Образцовая смерть

Каждый из рассказов данного сборника повествует о последних днях, часах, минутах жизни одновременно изнутри — от лица самого умирающего, и снаружи — складывая из слов окружения картину жизни, всю цепь роковых событий, ошибок, случайностей, которые привели к неминуемому исходу. С самого начала ясно, что герои обречены, однако автор делает упор не на элемент неожиданности или сюжетные изгибы, а на созерцательность, мрачное наблюдение.

Форма здесь превалирует на содержанием. Слог вьется филигранным кружевом, завораживающими рядами слов, собирающимися в четкие штрихи деталей. Каждая из них подобна острой игле, на время поглощающей своим блеском всё внимание. Неспешность повествования помогает прочувствовать настроение каждого рассказа. Несмотря на то, что все они больше о смерти, нежели о предшествующей ей жизни, они разные по атмосфере. Смерть в каждом принимает свой облик, ощущается то меланхоличным покоем, то яростным бегом и борьбой до самого конца. Впечатляющая яркость картин, намеренный акцент на грязи и запустении или же, наоборот, противопоставление ужаса гибели радостям жизни заставляют практически прочувствовать некоторые сцены.

Наиболее зацепила меня история Идалии — трагическая комбинация случайности и человеческого безразличия с неуместными вспышками надежды.

Ещё раз убедилась, как же мерзко и отвратительно, Витткоп может описать человеческую жизнь, и в то же самое время, это будет красиво и описательно.

У 45-летнего Сеймура М. Кеннета умирает мать, сказать, что это маменькин сынок, не сказать ничего. Он полностью зависит от матери, морально так точно, но и не только. Разбирая, элементарные вещи после похорон, он даже не знает что это и зачем это.

Естественно он не женат, детей нет и всё это ему не нужно, это же ответственность. Но он находит другую "мамочку", Сеймур так и называет её постоянно. Он спит с "мамочкой", работает с " мамочкой" и живёт у неё.

Мало того, что взрослый мужчина, абсолютно несамостоятельный, он ещё и высокомерный глупец. Решая, что небольшая интрижка на стороне, это нормально, Сеймур получает отворот поворот. "Мамочка" выгоняет его из дома, с работы, оставляя не с чем.

Сцена, как он плакал и кричал в трубку "Мамочка, прости меня", просто брр...

Реальность Сеймура превращается в выживание. Вместе с хобо, он ищет ночлег и пытается приспособиться.

Финальные сцены просто нужно прочитать/услышать. Не передать словами, застыла слушая последние 10 минут рассказа. Какая жалкая жизнь вышла у Сеймура М. Кеннета..

Смерть – это то, что бывает с другими. (И.Бродский, «Памяти Т. Б.»)

Кажется немного странным открывать книгу, когда знаешь, что каждому герою содержащегося в ней рассказа суждено погибнуть. Словно из-за ширмы или чужого плеча подглядываешь за чьей-то агонией, следишь, как шаг за шагом персонаж приближается к неминуемой смерти. Витткоп часто обвиняют в мизантропии. Испытывала ли она ненависть к своим героям, когда подводила их к последней черте? Нет, она, скорее, была лишь сторонним наблюдателем, эдаким экспертом, фиксирующим по часам фазы физического увядания. Точно и детально.

P.S. «Идалия на башне» - лучшая часть сборника, в которой ясно ощущается присутствие смерти, тяжелой, нависшей, ожидающей.