Мы. Рассказы

… счастье без свободы — или свобода без счастья.

… идеальная несвобода…

И справа – ясно чувствую на себе глаза, отчетливо вижу морщины на лбу – ряд желтых, неразборчивых строк; и мне почему-то кажется – эти строки обо мне.

Человек – как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится. Иначе не стоило бы и читать…

Софья чувствовала, как из неё текут тёплые слёзы, тёплое молоко, тёплая кровь, она вся раскрылась и истекала соками.

Должно быть шел дождь: лицо у меня мокрое.

Я спрашиваю: о чем люди – с самых пеленок – молились, мечтали, мучились? О том, чтобы кто-нибудь раз навсегда сказал им, что такое счастье – и потом приковал их к этому счастью на цепь.

Я не могу без вас - потому что я вас люблю. Потому что я вижу, я понимаю: вам теперь никто, никто на свете не нужен, кроме той, другой, и - по-нимаете: именно, если я вас люблю, я должна - .. Мне нужно еще только два-три дня, чтобы из кусочков меня кой-как склеить хоть чуть похожее на прежнюю 0-90, - и я пойду и сделаю сама за-явление, что снимаю свою запись на вас, и вам должно быть лучше, вам должно быть хорошо. Больше никогда не буду, простите.

Мост подставляет свою покорно рабски согнутую спину ...

Затем дверь разверзлась с треском и выстрелила их обеих ко мне в комнату.

Хранители - шипы на розе,охраняющие нежный Государственный Цветок от грубых касаний.

Как всё просто. Как всё величественно-банально и до смешного просто.

Любовь - нужно беспощадно.

Враги счастья не дремлют. Обеими руками держитесь за счастье.

Я чувствую себя очень виноватой. Ясно, что должна быть не «просто-так-любовь», а «потому-что-любовь». Все стихии должны быть...

Огромнейшая великолепная сила художественного слова - тратилась совершенно зря. Просто смешно: всякий писал о чем ему вздумается. Так же смешно и нелепо, как то, что море у древних круглые сутки тупо билось о берег...

И мне смешно, что вчера я мог задумываться - и даже записывать на эти страницы - о
каком-то жалком сереньком пятнышке, о какой-то кляксе. Это все то же самое «раз-
мягчение поверхности», которая должна быть алмазно-тверда - как наши стены (древняя поговорка: «как об стену горох»).

Потому что я здоров, я совершенно, абсолютно здоров. Я улыбаюсь – я не могу не улыбаться: из головы вытащили какую-то занозу, в голове легко, пусто. Точнее: не пусто, но нет ничего постороннего, мешающего улыбаться (улыбка – есть нормальное состояние нормального человека).