Мы. Рассказы

По воскресеньям мистер Краггс позволял себе к завтраку крабов: крабов мистер Краггс обожал. С кусочками крабовых клешней проглатывая кулочки слов, мистер Краггс читал вслух газету

Я внушал себе: "Ночью — нумера обязаны спать; это обязанность — такая же, как работа днем. Это необходимо, чтобы работать днем. Не спать ночью — преступно..." И все же не мог, не мог.

Стены — это основа всякого человеческого…

Свобода и преступление так же неразрывно связаны между собой, как… ну, как движение аэро и его скорость: скорость аэро = 0, и он не движется; свобода человека = 0, и он не совершает преступлений. Это ясно. Единственное средство избавить человека от преступлений — это избавить его от свободы

Ведь желания — мучительны, не так ли? И ясно: счастье — когда нет уже никаких желаний, нет ни одного…

Это было до такой степени невероятно, до такой степени неожиданно, что я спокойно стоял - положительно утверждаю: спокойно стоял и смотрел. Как весы: перегрузить одну чашку - и потом можете класть туда уже сколько угодно - стрелка всё равно не двинется...

Лист, сорванный с дерева неожиданным ударом ветра, покорно падает вниз, но по пути кружится, цепляется за каждую знакомую ветку, развилку, сучок

Неизвестное органически враждебно человеку

А я должен - в 13-й аудиториум, я должен накрепко завинтить всего себя, чтобы два часа - два часа, не шевелясь... когда надо кричать, топать

Я искал и не находил выхода из дикой логической чащи

Тем двум в раю - был предоставлен выбор: или счастье без свободы - или свобода без счастья; третьего не дано. Они, олухи, выбрали свободу - и что же: понятно - потом века тосковали об оковах.
...Потому что это охраняет нашу несвободу - то есть наше счастье.

...на стене висел строгий плакат: "Просят отнюдь граждан на столах не разлагаться". И под плакатом сидел человек, в кепке, как судьба -- одинаково равнодушный к разложению, к смерти, к любви и к прочим гражданским состояниям.

...бумажная Маша.

...гигантский каменный фаллос Трафальгарской колонны.

...мумийном декольте...

Мамай был двадцатипятилетне влюблен...

... голова висела, как кран у распаявшегося самовара...

Чтобы овладеть миром, нужно овладеть владыками мира.