. Одна из них - невозможность проникновения. Арман (ага, так звать нашего незнакомца, а я усиленно пытаюсь не воображать у себя в голове Армана из хроник Энн Райс) разражается исповедью, в которой, помимо краткого описания своих злоключений, пытается пояснить нам, читателям, а заодно и Альберу, о тонкой натуре лиц мужского пола предпочитающих "забивать в свои ворота". Женщины в его представлении - безмозглые животные, помешанные на телесном (если у вас фобия на тему мизогинии, то лучше пройдите мимо этой книжки, я серьёзно). Соответственно, те самые "неправильные футболисты" имеют склонность уподобляться животным, раскрывая в себе женское начало. И, так как Арман физически не имеет способности к соитию, он себя считает существом высшего порядка, которое, в отличие от всех остальных, на самом деле способно на сложное чувство под названием чистая, искренняя любовь.
В повести этой довольно много рассуждений на тему полов и гендера. Про трансформацию и воображаемое "перетекание" одного в другой (понимайте как хотите). Взгляды устаревшие, но довольно занимательные. А ещё очень много моментов, над которыми я смеялась вслух. В общем, повесть специфическая, но мне понравилась.

Второе занимательное произведеньице - Сын Лота . Лот, если кто не знает, - ветхозаветный персонаж, который возлёг с собственными дочками. Да, Ветхий Завет - то ещё чтиво. И я, прямо скажем, не знаю, каким образом рассказывать о сюжете этой повести, потому что подымаемые в ней темы ещё более запретны, чем в предыдущей. Суть в любом случае в итоге сводится к распространённому в определённой среде Эдиповому комплексу и последующим роком и чуть ли не господней карой, которая падёт на голову нарушителя этих табу, которые существуют в любом обществе и в любой религии. Ну, это произведение точно достойно того, чтобы его издавала именно Колонна. Не могу сказать, будто я была так уж впечатлена. Первая повесть мне понравилась намного больше. Тут же тонна драмы и смертельное искупление совершённых грехов.

За книжку эту я взялась из праздного любопытства, ибо несколько человек у нас в чате в один день решили поугарать над обложкой. Я вообще Колонну давно не читала, как-то в последнее время больше в книжный мейнстрим ударилась. Боялась, что возвращение к любимому издательству (Масодов не в счёт) будет опытом разочаровывающим, но нет, всё оказалось очень даже приятственно.

Мое неуемное воображение порой подкидывает мне такие сюжеты, причем под ясновидческим соусом, что аннотации книг превращаются в слепые зоны. Как здесь, например: обложка в сочетании с названием, и вот мне уже представилась лютая сюрреалистичная шиза, от которой мозги будут истерить, а глаза плакать. Да, есть у меня потребность в таком чтении время от времени, но тут стоило бы все-таки прочитать аннотацию и подостыть.

Франсуа-Поль Алибер родился аж в девятнадцатом веке и был довольно известным поэтом. Однако много после его смерти выяснилось, что персонаж сей баловался не только классическими формами поэзии, но и эротическими сочинениями, причем не абы какими, а такими, за которые можно и получить как минимум кирпич в окно от блюстителей морали. В большей степени это касается второй повести, представленной в данном сборнике, «Сын Лота».

Собственно «Мучения члена» вещь в какой-то степени даже философская, в ее основе лежит намеренно утрированный (хочется верить) и искупанный в горькой сатире сюжет – ну, во всяком случае, так кажется, ибо невозможно воспринимать с серьезной миной беду главного персонажа, которого природа наделила столь большим хозяйством, что ему никак и ни с кем. Беда. Рассказывая о своих злоключениях, он выводит ряд мыслей о гомосексуальности и вообще мужской сущности, и все это где-то между грустью и тупой пошлостью. Именно в этом видится утрированность происходящего – понятно, что жить с патологией как минимум трудно, но когда свет клином сходится на сексе, произведение как-то сразу теряет в своем весе, становится пустым. (Черт, после такого чтения мне в каждом отдельно взятом глаголе из этой рецензии видится, гм, подтекст.)

А вот «Сын Лота» – вещь действительно радикальная. Как верно указывает в своем очерке Дидье Эрибон, также входящем в этот сборник, начинается повесть так, что хочется закатить глаза и отбросить книгу – два красивейших мальчика развлекаются (ну, вы поняли) на пляже. Однако вскоре юный Андре заводит рассказ о том, что научил его любить, видите ли, его собственный отец. И нет, не в переносном смысле, а буквально. И связь отца и сына описана довольно подробно для того, чтобы поставить диагноз им обоим. И хотя создается впечатление, что автор выводит это ну вот натурально как историю любви, в этом видится только болезненная извращенность, и эпиграф о библейском Лоте сюда ни к селу ни к городу. Читать эту повесть было частично мерзко, частично даже страшно (ибо понимаешь, что и в реальности такое, бр-р, вполне могло случиться).

Что выбивает из колеи, и это уже не раз при знакомстве с творчеством французов, при всей извращенности происходящего, описано это безобразие удивительно красивым языком. Поэзия в прозе. Можно было ожидать от поэта, конечно, но такой контраст языка и темы… Удивительно.

Молодой парень по имени Альберт знакомится с приятным, чуть за тридцать, мужчиной по имени Арман. На почве сексуальной близости он узнает, что у того просто огромный пенис, который всю жизнь доставляет его владельцу целую кучу неприятностей и одну лишь неудовлетворенность.

Повесть является своего рода исповедью человека, наделенного детородным органом невероятных размеров. Как пишет сам автор, главный герой Альберт любит «громадные размеры, исполинский член, которому позавидовал бы даже Кентавр». И на протяжении всей истории мы видим описания и похождения именно этого органа, описанного в деталях и, я бы даже сказал, в поэтических красках.

Интересно ли за этим наблюдать? Не очень. История Армана мне показалась какой-то жалкой и отвратительной. Возможно, в тридцатых годах подобные события людей гомосексуальной ориентации и были чем-то необычным и противоречивым, то сейчас это всего лишь секс ради секса и для поиска его же, без единого намека на чувства, жалость или сострадание.

Читать подобное в двадцать первом веке совершенно не интересно. Я даже немного удивлен, что данную повесть вообще перевели и издали на русском языке, ибо никакой ценности она в себе явно не несет. Да сейчас даже фанфики пишут куда содержательнее и краше.

4 из 10