Цитаты из книги Маг. Сборник

Доктор Поро улыбнулся.

– Смею думать, что ни одна частная библиотека не владеет такой полной коллекцией. Но я не решаюсь показать ее вам в присутствии нашего друга. Артур слишком вежлив, чтобы обвинить меня в глупости, но его выдала бы саркастическая улыбка.

Сюзи подошла к полкам, на которые он указал ей, и с особым интересом стала разглядывать таинственные книги.

Пыталась прочесть названия. Ей показалось, что она вступает в неведомую ей область романтики. Мисс Бойд чувствовала себя отважной принцессой, заблудившейся в огромном лесу, полном засохших деревьев и мистического молчания, где можно столкнуться с бледными неземными тенями.

– Как бы то ни было, но я в восторге от того, что встретила мага! – весело воскликнула Сюзи.

– Не называйте меня так, – сказал Хаддо, взмахнув своими полными руками и возвращаясь к прежней напыщенности. – Я скорее известен как Брат Тени.

– Трудно вообразить, что вы родственник чего-то столь нематериального, – со смехом ввернул Артур.

Лицо Оливера побагровело от гнева. Его странные голубые глаза сделались ледяными от ненависти, и он выпятил чувственные алые губы. Острота, намекавшая на телесную тучность, задела его за живое. Сюзи испугалась, что он оскорбительно ответит Артуру, и начнется неизбежная ссора.

– В львином сафари мне нет равных. Я победил львов больше, чем любой живущий на земле человек. Думаю, что один Жюль Жеральд, которого французы в прошлом веке прозвали «убийцей львов», мог бы сравниться со мной, но никого другого я бы рядом не поставил.

После этого заявления, сделанного с величайшим спокойствием, на мгновенье воцарилась тишина. Маргарет изумленно уставилась на хвастуна.

– Вам не грозит смерть от скромности, – хмыкнул Артур.

– Скромность – признак дурного воспитания, от чего меня надежно защищает моя родословная.

есчастный молодой человек, подвергшийся такому унижению, покраснел и ничего не ответил. Тогда Хаддо повернулся к французу Мейеру, куда более достойному его сарказма.

– Извините, что я прервал вашу речь. Были ли это ваши знаменитые разглагольствования о Микеланджело или философский анализ творчества Вагнера?

– Мы как раз собирались уходить, – хмуро проворчал Мейер, поднимаясь из-за стола.

– Глубоко сожалею, что буду лишен россыпей мудрости, постоянно слетающей с ваших изысканных уст, – ответствовал Хаддо, занимая кресло мадам Мейер.

Уселся, продолжая улыбаться.

– Я увидел, что зал переполнен, и наполеоновское чутье подсказало мне, что найти местечко я смогу, лишь высмеяв кого-нибудь. Меня следует поздравить с тем, что мои насмешки, которые глупый юнец Рэгтлз ошибочно принимает за остроумие, избавили нас от общества откровенно развратной личности. Это освободило у стола сразу три кресла и позволяет мне вкусить свою скромную трапезу, не расталкивая соседей локтями.