Мастер страшного суда

Довольно неплохой детектив, но почему-то читался скорее через силу, чем с удовольствием. Вполне возможно, его все-таки лучше воспринимать не на слух, а визуально, так как в аудиокниге идут постоянные отсылки на бесконечные нужные и ненужные примечания, отвлекающие от основного повествования.

В сентябре 1909-го года в Вене происходит череда загадочных самоубийств. Объединяет их то, что люди, совершившие их, не имели к ним никаких видимых предпосылок. Кроме того, жертвы так или иначе принадлежали к миру искусств. Косвенно обвинённый в самоубийстве актёра Ойгена Бишофа барон фон Пош решает разобраться в причине, побудившей пожилого актёра совершить такой отчаянный шаг. Помимо желания оправдаться и избежать неизбежного суда, им движет также подспудное чувство стыда: какое-то время назад у фон Поша была любовная связь с женой Бишофа, Диной. Когда все отворачиваются от барона, он неожиданно находит союзника в лице инженера Вольдемара Сольгруба, также находящемся в доме Ойгена Бишофа в день самоубийства. Сольгруб уверен, что на самоубийства людей толкало чьё-то гипнотическое или телепатическое внушение...

Финал расставляет все точки над И, не являя чего-то совсем уж неожиданного. Однако из плюсов стоит отметить довольно динамичный сюжет и хороший слог.

Начало романа, мистической ноткой, сразу напомнило Густава Майринка. И это было хорошо. Мне всегда нравилась такая утонченная готика. Необъяснимые события, запутанные отношения, внезапные смерти. И все это под аккомпанемент хорошей музыки, в клубах дыма от сигар и трубок, среди манящих бликов хрустальных бокалов с дорогим вином. Таким бы мог быть Великий Гэтсби, приди подобный сюжет в голову Лео Перуцу, а не Фицджеральду. Или Собака Баскервилей, начни Конан Дойл свой роман со смерти Шерлока Холмса от передозировки и доверь почетное право вести расследование каждому желающему. Запутанно, зыбко, на грани сна и болезненного бреда, но очень красиво.

Хрупкая осень 1909 года. Это же седая старина! Включен обратный отсчет до первой мировой. Но героям романа не до тревожных предчувствий надвигающейся катастрофы. Они - натуры артистичные, им ближе игры собственного воображения и поиск способов вывести их на новый уровень. Им бы затеряться между страхом и экстазом. Запутаться в последствиях собственных ошибок. Объединить погоню за яркостью образов и новыми импульсами для своего художественного творчества с бегством от чувства вины за совершенное, от которого, как и от себя, не убежать и которое в любой момент может устроить персональный страшный суд.

Напряженно. Тревожно. Изящно. В подозрительной компании глухого старика-садовника подстригающего траву. Он вполне может оказаться убийцей, а то и самой смертью - равноправной участницей сюжета. Интрига - есть! Мистики - хоть половником черпай и на хлеб намазывай! Прекрасный слог. Хорош главный герой, рассказывающий нам всю историю. Хотя я не спешила бы верить человеку, у которого "мальчики кровавые в глазах" и потребность цитировать "Макбет". Барона простыми прилагательными не описать. Его характер

Очень необычный детектив, проблема только в том, что я догадалась кто убийца практически сразу же - в первой же главе есть очевидная подсказка. Когда у меня появились некоторые подозрения (примерно на трети романа), я просто перечитала первую главу, и убедилась в правильности своей догадки. А дальше мне было читать уже не очень интересно, хотя основной вопрос конечно оставался - КАК именно произошло убийство.

Очень коротко о завязке романа: кто-то убивает людей, причем все жертвы покончили с собой, хотя несколько минут назад были бодры и веселы, и ничто не предвещало беды. Наверное на этом я закончу, иначе проспойлерю всю интригу. Единственное, что могу добавить - не смотря на то, что "Мастер Страшного Суда" относят к магическому реализму, отгадка вполне реалистичная.

В целом, роман скорее понравился, чем нет. Не жалею, что прочитала. К тому же мне было очень интересно, почему же Борхес включил "Мастера" в список лучших детективов. У книги есть своя атмосфера и настроение.

Удивительная история. Очень красивая. Она полна того ускользающего очарования, что таится в лунном свете, то осторожно ласкающем брусчатку узких извилистых улочек, то перебирающем с тихим плеском волны задумчивой Влтавы. Сюжет то скользит на вершину холма, вслед медленно бредущему Голему - глиняному великану, то на мгновение застывает в молчании при виде танца, что устроили призраки умерших детей. Только здесь кладбище - это сад мертвых. Так поэтично, так трагично, так волшебно. Только здесь под каменным мостом растут рядом одинокая роза и нежный розмарин. Объяснение всех загадок правления императора Рудольфа Второго.

Правдивая история. И правда эта полна мистики и романтики, причудливо дополняющим то, что можно прочитать в учебниках об истории Чехии. Главные персонажи книги - император Священной Римской империи, банкир Мейзл, мудрый Иегуда Лёв бен Бецалель - верховный раввин еврейского гетто, действительно жили в Праге. По четырнадцати коротким рассказами можно изучать историю правления Рудольфа. Его увлечение алхимией, его страсть к коллекционированию картин, его виртуозные увиливания от вступления в брак, его нелюдимость и натянутые отношения с братом. Исчезающие из казны деньги и попытки раздобыть золота на новые капризы - вечные неразрешаемые проблемы правителей. Здесь, между делом, можно встретить Иоганна Кеплера - великого математика и астронома, разум которого объял весь видимый мир и заказать ему свой гороскоп. Здесь начинает свою карьеру знаменитый полководец тридцатилетней войны - граф Валенштейн. Здесь шуты и цирюльники, затейники и художники, торговцы и солдаты наполняют жизнью историю императора, при котором им жилось не сладко, но после смерти которого стало в разы хуже. Подобно вспышкам молнии выхватывают рассказы из тьмы истории самые интересные, самые загадочные, самые противоречивые моменты. Освещая правления императора Рудольфа. Историю Праги. Вдруг мелькнет на краткий миг зима 1589 года и погаснет. А вот горькое для Чехии лето 1621. Перед мысленным взором проносятся то бал, то башня позабытого алхимика, то каморка художника, то дом богатого торговца, которого полюбило золото и не желало оставлять.

Печальная история волшебной Праги. Романтичная, ироничная и мистическая. Неистовая пляска любви, власти и веры ночью под каменным мостом.

Наконец я познакомилась с творчеством писателя. Книгу с собранием романов Перуца я купила почти двадцать лет назад (!) и с тех пор никак не могла добраться до книги. Вечная проблема - если у тебя всего одна книга автора, у тебя не возникает вопросов что почитать, но если книг несколько, то начинают мучить сомнения - с какого произведения начать знакомство, а что читать потом? А потом ты машешь на все это рукой и берешь любую другую книгу, которая не вызывает таких "мучений".

Решающим фактором моего обращения к творчеству автора, стал отзыв одного книжного блогера на роман "Прыжок в неизвестное", и я решила - всё, пора! И действительно, книга мне очень понравилась. Всё-таки я не ошиблась, выбрав книгу, в которой много произведений писателя, надеюсь постепенно их всё-таки прочитать. Судя по первому прочитанному роману - Перуц действительно мой автор.

"Прыжок в неизвестное" очень напоминает произведения Франца Кафки, особенно мне вспомнился "Замок" - очень похоже и по настроению, и по атмосфере, и по абсурдности происходящего. Тем, кто любит Кафку, обязательно стоит познакомится с этим произведением Перуца. Уверена, книга понравится.

Начало книги построено таким образом, что в каждой главе меняется место действия и персонажи. Вот магазин, в котором беседуют продавщица и покупательница. И тут входит наш главный герой книги. Он ведёт себя крайне странно, и мы совершенно не понимаем, что происходит. То он говорит, я тороплюсь, продайте мне хлеба и колбасы, а когда ему протягивают его покупку, он не берет. Потом он просит выпить, но когда хозяйка возвращается со стаканом, странного покупателя и след простыл. Покупку свою он забрал, а деньги оставил на прилавке. В следующей главе мы видим двух профессоров, беседующих в парке. И опять наш главный герой оказывается рядом с ними и ведёт себя ещё более странно. Собака одного из учёных нагло сжирает обед нашего героя, а он ничего не предпринимает по этому поводу. Но при этом говорит, что очень голоден. А на все просьбы профессоров перейти на другую лавку отвечает отказом. И так каждую главу, пока мы не узнаем секрет Станислава Дембы (примерно к концу первой трети книги), но это ещё не значит, что вы теперь в курсе, что за чертовщина происходит. Нет. С каждой следующей страницей накал страстей и абсурда будет только возрастать. А Станислав Демба будет все больше вязнуть в своей проблеме, не в силах разорвать прочный круг и освободиться от своего бремени.

Ну и конечно же финал окажется в духе всего повествования и подведёт жирную черту под всем, что вы только что прочитали, заставит задуматься и пересмотреть свое отношение не только к главному герою, который медленно, но верно доводил вас своим отвратительным поведением, но и к своей собственной жизни и повседневным вещам, при условии конечно, что вы взглянете на метафору немного под другим углом.

Обязательно продолжу читать книги автора. Очень интересно, что кроется под обложками других книг Лео Перуца.

Мастер австрийского экспрессионизма ( а экспрессионизм – это стремление выразить себя, не столько описать реальность, сколько описать эмоции от реальности, в противоположность импрессионизму – мимолетному впечатлению) даёт двойной вариант объяснения этой истории – мистический и материалистический. Сама история выглядит как детектив – странная гибель нескольких людей, следующая одна за другой, в Вене осенью 1909 года. Смерти эти связаны между собой, нет сомнений, да и погибшие люди не совсем посторонние друг другу.

Сначала молодой художник ни с того ни с сего покончил собой, потом странным образом гибнет его брат, морской офицер, который занялся вплотную расследованием этого дела. Затем погиб стареющий актёр, друг морского офицера, которого чрезвычайно впечатлило произошедшее. Все эти странные смерти выглядят либо как загадочное убийство по типу герметичного детектива, либо как доведение до самоубийства некими мистическими силами.

Центральным происшествием является смерть актёра Ойгена Бишофа, которая произошла на его вилле, на глазах у его родных и друзей. Рассказ ведёт один из них, барон фон Пош, который пытается быть предельно искренним и подробным, особенно в плане описания своих чувств и ощущений от происходящего (вот он – экспрессионизм!). Но и он, рассказчик, сбивается и путается в двух версиях происшедшего. Версию материалистическую, приземлённую и обыденную, проводит Феликс, он обвиняет барона в преднамеренном доведении Бишофа до самоубийства. Другую версию берётся разрабатывать инженер Сольгруб, убеждённый в том, что тут всё очень непросто, и замешаны некие мистические силы. Дальше идёт захватывающее расследование, но это приводит…ясно с первых страниц, к чему это приводит, так как сразу прямо сказано автором.

Итак, в развязке даётся два толкования – мистический и реалистический, и они кажутся на первый взгляд равноправными, смешиваясь у рассказчика в сознании, или, может быть, в сознании и подсознании. В реальности же победило, конечно, материалистическое, обыденное толкование, что имело определённые последствия для барона фон Поша. Но читатель, закрыв книгу, прекрасно понимает, что реалистический вариант толкования событий может прекрасно объяснить смерть актёра Бишофа, но это всего лишь один частный случай из целостной картины, и остальные смерти никоим образом не объясняет.

В то время как мистическая версия объясняет всё, тем более, что её прекрасно можно разложить на вполне понятные в материалистическом смысле составляющие.

В итоге можно поразмышлять над тем, что борьба сознания с подсознанием – заведомо неравная, как бы мы ни выстраивали сознание и не вгоняли его в какую либо схему, неведомое подсознательное может оказаться сильнее и в определённые моменты вырвется наружу и сомнёт его.

Очень интересное смешение получилось у автора в произведении – детектив и мистика, древние знания и быт и нравы начала 20-го века. Простые эмоции, любовь и ревность, желание возвыситься, честолюбие, тщеславие сталкиваются с соблазном шагнуть в запредельное, в сверхъестественное. Но расплатой за такое расширение сознания становятся вытащенные из подсознания страхи, которые почти материализуются – то, что в религии называется Страшным Судом.

Счастлив тот читатель, который приступает к чтению этой истории в блаженном неведении относительно ее сюжета, в недоумении от ничего не говорящей аннотации и удачно избежав столкновения со спойлерами. Конечно, непросто описать эффект, произведенный книгой, при этом не касаясь ключевой детали, на которой зиждется практически все: и завязка, и кульминация, и финал. Однако, утаить ее необходимо, дабы не испортить потенциально заинтересовавшемуся последующее впечатление.

Совершая в тот пасмурный день прогулку по улочкам Вены в компании господина Перуца, я имел удовольствие услышать из его уст прелюбопытные слухи о крайне странном поведении некоего господина Дембы. Ходили толки об удивительных перепадах настроения и необъяснимом поведении этого молодого человека, породившие многочисленные догадки, подчас не менее диковинные. По велению Случая тут мы сами столкнулись со Станиславом Дембой, каковая встреча наглядно убедила меня в правдивости пересудов. Очевидно, по ошибке приняв меня за знакомого, господин Демба после обмена приветствиями в вежливой манере попросил дать ему взаймы... Ничуть не смущаясь, я протянул 50 крон. Поразительная перемена случилась с Дембою: побледнев, он уставился на деньги, но не сделал ни малейшей попытки принять их, а весь облик его и выражение лица свидетельствовали о страшном напряжении и беспокойстве. Наконец, словно пересилив себя, он поспешил прочь, отделавшись невразумительными извинениями.

Курьезный случай этот до того захватил мое воображение, - тем более что господин Перуц был, как известно, искусным рассказчиком - что и я сам предпринял попытки расколоть таинственный орешек. То одна, то другая деталь мнилась мне ключевой, и я подводил возможное объяснение ситуации. Однако, с присущей ему проницательностью господин Перуц указывал на слабые места этих умозрительных построений и тем самым разбивал их.
Наконец, пошутив по поводу того, какая же венская муха укусила Станислава Дембу, - а я мысленно прибавил варианты, в какое именно место она могла нанести сей укус, однако ж в силу тактичности не высказал эти соображения вслух - мы разошлись, пожелав друг другу доброго дня.

На следующее утро мне вновь довелось встретить господина Перуца и от него узнать, как разрешилась загадка, над которой я бился накануне. С живейшим интересом я слушал, изумляясь очевидности решения; теперь в совсем ином свете виделись мне дальнейшие злоключения молодого Дембы. Я не знал, смеяться мне или плакать от череды трагикомических ситуаций, составивших эту поразительную историю. Сущая нелепица, произошедшая с Дембой, так и осталась бы ею, не приведи она в итоге к выводам столь глубоким, что требовали самого серьезного размышления. Как иллюзорно то, что называют свободой! Как аморфны могут быть основы, на коих зиждется власть! И как мы, люди, в своем невежестве привыкли слепо доверять тому, что видим, как поверхностны наши суждения!.. Страшно представить все тайные конфликты, скрытые от нас пеленой обыденности.

Господин Перуц был не менее тронут этой историей и высказал желание превратить ее в книгу, тут же нашедшее мою горячую поддержку, так как с его несомненным писательским талантом я уже был знаком посредством других замечательных работ. Теперь каждый, кто был заинтригован казусом Станислава Дембы, сможет по достоинству оценить потрясающую историю, вышедшую из-под пера Лео Перуца.

''Всех аравийских ароматов не хватит, чтобы эта маленькая ручка запахла по-прежнему …''
(У.Шекспир ''Макбет'')

Чарующий, завораживающий, очень атмосферный детективный роман — чистейший образец экспрессионизма в лучших традициях Майринка, Гофмана и Кафки. Только с одним небольшим нюансом: Перуц в свой мистический детектив добавил чуток сатиры на то высшее общество, которое находилось в преддверии Первой Мировой Войны; однако детективная составляющая выстроена в классическом стиле — ''тайна убийства в запертой комнате'': милое общество, состоящее из офицера-барона, стареющего актера, красавицы жены актера, доктора, русского инженера (какой же мистический роман без загадочного русского персонажа), — собралось на вечер, чтобы помузицировать, обсудить историю двух таинственных самоубийств и стать свидетелями ещё одного, не менее таинственного самоубийства. Как и положено в классическом детективе герои пытаются искать убийцу среди окружающих людей: найти таинственную незнакомку, выйти на след загадочного антиквара-ростовщика, заподозрить в убийстве того самого офицера-барона. Но ты-то, ты-то, начиная читать роман не ждешь простой и легкой загадки, потому что автор увлекает, одурманивает и затягивает в мистически-галлюциногенную атмосферу романа, и с каждой страницей, с каждым витком расследования, вдруг, открываются такие глубины подсознания, о которых и не подозреваешь до поры до времени.

Абсолютное погружение в подсознательные лабиринты загадочных, таинственных образов, что гнездятся глубоко внутри нас, в те лабиринты, где до определенной точки нашего бытия ''спрятан страшный враг'', пока не заглянешь в самую глубину собственных страхов, собственных омерзительных поступков и мелких пакостей, туда, где гнездятся наши неблаговидные помыслы и неосознанные желания. А в конце романа ты вновь попадаешь в сердцевину лабиринта и вот отсюда, с этой точки отсчета, ты сам выбираешь дорогу к выходу из подсознательных страхов и, самое главное, ты сам выбираешь того ''двойного'' человека, что живёт в тебе — мистера Хайда или доктора Джекила.

''Мастер Страшного суда'' напоминает старое черно-белое немецкое кино, когда с первых же звуков тревожной музыки и с первых волнительных, несколько театральных и искусственных кадров, ощущение ''потустороннего'' обрушивается на тебя сразу и мгновенно, и ты только и успеваешь скидывать с кожи огромных мурашек, дрожать от волнения и мурлыкать от эстетического наслаждения атмосферой.

Не слышала об авторе раньше. И это странно, ибо отличный же! Остроумный, наблюдательный, увлекательный, щемяще-абсурдный текст.

В аннотации написано про Майринка и Гофмана, а на меня так Кафкой повеяло, прям поглотило серым туманом разрушенного, безмолвно-безнадёжного. А еще Гоголем... Может быть, потому что я "Нос" читала одновременно с Перуцем.

Читатель творит книгу вместе с писателем - я видела Руки, которые покинули своего хозяина и отправились по своим делам. А Станислав Демба падает в пропасть под названием "я не понимал, что всегда был свободен, но сейчас..."

Нос у Гоголя это про общество (среди прочего), про "как можно показаться в приличном обществе без носа". Руки Перуца это про свободу. Станислав совершает немыслимое количество диких и глупых поступков, но всё это иллюстрация паники человека, который потерял свободу.

Для писателя эта тема явно превалирует над любой другой. Женщины, путешествия, деньги, профессия - от всего можно отказаться, потерю всего можно пережить. Но лишение свободы - хуже смерти. Демба-Перуц очень далеко заходит в своих размышлениях о необходимости и значимости свободы. Я далеко не со всеми репликами согласна. Но накал его страсти к воле покоряет. Сначала над передвижениями Дембы посмеиваешься. Тем более, что Лео Перуц обладает прекрасным чувством юмора, я прям в голос смеялась над некоторыми замечаниями. Блуждания хаотичны, в действиях нет логики - я даже была согласна в какой-то момент с парочкой профессоров, увидевших в Дембе наркомана. И он действительно наркоман, у него истерика от понимания того, что его сейчас лишат дозы. Дозы свободы. На неделю, на год, на десять лет. Даже на один день этот человек не согласен. Образ утрирован, но так доходчивее иллюстрируется мысль Перуца о первичности и необходимости свободы. Я ни разу не сказала "свободы личности", потому что, мне кажется, писатель личностью не ограничивается. У него это такое всеобъемлющее понятие, вроде космоса или воздуха. Принцип мироздания, что ли.

Роман очень понравился, обязательно продолжу знакомство с автором.