Цитаты из книги Маг. Сборник

Он жестокий,себялюбивый,бессовестный и безнравственный. Мне все равно. Я не уважаю его,не доверяю ему,но люблю. Люблю всем телом,всеми помыслами, чувствами,всем своим существом.

Об отце и матери он рассказал с мягкой насмешкой,но Лидия отлично понимала,что ироническим тоном он просто прикрывает любовное восхищение родителями.

Ну, не становитесь совсем уж русской и чувствительной.

Вы в нем обманываетесь. Приписываете ему вашу доброту и бескорыстное внимание к людям. Говорю вам,он опасен. Дзержинский был узколобый идеалист и ради своего идеала мог без колебаний обречь свою страну на погибель. Саймон ещё хуже. У него нет сердца,нет совести,нет чести, и при случае он без сожаления пожертвует всеми,своим лучшим другом.

Понимаете,они покинули Россию двадцать лет назад. Долгое время они думали,что там все переменится и они вернутся,но теперь понимают,что на это рассчитывать нечего. Революция тяжело ударила по таким людям; теперь им и всему из поколению только и остаётся умереть.

Они,слава богу, обыкновенные порядочные люди. С ними знаешь,на каком ты свете.

Он не был глубоко верующим человеком. Его воспитали в вере в бога,но не в мыслях о нем. Думать о боге - ну,это не то что дурной тон,но некая крайность. Ему трудно сейчас было разобраться в своих мыслях,но казалось чуть ли не естественным высказывать самые неестественные суждения.

Я ничего не имею против вас.Наверно,вы очень милый и славный. По мне, лучше,чтоб вы остались. Какой-то вы уютный, с вами отдыхаешь душой.

И меня одолевают сексуальные желания? Вовсе не так одолевают,как ты воображаешь. Когда работаешь двенадцать -шестнадцать часов в сутки спишь в среднем шесть часов и ешь только один раз, как бы тебя это не удивляло, но желания притупляются.

Все в отличном расположении духа. А Чарли был угнетен, его мучил стыд, как бывает, когда придешь в гости, надеясь развлечься, но ведешь себя нелепо, бестактно, и уходишь сознанием, что произвел прескверное впечатление.

Каков результат революций, которые совершились на нашем веку? Народ не лишился хозяев, только сменил их, и никогда власть не правила такой железной рукой, как при коммунизме.

Коммунизм — соблазн, которым прельщают трудящихся, чтобы они взбунтовались, так же как крик о свободе и равенстве воодушевляет их на риск. В мире всегда были эксплуататоры и эксплуатируемые. И всегда будут.

Она приняла его, как приняла бы случайного попутчика, с которым столкнешься на пароходе, поневоле как-то сблизишься, при этом вовсе неважно, откуда он взялся, что он за человек; он возник из небытия, когда ступил на борт, канет в небытие, когда, достигнув порта назначения, ним расстанешься.

Пройтись по картинной галерее для вас — способ приятно провести часок. Что еще вы можете от себя требовать? Но, понимаете, я всегда была бедна, часто голодна и порой ужасно одинока.

— Но я ничего не смыслю в искусстве, — рассмеялась Лидия.
— Но мне кажется, вы превосходно его чувствуете, а в искусстве все определяет чувство.

«Ну конечно, она же русская, — сказал он себе. — Надо с этим считаться».

— В сущности, не понимаю я, почему вообще стоит что-то говорить о картине. Она либо нравится, либо нет.

Неужели вы думаете, что пролетариат, который все больше сознает свою силу, позволит классу, к которому вы принадлежите, вечно обладать всеми вашими привилегиями? Неужели вы думаете, что война, чем бы она ни кончилась, вашей победой или вашим поражением, может привести к чему-то еще, кроме величайшего социального переворота?

По-моему, он считает, мы пали так низко, что он может быть самим собой, а перед всем прочим миром надо всегда появляться в маске.

Думаю, он тоскует по любви, но ни в ком ее не встречает.